Чужая
Шрифт:
Чувствовал, как напряжены мышцы, обхватывающие его естество, чувствовал боль женщины под ним, но остановиться не мог. Не хотел.
— Расслабься, — зашипел в ее губы, — расслабься, Айя…
У бедной служанки не получалось. В опьяненном сознании то и дело вспыхивали картины: пропахшая жиром нижняя кухня и сырость прачечной, духота хозяйских купален и лекарственные мази в коморке Шорса. Запах собственной крови и его спермы…
Но в эту секунду все было иначе. Больно, но иначе. Айя смотрела на выбеленный потолок, упиралась лопатками и затылком в прохладу столешницы и вдыхала аромат их соития.
Несколько долгих и плавных движений, и боль потихоньку
А чуть погодя боль совсем отступила, сменившись тягучим ощущением наполненности. Снова внизу живота у Айи зародился давно забытый клубок возбуждения. Служанка сама потянулась навстречу своему хозяину, обхватила его спину руками, выгнулась навстречу, запрокинув голову, подставляя шею лихорадочным поцелуям и укусам. Забывшись, Айя отдавала себя всю своему врагу, своему безжалостному мучителю. Отдавалась с тихими и протяжными стонами, не жалея неуклюжих и лихорадочных ласк.
А ассур это чувствовал и сатанел. Заводился еще больше и вколачивался неистовее в податливое девичье тело. Тело рабыни, с которым он волен был делать все, что пожелает. Тело низшей из слуг, на которое, такому как он, и смотреть- то не подобало, не то, что желать. Но Нирхасс желал и брал. Брал без остатка, не только тело, но и эмоции. Выпивал до самого дна, впитывая в себя каждый приглушенный стон.
— Смотри на меня! — приказал он, облизнув нижнюю губу. — Айя, посмотри!
Девушка с трудом сфокусировала пьяный взгляд на напряженном лице асура. Карие глаза то и дело закатывались при каждом толчке.
— Смотри!
И ртутные глаза напротив, и одно дыхание на двоих, и тугой узел где-то внутри. Там, где их тела стали одним целым. Единым. А в сером взгляде поволока и густой туман. Острое наслаждение, готовое в любое мгновение взорваться яркой вспышкой оргазма.
— Смотри…
И Айя смотрела, впиваясь ногтями в широкие плечи, рефлекторно оглаживая перекатывающиеся мышцы спины. Обхватывала ногами узкие бедра, подавалась навстречу, закусывала до крови губы, тихо стонала. А каждое прикосновение его тела к пульсирующему клитору отдавалось сладкой болью в сомкнувшихся вокруг члена мышцах, простреливало вдоль позвоночника, заставляя сдавлено вскрикивать и теснее прижиматься к ненавистному мужчине. Тонуть в серых омутах…
И смотреть, не отрываясь.
Айя кончила первой. Просто взорвалась внутри яркой вспышкой, прочертив яркие полосы на смуглой мужской спине и содрогаясь всем телом. Зашипела сквозь зубы, выдыхая стыдное, порочное удовольствие и сжимая пальцы на ногах.
Ассур сорвался следом, тихо простонав над растрепанной служанкой, вколачиваясь особенно резко и рвано, выплескиваясь вновь и вновь в податливое, разгоряченное лоно. Стиснув зубы и прикрыв глаза. Зарываясь носом во взмокших и спутанных волосах девушки. Наслаждаясь запахом ее пота и страсти — их единения.
А потом долго лежали, расхристанные и уставшие на мощном столе из красного дерева.
Айя успокаивала дыхание и зашедшееся сердце. Шумно втягивала носом воздух, выдыхая через приоткрытые губы. Смотрела в потолок, на пляшущие тени от тлеющего в камине огня. Господин так и не вышел из нее, рухнул сверху, придавив всем своим весом. Дышал горячо в щеку девушки, впитывал ее запах.
Тянул его еще и еще. Неистово — жадно.
И
внезапно резко вскочил, утягивая служанку за собой, а затем брезгливо отшвырнул ее в сторону, как ненужную куклу. Айя и понять ничего не успела. Лишь сипло вскрикнула, больно шлепнувшись на колени. От вина и контраста эмоций несчастную заштормило. Бросила растерянный взгляд на Нирхасса, откидывая волосы с лица.Господин быстро и как-то нервно застегивал штаны, отойдя к окну. Смотрел на Айю зло. Неприязненно.
Девушка замерла, проглатывая непрошеные слезы и отворачиваясь к камину.
Молчали долго, каждый погрузившись в свои думы.
— Я тебя убью, — прошептала она едва слышно, разрывая гнетущую тишину.
— Непременно, — выдохнул ассур, прижавшись лбом к холодному стеклу окна.
И хозяйские покои погрузились в вязкое, болезненное безмолвие, пропитанное запахом недавнего секса, вина и недосказанности.
Глава одиннадцатая
Через несколько тягуче-долгих минут Айя начала замерзать. Вся покрылась мурашками, продрогла. Но так и не встала, а сидела в нелепой позе перед тлеющими угольками в камине, смотрела на свои колени, растерянная и опустошенная. Пьяная. Не находила в себе сил сдвинуться с места, словно вросла в холодный, каменный пол, уперев взгляд в мягкую шкуру дикого зверя неподалеку. Стала с ними одним целым.
А Нирхасс так и не отошел от окна, все стоял, уткнувшись лбом в холодное стекло, испещренное затейливыми морозными узорами. Дышал тяжело и сдавленно, будто бы через силу. Весь оперся на широкий, деревянный подоконник и молчал.
В помещении висело звенящее напряжение. Какое-то вязкое и тягостное, оно сгустило собой весь воздух, делая его ядовитым и душным, неимоверно сложным для простых вдохов.
Айю вело. В желудке урчало, а в груди уже привычно саднило. Девушка бросила короткий взгляд под стол, на свои разодранные в хлам вещи, на теплую шаль и отороченные куцым мехом сапожки. Перевела его на свои ноги и промежность, на белесые капли между ними. И обхватила себя руками, вздрогнув.
Снова сделалось мерзко и противно. Тошно. Грязно.
И тысяча вопросов в голове, и сотни сценариев, и все как один в пустоту…
Девушка вздрогнула, когда мимо прошел господин, легко ступая босыми ногами. Нирхасс плавно склонился над ящиком с поленьями и ловко закинул несколько в камин. Огонь помедлив, вгрызся яркими языками в свежую древесную плоть, довольно затрещал, освещая пространство вокруг. Согревая. Успокаивая.
Айя на коленях придвинулась ближе, выставила вперед руки и прищурила глаза. Ассур стоял рядом, привалившись к полке над камином, смотрел на свою служанку молча и равнодушно.
— Можно мне еще вина? — спросила девушка, устраиваясь удобнее, прижимая колени к груди и обнимая их озябшими руками.
Мужчина несколько мгновений медлил, а потом прошел к столу, подхватил бутыль темного стекла и, вернувшись, опустился на шкуру, чуть поодаль от девушки. Протянул ей спиртное.
— Спасибо, — буркнула Айя.
Сделала большой глоток и уставилась на радостный, разбушевавшийся огонь, прижав к себе бутылку.
<