Чтение онлайн

Пролетая над континентом, очертаниями напоминавшего льва, они обнаружили развалины большого города на излучине реки: высокие деревья и буйно разросшийся красновато-зелёный кустарник почти скрывали остатки белых осыпавшихся стен, отступая только перед огромным каменным куполом, черневшим разломом…

Гиперрадар снова «ослеп», но все же Андрей Андреевич и его друзья, находившиеся в рубке управления перед обзорным экраном, успели заметить под кронами развесистых деревьев блеск металла…

Это был звездолет!

С высоты чужое космическое судно напоминало «божью коровку», сменившую ради маскировки

Крембалет начал снижение, выбирая удобное место для посадки.

Приземлив шароваррскую «мельницу» недалеко от реки, где все еще белели остатки каменной набережной, друзья отправились к чужому кораблю — сквозь лесные заросли, пытавшиеся окончательно поглотить развалины древнего римтанского города.

Звездолет находился в центре небольшой площади, заросшей желтоватой травой, пробивавшейся между широких каменных плит, и местами плотно укрытой лианами, сплетавшимися словно змеи…

Дверь входного люка была гостеприимно открыта. Недалеко от подъемной лестницы чернел угольками погасший костерок, вокруг которого валялось несколько пустых консервных банок и смятых упаковок от фруктового сока.

Подобрав толстую палку, Андрей Андреевич несколько раз постучал по корабельной обшивке, но не дождался никакого ответа.

Поднявшись на борт чужого корабля, Дымов с друзьями попали в тесный коридор, который привел их в рубку управления, и далее к единственной каюте, дверь в которую также оказалась открытой… Среди беспорядочно разбросанных вещей на узкой койке лежал пухлый книжный том, на коричневой обложке которого золотилась надпись: «Геродотий Лоханкер. Биографии выдающихся личностей на службе Империи Добра».

Всякие сомнения отпали: звездолет принадлежал сбежавшему нийскому ученому, а не случайному искателю приключений, заявившемуся на руины мертвой цивилизации, чтобы помародёрствовать.

Но где был сам старик? Куда он отправился?

— Подождем здесь или прошвырнемся по развалинам, чтобы время не терять? — обратился Дымов к друзьям.

— Можно и прошвырнуться. — не стал возражать Крембалет.

— Только для начала вернемся на наш корабль и прихватим дезинтеграторы — а то мало ли что… Может, здесь какие опасные твари водятся. — предложил Ломбоцит Боп.

Однако вернуться не получилось. Этому помешала неожиданная встреча.

Только они отошли от звездолета, как из кустов им навстречу вышел абсолютно голый мужик. Он был высок и мускулист, но при этом имел довольно объемистое брюхо, словно любил чревоугодничать.

Нисколько не смущаясь своей наготы, мужик сделал приветственный жест и обратился к ним на чистом техносерве:

— Привет, чувачеллы! Рад приветствовать вас на Римтане! Откуда к нам пожаловали?

— Привет. Ты кто, брателло? — с подозрением прищурившись, отозвался Ломбоцит Боп.

— Меня зовут Гульберт Уес. Но вам лучше называть меня господином Уесом. Я тут что-то вроде деревенского мэра… — Голый мужик дружелюбно улыбнулся, на секунду обнажив белые акульи зубы.

— А что — здесь рядом кто-то живет? — удивился Крембалет.

— А как же! — мужик показал направление. — Вот там — под Куполом, совсем недалеко отсюда, есть небольшая коммуна. Собственно, я этой коммуной и руковожу…

— Послушайте, господин Уес, а вы что-то

— О нийском историке? Геродотии Лоханкере? — мужик кивнул. — Конечно! Он сейчас гостит в нашей общине. Завтра у нас намечается большой зрелищный праздник, связанный с одной давней местной традицией — проводами лета, так он напросился присутствовать, чтобы потом в подробностях все это описать — в своей новой книжке. Хотите, я вас к нему провожу?

— Было бы здорово! — обрадовался Андрей Андреевич.

— Тогда идите за мной.

Мужик повернулся, и Дымов увидел его спину — заросшую жесткими черными волосками, тянувшимися к острому костяному гребню, выпиравшему на хребте.

По дороге господин Уес без конца болтал и улыбался, охотно рассказывая обо всем, о чем его спрашивали, вроде как без утайки — так что Крембалет и Ломбоцит Боп поначалу с подозрением поглядывавшие на незнакомца, скоро оставили свою настороженность.

Из разговора они узнали, что окружавшие их развалины принадлежали не городу, а огромному Бухгингемскому дворцу. В древние времена — еще до летающих особняков и замков, в которые переселилась римтанская знать после открытия антигравитации, здесь правила Королева Бух Гингемма — самая известная властительница в истории планеты. В многочисленных постройках у реки, называвшейся Талой, жили ее слуги и рабы. А ближе к дворцовому куполу верное воинство и приближенные особы из знатных дворянских родов.

По словам господина Уеса в развалины Бухгингемского дворца маленькая община мормоков, которой он руководил, переселилась около года назад — до наступления зимы. До этого они жили у истоков реки Талой, но неурожай и некоторые другие обстоятельства заставили их покинуть старое привычное место и искать новое пристанище. Члены общины занимались тем, что выращивали в пещерах разные съедобные мхи и грибочки, а также собирали дикорастущие фрукты и овощи…

— То есть, члены общины занимаются примитивным собирательством? — переспросил Крембалет.

— И, смею вас заверить, — с большим энтузиазмом! — откликнулся господин Уес. — Как известно, овощи — отличный гарнир…

— И у вас нет желания снова вернуться к благам цивилизации?

— К каким благам? Вы имеете в виду, к пищевым конвертерам и фабрикам, к генетически модифицированной пище, сладким газированным напиткам с искусственно созданными вкусами и ароматами, и прочему подобному?

— Ну хотя бы…

— Нет, нет! Нас полностью устраивает нынешняя жизнь и выбранный нами путь единения с природой.

Следуя за голым общительным мэром, Андрей Андреевич и его друзья дошли до разлома в Куполе, за которым густела темнота. У входа в разлом горел одинокий факел, воткнутый в проржавевший держатель.

— Вы уж простите, но электричество мы не используем — давно привыкли обходиться без него. Так что поначалу будет немного темновато… — сказал господин Уес, беря факел в руку. — Но потом станет привычнее… — с какой-то неопределенностью добавил он.

Пройдя несколько огромных комнат с высокими потолками, где на полах громоздились кучи непонятного мусора и битых камней, они оказались у черневшей дыры в стене — входа в пещеру, закрытого толстой решетчатой дверью.