Чтение онлайн

– Вы можете идти домой, мистер Арчер.

– Я думал, что подожду здесь и поговорю со следователем.

– Я следователь, - сказал Ольсен.
– Я сказал своему заместителю доктору Уилсу не беспокоиться и не приходить сюда сегодня. Ему нужно отдохнуть. Почему вы не пойдете и не отдохнете дома, мистер Арчер?
– Он тяжело надвинулся на меня, здоровый, упрямый, медлительный швед, который любил, чтобы его советы воспринимались как приказ.
– Расслабьтесь и успокойтесь. Мы не будем иметь результатов вскрытия по крайней мере в течение двух дней.

– Почему

так?
– сказал я, не вставая со стула.

– Мы всегда делаем так, вот почему.

Он здесь был главный, и его слегка выпуклые глаза не терпели малейшего ущемления его власти. Создавалось впечатление, что, если бы его воля, он предпочел бы просто иметь дело на руках, но не решать его.

– Нет никакой спешки. Пуля попала в грудь, теперь мы это знаем, и, вероятно, прошла сквозь легкое. Смерть наступила в результате внутреннего кровоизлияния.

– Меня интересует, как умер ее муж.

– Это самоубийство. Вам не нужен доктор Уилс, чтобы подтвердить это. Я вел это дело сам.

Ольсен присматривался ко мне более внимательно. Он опасался, что я могу подвергнуть сомнению его выводы, и от такой мысли заранее приходил в ярость.

– Это уже закрытое дело.

– И нет возможности его снова открыть?

– Нет, никакой.
– От злости он зашипел совсем безграмотным языком: Фэблон совершил самоубийство. Он сказал своей жене, что собирается сделать это. И сделал. Нет данных, что здесь было дело нечисто.

– Я думал, тело было изрядно подпорчено.

– Акулами и скалами. Там большие волны, и его катало по дну в течение десяти дней.
– Голос Ольсена прозвучал как угроза: - Но все повреждения были нанесены после того, как он утонул. Он умер, потому что утонул в соленой воде. Доктор Уилс скажет вам то же самое.

– Где я могу найти Уилса завтра?

– Его заведение на первом этаже госпиталя "Мерси", но он не сможет сказать вам больше, чем я.

Ольсен покинул комнату с видом большого мастера, шедевр которого раскритиковал заезжий поденщик. Я подождал, пока заглохнут шаги, и прошел в библиотеку. Дверь была заперта, но под ней виднелся свет.

– Кто там?
– спросила сквозь дверь домоправительница Вера.

– Арчер.

Она впустила меня. На ней было выгоревшее кимоно. Когда она присела на подушечку у ног Джемисона, я увидел два черных, похожих на обрезанные провода, шнурка, свисающие у нее со спины.

– Это что-то ужасное, - произнес Джемисон слабым голосом.
– Что вы думаете об этом, Арчер?

– Слишком рано меня об этом спрашивать. Мариэтта сказала, что любовник стрелял в нее. Это имеет какое-либо особое значение для вас?

– Нет.

– У нее был любовник?

– Конечно, нет, насколько мне это известно.

– Если у нее не было любовника, то кто мог это быть?

– Не имею представления. Откровенно, общего с Фэблонами с тех пор, как Рой умер, даже раньше, у меня оставалось мало. Это правда, что мы были близкими друзьями в колледже и несколько лет потом, но наши судьбы пошли по разным дорогам. О личной жизни Мариэтты я совершенно ничего не знаю. Но мне сдается, что она имела в виду не своего любовника.

–

Вы говорите о Мартеле?

– Боюсь, это вполне очевидный вывод. Но я напал на любопытную связь между ним и Мариэттой. Она получала какие-то свои доходы из банка "Новая Гранада".

– Мариэтта?

– Да, так. Выплаты прекратились пару месяцев назад.

– Что это был за источник?

– Не ясно.

– Это может быть Мартель, и если так, можно предположить самые невероятные вещи. Мариэтта могла продать ему свою дочь.

– Она этого не сделала бы, - Джемисон был поражен такой мыслью.

– Множество других матерей так поступают. Они не называют это продажей. Но все сводится к этому. Балы дебютанток - мероприятие весьма близкое к тому, что происходит на рабском рынке в Судане.

Вера хихикнула. Ее хозяин взглянул свирепо на нее и сказал тоном упрека:

– Но Мариэтта была предана Джинни.

– Она тоже знает, как важны деньги. Она мне сама говорила.

– В самом деле? Она, бывало, разбрасывала деньги где попало, будто у нее неистощимые ресурсы. Я был вынужден сдерживать ее...

Вера снова ехидно взглянула, и Джемисон решил не продолжать разговор. Я сказал:

– Может быть, ее дочь осталась единственным ресурсом, оставшимся у нее.

Я нарочно решил подогреть беседу. Джемисон понял, куда я клоню:

– Вполне возможно, вы правы. Мариэтта очерствела за эти последние годы, после смерти Роя. Но даже если и так, почему она должна выдавать Вирджинию за сомнительного иностранца? У нее под боком мой бедный сын Питер, готовый на это и желающий этого.

– Я не знаю. Само замужество могло быть идеей Джинни. А тот факт, что Мариэтта и Мартель получают деньги из того же самого панамского источника, является простым совпадением.

– Хотя вы не верите этому?

– Нет. Я потерял свою веру в совпадения. Все в жизни бывает одно к одному. Конечно, большей частью это "одно к одному" проявляется в форме повторяющейся смерти. А то обстоятельство, что миссис Фэблон была убита, вновь поднимает вопрос о смерти ее мужа.

– Но разве Рой не сам покончил с собой?

Вера скривилась, будто он сказал что-то неприличное. Она даже перекрестилась потихоньку.

– Во всяком случае, это официальная версия, - сказал я.
– Сейчас проблема вновь возникает. Я полагаю, вы опознали тело?

– Я был одним из тех, кто опознавал.

– Вы уверены, что это был Рой Фэблон?

Он заколебался и неловко задвигался в кресле:

– Я был уверен в то время. Это означает, что я должен быть уверен и сейчас, не так ли? Я строю выводы не по памяти. Его лицо было раздуто, все порезано и поцарапано.

Джемисон зажмурил глаза. Вера дотянулась до его руки, взяла в свою и держала ее.

– Так что вы не можете быть уверены, что это был он.

– Нет, если бы только посмотрел на него. Он значительно трансформировался в море. Но у меня нет причин сомневаться в том, что это был Рой. Доктор, проводивший осмотр, доктор Уилс, говорил, что у него имеется неопровержимое доказательство, что это был Рой.