Часовой: на страже Севера
Шрифт:
Освободив лошадей, к нам подбежали подручные Игната. В руках парней тускло поблескивали длинноствольные мушкеты, вытащенные из седельных сумок. Вот и артиллерия подоспела. Я быстро прикинул. Десяток клинков и три огнестрела. В руках трёх или четырёх деревенских мужиков заскрипели тугие луки. Тоже неплохо. Я обернулся. Последние убегающие жители уже просачивались через распахнутые ворота.
— Матерь Божья, что еще за уродцы? — брезгливо выдохнул Игнат. — Таких не видал ещё… А, Алексей, не знакомы ли тварюги настоящему Часовому?
Первая образина все ж таки выкарабкалась наружу и тяжело опустилась на четвереньки, напоминая нюхающую вокруг себя воздух собаку. Размером с человека, какого-то грязно-бурого цвета, безволосая, словно покрытая вонючей омерзительной
Да эта тварь действительно кем-то вроде нюхача! А еще я увидел, что на её короткой шее застёгнут железный обруч, от которого вниз, прямо в жерло вздувшегося холма уходит толстая, звенящая звеньями цепь. Ищейка, они пустили пред собой эту тварь, чтобы она указывала им путь! Следом, позвякивая цепью, из провала выбралась вторая мерзость, почти ничем не отличимая от первой. Разве только цветом она была немного темнее. Полузадушено рыча, она дёрнула носом-хоботом, цепляясь лапами за землю и натягивая цепь.
— Это всего лишь собаки, нюхачи, — резко сказал я. — Как только высунутся их хозяева, всем стрелять без промедления. Вдруг получится закупорить провал их телами.
Издавая какие-то невнятные звуки, почему-то напомнившие мне скомканную нечленораздельную человеческую речь, мерзкие слепые существа, резво бросились вниз по земляному склону, со звоном вытягивая за собой цепи. Заскрипели натянутые тетивы луков, взвелись колесцовые замки огнестрела. Мы все были готовы к появлению очередных гостей. Жители Кленовки уже покинули деревню. Могли и мы броситься за ними. И таким образом подставить ведьминым тварям наши спины. Нет, будем стоять здесь, до последнего. Я надеялся, что первая депеша уже находится в Цитадели и Кречет, не мешкая, отправит сюда снаряженное боевое судно с чародеем на борту.
Вслед за рвущимися с привязей покрытыми слизью четвероногими тварями из вздувшегося холма показались и остальные. Точнее, показался.
С трудом протискиваясь через образовавшийся провал, наружу стала вылазить исполинская омерзительная туша. Не знаю как остальные, но я, благодаря своему зрению Часового, отлично видел всё в подробных деталях.
Мне эта страхолюдина напомнила человечка фирмы «Мишлен», только отвратительного красно-коричневого цвета, чье жирное, колыхающееся тело усеивали мелкие жёсткие волоски-щетинки. В огромных пальцах-сардельках чудище сжимало концы двух цепей. Из оскаленной жуткой пасти, щерившейся игловидными зубами, обильным потоком бежала густая слюна. Чудовище рычало, пыжилось и, вытащив остатки своего жирного тела, неуклюже встало на короткие окорокоподобные ноги, едва не съезжая вниз по склону холма. Подняв толстенную руку, оно играючи остановило почти сбежавших вниз собак. Увидев нас, страхолюдина радостно захрюкала. Её поросячьи глазки озарились жадным голодным блеском.
— Валите эту херню, — выдохнул я. — Живо!
Вслед за освободившим проход отвратительным жировиком, висящим не меньше килограмм трёхсот и ростом метра под два с половиной, из дыры, как горошины из стручка начали выпрыгивать и остальные монстры. Были они не в пример шустрее и намного меньше, поэтому без труда выбирались под звездное небо и, издавая мяукающие звуки, сыпались с холма во все стороны.
— Огонь! — взревел я. — Остальным отрезать дорогу к воротам, живо, живо!
В ночном воздухе грохнули два трескучих выстрела из мушкетов, сливаясь в один громогласный залп. Резко запахло порохом. В жирной колышущейся груди сдерживающего слепых нюхачей монстра появились две кровавые дырищи размером с кулак. Он взревел от боли и неожиданности, злобно щёлкнув гипопотамьей пастью, пошатнулся. Следом в него вонзилось несколько стрел. Одна угодила в упрятанный среди складок жирной морды вращающийся как на шарнирах глаз. Чудище завыло
так, что ему отозвались выведенные за деревенские стены собаки. Его могучая рука ослабла, разжимаясь.Рвущиеся с цепей нюхачи, почувствовав слабину, яростно дёрнули вниз. В последний момент огромный монстр успел сжать кулачище. Но его ноги поскользнулись на насыпи, пошатнули полученные раны, как следует рванули прикованные к цепям собаки-нюхачи и… Чудовищный гигант, неловко взмахнув лапами, покатился вниз по склону!
Одна из слепых тварей каким-то образом почувствовав опасность, с визгом успела отскочить в сторону. Другой не повезло. Грузно перекатывающаяся туша со всего маху наскочила на собаку и раскатала в мясной блин! Та и пикнуть не успела, как хрустнули её кости. Перекатившись через нюхача, путаясь в цепях, жирный неуклюжий монстр подкатился прямо ко мне. Игнат с руганью увернулся. Митяй с Захаром торопливо перезаряжали мушкеты. Кленовцы во главе со старостой уже вступили в схватку со сбежавшими с земляной насыпи шустрыми поджарыми тварями, напоминающими безволосых худющих детей, но с жилистыми когтистыми лапами и огромными, выдающимися вперёд челюстями, призванными дробить кости залежалых мамонтов. Я услышал, как Панас громко закричал:
— Гули, гули!.. Держать строй, язви вас демоны!..
Остановившись передо мной, громадный монстр, рыча, сделал неуклюжую попытку подняться на ноги, что учитывая его размеры это было весьма не просто. Меня ошпарили горящие ненавистью ко всему людскому нечеловеческие глаза. Зубищи клацнули вблизи моей ноги, а неугомонный гигант взмахнул рукой, вытягивая жирные пальцы, и едва не схватил меня. Но я был наготове.
Ловким движением ушёл вправо, развернулся, занося меч и увеличивая силу удара, крутанулся обратно и, как гильотиной, нанес удар. Свистнув, клинок перерубил его конечность, даже не ощутив сопротивления. Из культи водопадом ливанула вонючая, похожая на ихор бело-розовая кровь. Монстр взвыл ещё громче.
К нему подскочил Игнат и, приставив к выпуклому лбу пистоль, потянул за спусковой крючок.
Бумс!
Тяжёлая пуля вырвала чудищу кусок черепа. Но оно отказывалось умирать.
Ругаясь на чем свет стоит, Игнат отбежал назад, засовывая разряженный пистолет за пояс. На него со спины тут же набросилась слепая носатая тварь. Я, вновь подлетев к поверженному чудовищу, взмахнул мечом, на этот раз взяв чуть выше.
В меня брызнуло вонючей кровищей, отсеченная голова жирного ублюдка взлетела в воздух, тело, бешено содрогаясь, корчилось как огромная мерзкая личинка. Более не обращая на обезглавленную тушу внимания, я кинулся на помощь к Игнату. Но тот успел справиться сам. Могучими ручищами он сгрёб взгромоздившееся ему на закорки существо и перекинул через себя. И не успела тварь вскочить, как меч вонзился ей во впалый живот, намертво пришпиливая к земле. Игнат хекнул, всаживая клинок по самую рукоять и чуть проворачивая. Тварь в бессилии тоненько завизжала.
За моей спиной снова громыхнули выстрелы. Митяй с Захаром прицельно завалили еще парочку выбравшихся на вершину холма тварей. Кажется, эти были последние. Остальные уже давно атаковали наших людей. Навскидку их было не меньше трёх десятков. На вид не особо сильные, но невероятно быстрые и ловкие, они вопили, царапались, кусались, полосовали загнутыми крючками когтями, наскакивали на противника по трое-четверо. Но битые жизнью, бывалые кленовцы держались. К ним на помощь устремились отбросившие мушкеты Захар с товарищем. Я же, не мешкая, рванул наверх, молясь, чтобы застреленные парнями твари и вправду оказались последними.
Игнат, поругиваясь, полез за мной.
— Вот же стервецы, а! Чего удумали! Ход какой подземный проложили… Целенаправленно рыли к людскому поселению за собачками своим, что вели их!
Я добрался до самого верха и осторожно подошел к осыпавшейся дыре.
— Верно, Игнат, кто-то рыл им проход! — крикнул я поднявшемуся вслед за мной управляющему. — Ты можешь себе представить эту тварь? Вдруг она еще здесь, под нами?!
Игнат, побледнев, перекрестился свободной рукой. Правая же продолжала сжимать обагрённый смердящей кровью меч.