Бытие
Шрифт:
Башня, вернее то, что от неё осталось, возвышалась на холме и, по всей видимости, ранее выполняла дозорную функцию. Крыши у нее не было уже давно, а часть стены обвалилась вместе с бойницами и этажами. Сейчас оборонительное сооружение походило на песочный замок, пострадавший от внезапного набега морской волны. Впрочем, единственные «набеги», которые имели здесь место, совершались по обыкновению местными пьянчугами и кроме них до башни никому дела не было.
Именно в этом месте, была сокрыта ценнейшая, по заверению духа, книга. Но где именно, я не имел ни малейшего представления. И как вы уже заметили, док, я не особо верил что что-то найду. Радовало лишь то, что башня была невелика. Мне не придётся тратить всю ночь на поиски того, чего возможно и не было. К тому же мне было важно отыскать книгу до того, как начнет светать, чтобы успеть добраться до дома.
Первым делом, я внимательно осмотрелся вокруг. Большая часть пола была покрыта толстым слоем переливавшегося в ночном свете
Какого же моё удивление было, когда мои рассуждения оказались верными а сон не оказался моими бреднями. Песок скрывал тяжелый деревянный ящик, с массивными медными ручками по бокам. Я поднял крышку ящика, которая моментально поддалась при легком касании. Внутри, кроме квадратного предмета, обернутого в черную плотную ткань, ничего не было. Было не сложно догадаться, что это и есть книга. Я взял сверток и, чуть откинув край материи, убедился, что держу в руках книгу. Посчитав правильным не открывать ее без разрешения голоса, я сунул её подмышку и поспешил обратно к реке. Конечно, интерес был немаленький, но во сне я не слышал ни слова о открытии книги, мне было поручено её забрать и не более.
Задание было выполнено, оно оказалось довольно простым, что меня немного позабавило. В приподнятом настроении я наслаждался приятным хрустом снега под ботинками. Не могу сказать точно, но тогда я уже прошёл добрую половину, когда на мгновение мне показалось, что позади проскользнула тень. Я обернулся. Никого не было. Мне хотелось было продолжить свой путь, как краем уха я услышал хруст приминаемого снега. Снова повернувшись, я отчаянно пытался разглядеть человека, идущего за ним по пятам, но безрезультатно. Никого не было, я клянусь. В тот момент, я стоял как вкопанный и слушал приближающиеся звуки, но в округе не было не единого живого существа. Возникло неприятное чувство тревоги. Звук становился все отчетливей, говоря о приближении невидимого существа. Сердце сжалось и я, быстро сунув книгу в пальто, бросился бежать. Холодный морозный воздух обжигал легкие, но , не обращая на это внимания, я решил как можно скорее добраться до другого берега. Что-то внутри подсказывало, что встреча с невидимкой ничем хорошим не закончится. И я не ошибался.
Неожиданно, что-то схватило меня за ногу и со всей силы рвануло назад. Вскрикнув, я поскользнулся и, больно ударившись локтями, распластался на льду. Мгновенно перевернувшись на спину, я огляделся, но вокруг опять никого не было. Мне хотелось было успокоить себя тем, что я сам по невнимательности поскользнулся, однако четыре свежие параллельные неглубокие царапины на ноге говорили об обратном. Тут у меня уже не было сомнений, что мне просто привиделось и показалось. Быстро поднявшись, я рванул со всех ног в сторону противоположного берега. Когда до него оставалось чуть больше метра, я ускорился еще сильнее, как вдруг на глазах лед передо мной начал трескаться, отрезая меня от спасительно берега. «Невозможно!» – с ужасом пронеслось в моей голове, но тут же я был снова схвачен, подкинут, и с головой погружен в воду.
Шокированный болью, которую может причинить ледяное речное течение, я отчаянно задергал руками и ногами, стараясь как можно быстрее освободиться от невидимых рук. Но с каждой секундой остервенелого сопротивления воздуха становилось всё меньше, а результатов это не приносило: кто-то или что-то продолжало меня удерживать. Уперевшись свободной ногой в каменистое дно, я начал ползти по нему к берегу, помогая себе руками. Книга сильно мешалось, я решил освободить себе руки. На последнем издыхании, я вытащил книгу из пальто и швырнул её в сторону берега. Как только послышался глухой стук книги о землю, существо ослабило стальную хватку, и перепуганный, мокрый я выполз на берег, рухнув в снег, показавшийся мне теплым после ледяной воды.
Не чувствуя ни рук, ни ног, я понял, что еще мгновение и я отключусь и вряд ли уже когда-нибудь смогу очнуться. Через силу, превозмогая боль от судорог, я поднялся на ноги, взял синими от холода пальцами проклятую книгу и побежал в сторону дома.
Пробегая дом за домом, я молился, чтобы мне хватило сил добраться до квартиры. Так, в полусогнутом состоянии, мне удалось миновать несколько кварталов. Тело разогрелось, отчего было легче переносить холод. Но тут, за моей спиной, я снова почувствовал присутствие опасности. Неожиданно, как по команде, городские фонари все до одного погасли, погрузив улицы в кромешную тьму. Я отчаянно простонал. Сердце, и без того бьющееся в сотню раз быстрее обычного, сейчас готово было выпрыгнуть из груди и я отчетливо слышал в висках свой бешенный пульс. Меня накрыла
волна неописуемого страха и из последних сил я рвал вперед со всех ног. Пробегая один дом за другим, я и думать забыл об осторожности, камерах и случайных прохожих. В тот момент, когда, как мне казалось, на кону стояла моя жизнь, все остальное теряло значение. Я потерял над собой контроль, и уже не мог заставить себя остановиться и успокоиться. Мои ноги все бежали и бежали, не разбирая дороги в ночной мгле. Утерянное самообладание вернулось к мне лишь тогда, когда я, неудачно скользнув ногой в выбоину на дороге, со всего разбега упал плашмя на посыпанный песком асфальт. Замерзший, и с ног до головы покрытый сосульками, я попытался встать, но ноги не слушались, а руки, сведенные судорогами, отказывались сгибаться.Как дальше развивались события я не помню. Ни раз мучая свою память, я мысленно возвращался в ту ночь, в надежде понять, что со мной происходило. Но у меня ничего не вышло. Сознание вернулось, когда я в порванной одежде, без пальто, весь в крови буквально заполз в лифт своего дома и нажал кнопку своего этажа. Что именно с произошло, я не понимал. Меня колотило от холода и страха. Я боялся абсолютно всего, но конкретно чего не мог понять. С трудом сняв с себя затвердевшую на морозе одежду, я бросил ее прямо у входной двери.
Я практически дополз до спальни и, закинув книгу под кровать, укутался с головой в одеяло и погрузился в глубокий сон.
Глава 4
– Так, что же тогда Вы встретили ночью?
– Я же говорил, я так и не смог выяснить. Что-то необъяснимое и страшное.
– Вы могли бы сравнить с чем-нибудь этот страх?
– Хм… я никогда не пытался сравнить его с чем-то. Могу лишь сказать, что тогда меня пробрало до самых костей. С одной стороны ты знаешь, что опасность рядом, но ты не видишь её.
– Похоже на паническую атаку?
– Что?
– Паническая атака. Когда человек испытывают её, он не знает чего именно он боится, в то же время боится он очень сильно.
– Возможно это можно сравнить с этим.
– Хорошо, но что же оказалось в той самой книге, ради который вы так рисовали?
– Терпение, доктор, всему своё время.
Я проснулся от назойливо светившего в лицо яркого луча солнца. Сморщившись, я отвернулся и накрылся одеялом с головой, в надежде ухватиться за ускользающий от меня сон. Но тот улетучился, словно дым, оголив суровую реальность событий прошлой ночи. Сжавшись, я вдруг что больше всего на свете я хотел бы, чтобы произошедшее со мной вчера оказалось лишь плодом фантазий или, чтобы этот кошмар не оказался реальностью. Не открывая глаз, я вытащил из-под одеяла руку и попробовал нащупать книгу, которая, судя по воспоминаниям, должна была находиться под кроватью. Не обнаружив под ней ничего, я не без облегчения вздохнул. Может оно и к лучшему: не придётся мучиться и пытаться найти всему логическое объяснение. Я лениво потянулся и, понежившись в кровати, сел, поморщившись от неприятной боли во всем теле и изумленно уставился на одеяло: оно было практически все перепачкано кровью. По телу пробежали мурашки. Все-таки логическое объяснение придётся поискать. Откинув его, я обнаружил четыре глубоких пореза на ноге и множество ссадин и царапин по всему телу. «Крепко же мне досталось», подумал я. Книга всё таки лежала под кроватью, правда немного дальше, чем мне казалось.
Усевшись на пол, я внимательно рассмотрел её. Судя по тому с каким трудом она попала в мои руки, ее содержание должно быть поистине уникальным. Наученный горьким опытом, я не спешил ее открывать. Что-то подсказывало , что эта обожженная и обернутая кожей стопка бумаг помимо бесценного опыта может принести и серьёзные проблемы. К тому же я хорошо помнил инструкции от своего нового знакомого. Слово «открыть» там не значилось.
Поэтому я принял решение отложил книгу, и содрав с кровати запачканное постельное белье, направился в ванную по пути захватя из прихожей оставшиеся на полу сырые вещи. Засунув их в машинку, я бросил мимолетный взгляд на зеркало, отметив про себя, что лицу досталось гораздо меньше в сравнении с остальным телом. Перепачканный, я принял душ, морщась от жгучей боли при соприкосновении воды с ранами. Книга ни на секунду не выходила из моей головы. Всё это время меня просто распирало от безумного любопытства, схожего разве что с детским интересом к исследованию, когда ребенок яростно пытается получить какую-то вещь, но получив её, не знает что с ней делать и кладет обратно, как ненужную и бесполезную безделушку. Изо всех сил я старался отвлечься, переключить своё внимание на что-то другое, но мысль о том, что в соседней комнате лежит столь необычная и наверняка ценная вещица, которую он толком даже не осмотрел, не давала покоя.