Бусинка
Шрифт:
— Теперь ты довольна?
Хочется казаться сильной. Но кого я обманываю? Я ничтожество. Жалкая, слабая, а теперь еще и убитая горем. Глаза щиплет от подступающих слез. Губы и подбородок сотрясает мелкая дрожь.
— Я спросила, теперь ты довольна?!
— Кира…
Соболь всхлипывает. Я вижу, как она страдает. Как ошарашена и убита тем, что произошло. Наверное, она тоже любила его. Но я не в силах ей помочь. Не хочу. Зачем?
Это она, а не я разрушила все то прекрасное, что было между нами. Она растоптала мои чувства, уничтожила веру в человечность.
— Ответишь на один вопрос, пока все не закончилось?
Склоняю
Алексей возникает за ее спиной и осторожно опускает руку на талию, притягивая к себе. Смотрю ему в глаза, но не могу прочитать ни единой эмоции. Я не знаю его роли во всем этом. За время нашего знакомства он произнес в моем присутствии от силы пару фраз. Всегда казался замкнутым, пусть при первой встрече и показал себя человеком разносторонним и общительным. Но это было лишь однажды. В основном же Шадрин старался вообще не лезть. Говорила всегда Лиза.
— Когда ты приехала ко мне, чтобы нанять организатором свадьбы, ты собиралась замуж за Егорова?
Пожалуй, этот вопрос мучил меня больше всего. Ведь именно с того дня все пошло по наклонной. Именно со «случайной» встречи с Лизой так изменилось, что голова до сих пор кругом. Тогда она увидела фотографию Лёши в моем кабинете, тогда побледнела, словно призрака увидела и сбежала. Тогда же сочинила, видимо, и все остальное.
— Да.
Две буквы. Одно короткое слово. Не помню, когда в последний раз мне было так паршиво. Вообще удивляюсь, что все еще нахожу силы говорить с ней, когда хочется подскочить к ближайшему альфе, выхватить из его рук автомат и расстрелять суку за то, что сломала мне жизнь. За то, что лишила моего ребенка отца. За то, что предала меня.
— Зачем, Лиз? — пытаюсь говорить спокойно.
Но, дьявол, какое тут спокойствие, когда с минуты на минуту в здание прорвутся полицейские и скрутят меня, словно опасную преступницу?! Краем сознания успеваю подумать, что Сашу и его людей скорее всего тоже упекут за решетку за взлом с проникновением и нападение. А сколько трупов осталось в том зале вместе с ним?
— Хоть что-то из того, что ты говорила, было правдой?
— Кира, — снова начинает блеять Соболь, но я грубо ее перебиваю:
— Что из этого было правдой, Лиза?! Та слезливая история о договоре между твоим отцом и Константином Валерьевичем? Ты ведь с самого начала знала, что Лёша обещан тебе, так зачем изображала из себя подругу, помогала мне его вернуть? Почему не рассказала об этом еще в школе, ведь знала, что мы встречаемся? Хотела сделать больнее? Что я тебе сделала?! ЧТО?! — кричу, размазывая по щекам слезы.
Пусть видит, как мне больно, пусть радуется. Поздравляю, она сломала меня. Уничтожила.
— Это ты все испортила! — со злостью выплёвывает Лиза.
Прекрасная актриса! Так ловко втираться в доверие, так натурально переживать и пускать слезу; делать все, чтобы я расслабилась, поверила; выжидать, плести паутину. Гениально! Просто гениально!
— Ты забрала его у меня!
— Ты больная?
— Он с самого начала был моим, — девушка уже практически шипит, вырываясь из рук Алексея и пытаясь дотянуться до меня, чтобы, видимо, придушить, — но я решила, что, если он с тобой позабавиться, а потом уедет, ничего страшного не случится. Он уехал, и ты должна была его отпустить. Оставить в покое! Но ты продолжала ждать, как чертова идиотка, и что мне
оставалось делать?— Это ты подговорила Женю… — осеняет меня.
Обхватываю себя руками, пытаясь спрятаться от этого знания. Он ни в чем не виноват. Это она, она забралась ему в голову, науськивала, подталкивала, умело играя на его чувствах ко мне. Он любил меня — это правда. Но был готов отступить, чтобы не мешать лучшему другу, а Лиза, расчетливая тварь, и его убрала со своего пути. Рассорила их с Лёшей, а потом взялась за меня.
Уверена, что и смерть Константина Валерьевича — ее рук дело. Это ведь она уверяла нас, что он — главный злодей. Что это он все придумал, он хотел избавиться от меня. До сих пор не пойму, зачем только он обещал передать Жене наследство, когда планировал вернуть Лёшу в семью и женить на Соболь? Может, использовал точно также, как и Лиза? Мне хочется злиться на Королёва, честно, очень хочется, однако теперь, когда я понимаю, что он оказался всего лишь пешкой в игре двух изворотливых гадюк, запутался в коконе их интриг, мне становится его жалко. Думаю, Женя понимал, что не получит ничего из того, чего бы хотел: ни меня, ни наследство Егоровых. Он просто хотел отомстить за отца, и это ему удалось. А что дальше?
— Женя хотел тебя, я — Лёшу. Все честно.
— Ты хоть раз спросила, чего хотел сам Лёша? Какая же ты эгоистка!
Со стороны лестницы слышится топот множества ног. Еще пара минут, и, уверена, окажусь лицом в пол. Осталось совсем недолго, но прежде я хочу узнать…
— Почему ты позволила нам уехать?
— Нужно было, чтобы ты забеременела.
Лиза тоже их слышит. Вижу, что нервничает. Алексей за ее спиной, все это время стоящий смирно, как непоколебимая стена, достает из кармана телефон и кому-то набирает. Наверняка, у них есть план, чтобы уйти незамеченными.
— Я не могу иметь детей. Мне нужен был ребенок.
— Ты не получишь его!
— Не сомневайся, — ядовитая улыбка расползается по некогда прекрасному, милому лицу, и девушка странно дергает головой, — я получу все, что хочу. Как получила поддержку Королёва, как подвела Лёшу к мысли избавиться от отца, чтобы править его компанией единолично. Ведь Лёше было плевать на неё, как и сейчас плевать. Он просто хочет спокойной жизни, и я ему это обеспечу. После того, как разберусь с тобой, разумеется. Я получу свое.
Она дает знак, и альфы направляют на меня оружие, пока сама Лиза разворачивается и спокойно шагает в сторону лестницы. Алексей не отстает, прикрывает тылы. На мгновение становится любопытно: действительно ли он любит ее, раз потакает безумствам?
Я стою напротив четырех альф совершенно безоружная. Опустошенная. Когда сегодня я шла сюда, думала, что умру. Но теперь, оказавшись лицом к лицу со смертью, умирать совершенно не хочется. Артур уже потерял отца, потерял крестную, а сейчас потеряет еще и мать.
Прости, малыш, я обещала вернуться, но…
— Кира! — черт, почему он все еще здесь?! — Кира, уходим.
Оборачиваюсь, хоть и понимаю, что это довольно рискованно, с удивлением отмечая, что помимо Самсонова за моей спиной находится еще как минимум пять человек.
— Кира, пошли!
Делаю шаг назад, ближе к Саше. Потом еще один. Все внутри сжимается от предчувствия чего-то страшного. Альфа протягивает руку. Осторожно вкладываю в нее свою, и тут Самсонов резко дергает меня на себя, подхватывает и срывается вперед. В это же мгновение за спиной раздаются выстрелы. Кто-то кричит, кто-то, судя по звукам, падает замертво.