Бросок сверху
Шрифт:
У хоккеистов сегодня был выходной и парни дружной компанией отправились посмотреть город. На центральной площади, когда они фотографировали достопримечательности, к ним подошли местные девушки за автографами, а потом ситуация резко изменилась. Норвежки как припадочные начали визжать. Из соседнего кафе на крики вышла группа крепких ребят и без присущей случаю перепалки кинулись в драку. Конечно, мохание кулаками один из традиционных видов спорта на Руси, но не когда против тебе професиональные боксёры с чёткой задачей поколечить, а ты хочешь решить дело миром.
Молодчики работали чётко, ровно, как на тренировках. К такому хоккеистов не готовили, парни пытались разнять дручунов или помочь напарникам подняться, но
Иван замешкался несколько мгновений, искал среди нападавших куратора или руководителя. То что это подстава, чистой воды, он понял моментально, по театральному бабскому крику и удостоверился взглянув на появившихся “защитников”. Организатора не обнаружил и решил сначала помощь команде. Майкл после просмотра "фильма" с этой дракой, прыгал с горящими глазами, а потом ответственно заявил, что по приезду в Союз я обязан предоставить ему киностудию. Такой постановки драк он ещё не видел. Признаться я сам был заворожён происходящим на экране.
Меньше минуты, и дюжина молодчиков в жёстких нокаутах, причём каждый получил контрольный в голову, а наш вратарь взобрался на клумбу и осматривает поле боя цепким взглядом. Остановив свой взор, он срывается с места, просачиваясь сквозь окружающую толпу.
Цель Иван взял, и не одну, поэтому не смог вернуться к команде, которую в это время, без разбирательств арестовывали полицейские. Вратарю пришлось обеспечивать прикрытие группы, которая паковала захваченные объекты для дальнейшей транспортировки. Не придумав ничего умнее, он пошёл в ресторан из которого появились нападающие и решил задать несколько вопросов публике. Там ему ответили демострацией холодного оружия. Приняв это за крайнюю степень неуважения Иван решил отобрать "игрушки", видимо вместе с руками их держащими. Врачи позже насчитают 27 переломов у четверых хозяев ножей.
Местные наверняка переименую Площадь Фритьофа Нансена. Ну например в площадь “тысячи переломов”. Если на самой площади в тот момент столько травм не было, по Норвегии можно было насчитать и больше. К сожалению в их числе много русских. Когда разрабатывали план моего пребывания, подготовили больше десятка вариантов срочной эвакуации. В том числе в бессознательном и даже мёртвом виде. Тревогу объявила одна из групп на площади. Сигнал веером пронёсся по нашим каналам, продублированный подтверждением “Боевая” и почти сразу “Полная”. Выше только “ВО” и “Атом”.
Началась эвакуация наших граждан в места временного проживания. Группы быстрого реагирования расползались по целям захвата. Охрана резко пополнилась резервом и местными кадрами. Всё работало как по учебнику. Я спокойно наблюдал как выставляются очередные фишки на карты Норвегии и отдельных городов.
Хоккейную команду, как и других граждан вытаскивать из тюрем не торопились. Пусть проникнутся норвежским гостеприимством, на ночь не бросим, а до вечера напитаются эмоциями гостеприимства. Обведя в очередной раз присутствующих в зале штаба взглядом, попросил найти ответственного за связи с общественностью или проще, пресс секретаря. Активная фаза события пошла на убыль, а ковать "легенду" нужно было пока она горячая.
– Странно всё это. Не похоже на отвлекающие действие. – сказал Майкл, помечая очередную точку на карте.
– Да, напоминает разведку боем. – добавил я, слушая доклад о завершении очередной фазы. – Американские студенты боксёры, подрались тут и тут. Через час они собрались в баре. Никто не знал маршрут движения хоккеистов, похоже на случайность, но есть несколько моментов. Их привезли только вчера, собрали
и натравили именно на русских. Попасть домой в ближайшие 5 лет они не должны! – последнее я адресовал дежурному, ведущему протокол.– А в горах и в порту? – спросил приятель.
– С высокой вероятностью, оба эти случая, случайность. Дети кого-то случайно толкнули. Мужчина видимо, заступился за дочь. – сообщил “безопасник”. – Второй инцидент с бывшим женихом нашей Энди. Парень перепил и пришёл разбираться в нашу гостиницу. Получил по щам, а сегодня привёл друзей. Инциденты в городе, вот что важно.
Меня беспокоили не связанные на первый взгляд совпадения, но по мере получения информации все случаи получали логичный ход, а закономерность заключалась в комплексах буржуйчиков. Многие виды спорта доступны только финансово обеспеченным слоям и богачи не привыкли проигрывать. К тому же так унизительно, почти всухую и практически на своём поле. Вот граждане и озлобились, собрали любителей бокса, заплатили и указали цель.
Из логики выбивались несколько профессиональных подстрекателей, которых взяла контрразведка. Клубки распутывали до самого вечера. Когда мы подвели промежуточные итоги на совещании. Вообщем скучать не пришлось.
– Послу Норвегии вслед за Британским, выставили ноту. В течении двух суток они должны покинуть Советский Союз. Наше заявление и комментарии направлены всем европейским посольствам и миссиям. Здесь, составили коллективное письмо от советских граждан, нас поддержали 14 стран, в том числе натовские Франция и Италия. – докладывал представитель МИДа. – Только один наш гражданин остаётся в тюрьме, обвиняется в шести убийствах.
– Ваньку уже вытащили. В ресторане, где он пытался скрыться, запасной выход оказался завален. Пришлось сдаться. – сообщил “Ржавый”, в промежутке между работой ложкой. – Он сейчас в расположении, со своей командой. Парней предупредили, пока не вернёмся домой, они слепые, глухие и немые. Чувства можно включать только на матче.
– Это вы называете сдался? – сообщил “Мидовский пиджак” покрываясь бурыми пятнами. – Шесть полицейских инвалидами останутся.
– Что вы так переживаете? Вы вообще на чьей стороне? В ресторане он сдался. Это в участке, умники нашлись, допрос устроили. Он что терпеть должен был? Пострадали те, кто за огнестрел хватался. Пусть скажут спасобо, что живы остались. Да, не забудьте наше письмо в суд по правам человека передать. Пытать невинных? Где они такое видели? Фашисты! – издевался над гражданским начальник моей охраны.
– Сравнение норвежских полицейских с фашистами вставьте обязательно. Мелодрамы ожидания дочерьми отцов томящихся в застенках капиталистических тюрем и ужасы полицейских участков добавьте. Все штампы которые использовали против союза и наших лагерей. Максимально цинично. Цыфры с задержанными умножайте на 10, не стесняйтесь. Должно сложиться впечатление, что в Норвегии жестокость полиции норма и между строк имя начальника департамента. Статья про этого британца-подстрикателя давно готова, запустим как разоблачение через испанскую прессу. – сообщил я МГБшнику отвечающему за СМИ.
– Митрофанов действительно кого-то убил? Сколько всего пострадавших? – поинтересовалась Лена.
– Двухсотых семеро. Их личности выясняются. У нас все живы. К врачам обратилось 12 человек. Двое в критическом состоянии. Захвачено 23 человека идёт дознание. Состояние остальных нападавших не известно. – ответил “безопасник”.
– Сколько у нас человек за время олимпиады обратилось в больницу? В том числе с насморком и больными животами? – спросил я.
– Нужно уточнить. – ответил инспектор медицинской части и закопался в своих бумагах. – Через центральную больницу прошло 193 пациента, но больше половины с инфекцией и гинекологией. Кроме того проводились плановые медосмотры, 230 человек. Данные на утро, вернее на вчерашний вечер.