ЖАНРЫ

Босс. Любить обещай
Шрифт:

— Нашла в архивах. Помог один парень из IT. Илья. Ему можно доверять.

Максим поднял голову, и в его глазах что-то дрогнуло.

— Ты рисковала.

— Как и ты. — Аня выдержала его взгляд. — Но это еще не все.

Она достала из кармана сложенный листок.

— Сегодня Игорь вышел на связь. Через адвоката. Он готов дать показания против «влиятельных лиц», которые помогали ему скрываться от следствия. В обмен на смягчение приговора.

— И?

— Он назвал имя. — Аня смотрела прямо на Максима. — Аркадий Семенов. Отец Виктории. Они были в сговоре. Семенов помогал Игорю с отмыванием

денег и «решением проблем». Моя проблема, Максим. Покушение на убийство, возможно, было санкционировано не только Игорем.

Максим побледнел. Его пальцы сжали папку так, что хрустнула бумага.

— Я знал, что Семенов был связан с криминалом, — медленно сказал он. — Но чтобы настолько…

— Теперь понятно, откуда у Виктории такие связи, — продолжила Аня. — И почему она так уверена в своей безнаказанности. Она думала, что все нити ведут к ней. Но они ведут к ее отцу. А он мертв. И не может защитить ее.

Максим молчал. В темноте салона его профиль был неподвижен, как у древнего изваяния. Аня видела, как внутри него что-то перегорает, ломается, перестраивается.

— Это наша козырная карта, — наконец сказал он. — Но играть ею нужно сейчас, когда все карты на столе. Нужно найти документальное подтверждение связи Виктории с этими схемами. Не просто косвенные улики, а прямые доказательства.

— Я знаю, где искать, — ответила Аня. — «Черная бухгалтерия» дочернего предприятия. Если она сохранилась, то на отключенном сервере в старом здании компании. Илья может его поднять.

— Тогда действуем. — Максим посмотрел на нее — и в его глазах впервые за долгое время не было тени. Только холодная, расчетливая решимость. — Но теперь ты не одна. Я подключаю свою службу безопасности. Илье скажи, чтобы работал через меня. Если Виктория что-то заподозрит…

— Она уже заподозрила, — перебила Аня. — Мне пришло SMS с угрозой. «Любопытство сгубило кошку». Значит, она боится. Значит, мы близки к цели.

Максим протянул руку и накрыл ее ладонь своей. Кожа была горячей, почти обжигающей.

— Я не позволю тебе пострадать. Еще раз. Никогда.

— Знаю, — тихо ответила Аня. — Поэтому я здесь.

Он хотел сказать что-то еще, но она покачала головой.

— Время вышло. Уезжай первым. Я подожду.

Максим нехотя отпустил ее руку, вышел из машины и скрылся в темноте. Аня смотрела вслед, пока его силуэт не растворился среди припаркованных фур.

Потом завела двигатель и поехала домой. В голове уже созревал план..

25

Совещание правления назначили на среду, девять утра.

Зал заседаний на тридцатом этаже был полон. Акционеры, топ-менеджеры, ключевые партнеры — все те, кто дергал нити огромной марионетки под названием «Кристалл-Холдинг». Виктория вошла последней — как всегда, эффектная, уверенная, с безупречной укладкой и бриллиантами. Она заняла место по правую руку от Максима, как и подобало заместителю и невесте.

Аня сидела в третьем ряду, среди младшего персонала, приглашенного для протокола. Ее сердце колотилось где-то в горле, но руки не дрожали. Сегодня все должно было закончиться.

Максим поднялся. Он был в черном костюме, белой рубашке и темном галстуке — строгий, собранный,

как перед боем.

— Коллеги, — начал он, и его голос разнесся по залу, не повышаясь, но заполняя каждую нишу. — Сегодня я вынужден отойти от повестки. Будут представлены результаты внутреннего аудита, который проводился последние две недели.

Виктория слегка нахмурилась — разве не она подписывала все аудиторские отчеты?

— Речь идет о финансовых нарушениях в дочернем предприятии «Стройресурс», — продолжил Максим. — Хищения средств, подставные контракты, отмывание денег через сеть офшорных компаний.

По залу прошел шепот.

— Аудиторы обнаружили, — Максим перешел к сути, — что схема контролировалась одним из ключевых сотрудников компании. Человеком, который занимал высокий пост и пользовался безграничным доверием.

Он нажал кнопку пульта. На экране за спиной появились схемы, цифры, названия фирм.

— Связи этой сотрудницы с криминальными структурами, включая покойного Аркадия Семенова, а также с Игорем Михайловым, обвиняемым в покушении на убийство, — Максим повысил голос, — документально подтверждены.

Виктория побелела. Она открыла рот, но Максим жестом остановил ее.

— Виктория Аркадьевна, — сказал он ледяным тоном. — Вы уволены с формулировкой «за грубые нарушения должностных обязанностей и нанесение ущерба репутации компании». Все материалы переданы в правоохранительные органы.

Она вскочила.

— Это клевета! — закричала она, и впервые ее голос сорвался на визг. — У вас нет доказательств! Я предъявлю компромат на вашу семью! На вашего отца! Все узнают, из какого дерьма вы вылезли, Орлов!

— Ваш компромат, — спокойно ответил Максим, — фальшивка. Мои юристы проверили каждый документ. Он не имеет юридической силы. А вот ваши фотографии из порностудии десятилетней давности и записи переговоров с клиентами эскорт-услуг, — на экране мелькнули размытые, но узнаваемые кадры, — вполне реальны.

Зал замер.

Виктория смотрела на себя — молодую, накрашенную, в дешевом белье — и лицо ее превратилось в маску ужаса и ненависти. Она попыталась что-то сказать, но только хватала ртом воздух.

— Все копии переданы адвокатам, — закончил Максим. — Если хотя бы одно слово об этом деле или об Анне, — он бросил взгляд в третий ряд, — выйдет за пределы этой комнаты, эти материалы уйдут в СМИ и прокуратуру. У вас ровно сутки, чтобы освободить кабинет. Охрана проводит.

Два крепких мужчины в черном подошли к Виктории. Она вырвалась, в последний раз бросила на Аню взгляд, полный обещания мести, и выбежала из зала, спотыкаясь на высоких каблуках.

Тишина стояла такая, что слышно было, как жужжит проектор.

Максим закрыл папку, повернулся к залу.

— Вопросы?

Никто не задал ни одного..

Эпилог

Они стояли на опушке леса у чистого озера. Закат окрашивал небо в багровые и золотые тона, водная гладь отражала последние лучи солнца, и ветер, мягкий, почти летний, качал верхушки сосен.

Здесь не было той угрюмой, давящей тайги, где они встретились. Это был другой лес — светлый, щедрый, живой. И озеро — не черное, а прозрачное, до самого дна.

Поделиться с друзьями: