Бородатые боги
Шрифт:
* * *
— Это богохульство! Вы что мне предлагаете?! Отказаться от своей веры, от христианства, от православия?! Стать язычником?!
— Нет, отец Михаил! Ни кто не посягает на святость христианской веры и православной в особенности. Мы просим вас только об одном. Немного подкорректировать некоторые обряды и охристинизировать праздники аборигенов. Так сказать, нести слово божье исхоnbsp; — Что именно можете?
&дя из местных условий. Как в свое время греческая церковь поступила со славянским язычеством…
Вот уже больше часа Климович и Уваров вели с отцом Михаилом теологическую беседу. За те два месяца, что они отсутствовали, храм в Новоросске
— Отец Михаил! — не выдержал Уваров. — Давайте откровенно! Для чего служит религия?! Для двух установок. Первое — для подчинения масс. Второе — для сплочения верхушки. Не правда ли?!
— Что вы имеете в виду?! — не уступал священник.
— Подчинение масс происходило двумя путями. В отличие от второго, первый путь сохранился до двадцать первого века. Это классическая, можно сказать, государственная религия. Она базируется на внушении идеи могущества Бога или Богов. Но главное в государственной религии — убедить паству, что Бог на стороне власти. В независимости от его имени. Или я не прав? — сузил свои глаза Олег. Этот разговор ему явно уже надоел, но для решения общей задачи необходимо было принять кардинальное решение в вопросе веры.
— Да вы коммунист! Безбожник! — воскликнул с негодованием священник.
— Извините. Нет. Раньше был, но затем изменился. Я верую в Бога, но в церковь не хожу. Я признаю цивилизационную роль религии, но в моем времени многие священники уже превратились из служителей Господу в дельцов, торгующих верой за деньги…
— Да… Иисус Христос в свое время выгнал всех торгующих из храма… — покачал головой Климович. — Но видно, в двадцать первом веке они вернулись… А второй путь, какой?
— Второй путь — это запугивание паствы смертью и попаданием в ад, в виде "ужастиков" — спецэффектов с натуральными жертвоприношениями и морем пролитой крови. А также гневом богов в случае неприятия действующей власти. Что в свое время применяли наши предки, а в Америке все индейцы. Особенно ацтеки и майя. — пояснил Уваров. — На эту тему столько философов и политиков копья сломали, что я даже не могу их всех вспомнить. Кстати, под страхом смерти и лишения всевозможных благ, идет и объединение всех элит. Здесь та же ситуация. Нужно что-то другое, наше…
— Что вы, Олег Васильевич, конкретно предлагаете? — спокойно произнес отец Михаил.
— Из истории мы знаем, что испанцы огнем и мечом везде насаждали свою католическую веру. Вместе с конкистадорами сюда придут "Псы Господни" — доминиканцы, орден братьев-проповедников. Нам надо их опередить. — продолжил Олег. — Если, попроще, то я вижу следующее. Согласно христианскому учению, во время своей жизни Иисус Христос имел двенадцать ближайших учеников. Эти ученики впоследствии назывались апостолами. Жизнь апостолов частично изложена в Евангелие и книге Деяния святых апостолов, которые входят в Новозаветный канон…
— А я посмотрю, вы, однако, знаток… — удивился священник.
— Спасибо. Читал про это, в свое время. — искренне поблагодарил Уваров. — Теперь, далее. Общество, если мы хотим выжить и не стать жертвой агрессии, должно иметь общую идеологию. Общую мифологию… Как мы теперь знаем, местного бога Виракоча тоже сопровождали двенадцать спутников из двух родов — "сияющих учителей" и "верных воинов". Не кажется ли вам это очень похожим?!
— А ведь, точно! — воскликнул Климович. — Что-то в этом
есть! Иисус Христос и Виракоча! И спутников у обоих по двенадцать, и оба спустились с небес! Надо их объединить!— Вот как раз об этом я и говорю! — подытожил Уваров. — Одной силой и страхом людей не объединить! Нужна общая вера! Вера в лучшее будущее! В общего Бога, наконец, как бы его не называли!
— Да. Господь Бог един, но имен у него много! — согласился отец Михаил.
— А мы о чем! — разом проговорили Уваров и Климович, посмотрев на священника.
— Ну, если так… То, честно говоря, для Бога разницы нет, какого цвета кожа у его паствы, во что она одета и что ему в дар преподносит. Главное, чтобы искренне верили в него и прославляли. — отец Михаил погладил свою бороду, перекрестился и поцеловал крест, висевший на груди. — Верховный жрец уаминка Иллайюк очень мудрый человек. Между нами состоялась духовная беседа, в результате которой мы пришли к тому, что Иисус Христос и Виракоча очень похожи. Они несут добро и просвещение. Инки же, верят богу Солнца — Инти, принося ему человеческие жертвы. Хотя их верхушка, все-таки верит в Виракоча!
— Не понял?! Батюшка!? Это, вы что, все это время нам мозги здесь пудрили, хотя все знали заранее? — недоуменно поднял брови Уваров.
— Ну, должен же я выслушать ваши аргументы! Слепо выполняют приказы только дураки и идиоты! — улыбнулся отец Михаил. — Нормальный человек обязан думать!
— Ох, отец Михаил! — подмигнул священнику Климович. — Мыслитца мне, что не всегда вы были служителем церкви!?
— Честь имею представиться. Штабс-капитан Кальницкий Михаил Игнатьевич. Это — в миру. В гражданской войне не участвовал. Посчитал великим грехом проливать православную кровь, поэтому в 1918 году принял духовный сан… — спокойно проговорил священник.
— Вы из белых? — удивился Олег. Признание священника оказалось для него полной неожиданностью.
— Нет. Я русский офицер, который не пожелал делить свой народ по цвету флага временных вождей. Если можно так выразиться. — уточнил отец Михаил. — В трудные для себя минуты человек всегда вспоминает о Боге, в независимости от своих политических взглядов. После того, что я увидел на войне, по-другому поступить не мог.
— Мы тут копья, понимаешь, ломаем, а батюшки уже давно договорились! — рассмеялся Климович. — И к какому заключению вы с Иллайюком пришли?
— Виракоча — посланник Христов, чему свидетель — крест у местных, но многое из его учения забылось ими. Мы с вами — дети Христовы, посланные сюда Спасителем отвести местных люд от схизматиков и принять их в лоно истинной веры — православия! — серьезно произнес священник.
— Отец Михаил, — Алексею Аркадьевичу захотелось узнать побольше о найденных между служителями веры точках соприкосновения. — А что вы скажите о кресте у местных?
— Равноконечный крест в окружности, носимый уаминками, имеет много общего с нашим крестом. Он как раз и называется греческим православным. Этот крест символизирует гармонию, созерцание, связь с Царством Небесным и соборность…
— А я читал, что крест очерченный окружностью является астрономическим знаком Земли. Этот символ использовался в различных культурах для разных целей, в том числе и как символ бога Солнца. — вставил Уваров. — Круг символизирует путь солнца по созвездиям, а крест — времена года, периоды солнцестояния и равноденствия.
— Крест — это спасение через жертву Христа, страдания, вера и искупление. Возникшая в глубинах тысячелетий и культур семантическая связь "бессмертие — душа — птица — крест" выкристаллизовала языческое понимание этого символа как "бессмертное солнце", а в христианском толковании — "Бог, бессмертный светоч небесный". Этим объясняется устойчивость иконографии многих Отцов церкви и святых, русских святителей, одеяния которых украшены правильными рядами этих символов. — пояснил отец Михаил. — Местные язычники еще не познали истинной веры, поэтому и находились в заблуждении. Но, я надеюсь, с божьей помощью и с вашей, приобщить их к православию.