Болиголов
Шрифт:
Дверь отворилась, и на пороге показался Кристоф.
— Балда, помоги дяде надеть кольчугу. Я не для того обучался магии, чтобы надрывать себе спину такими тяжестями! — Балда скрылся в доме, откуда вскоре послышался звон кольчуги и звуки кряхтения и возни.
— Ох, старичок, как же ты будешь кружку с пивом поднимать? Неужели нам опять придется тебя поить? — у Хлои было хорошее настроение, и она с радостью унижала своих друзей.
— У меня за годы опыта все рассчитано до мелочей: левой рукой я могу поднять пинту эля, а правой нацепить на нож фунт мяса, так что за это не переживай.
— Так ты же набирался опыта в Товерне. Ты что, не знаешь, что товернская пинта глотка
— Ничего страшного, Роджер, будем с тобой отпивать у него по глотку. Мы же друзья! — Хлоя напрягла мышцы скул и бросила Кристофу полный дружеского участия взгляд.
— Мне кажется, что наш Кристоф слишком брезгливый, чтобы согласиться на такое предложение, — сказал Роджер, и Кристоф кивнул в подтверждение его слов. — Поэтому просто попросим трактирщика ему недоливать!
— Точно! — Хлоя подбросила вверх вертлявого «светлячка» и выпустила стрелу одновременно с оглушительным хлопком за спиной.
— О чем речь, он же маг! — дверь чуть не слетела с петель, так резко она вылетела впереди выходящего Джофа, рука которого не успела опередить его не втянутый с утра живот. — Он просто заведет руки за спину и будет взглядом отправлять себе в рот эль и поросят.
В доме уличное перешучивание было хорошо слышно. В более проворной руке Джоф сжимал секиру, с которой вообще очень редко расставался, — особенно в походе, даже если это был всего лишь поход в таверну. Стрела Хлои пролетела мимо цели, и скачущий, словно от радости, «светлячок» бросился ее догонять. Она поморщилась и прочистила пальцем ухо, в котором еще стоял звон.
— Нет, спасибо! Я так больше сил потрачу, чем наем, — Кристоф тоже полез в ухо, не ожидая от Джофа никаких извинений. — Уж ради вас постараюсь поднять соларсбургрлсс…, черт, что за название. Ну ничего, по возвращении в Товерн начнем тренировки с дополнительным весом.
— Уверена, что в Товерне Кристоф никогда не сможет натренироваться на соларсбургской пинте, потому что с таким произношением больше одной не сможет заказать! — Хлоя поймала принесенную светлячком стрелу.
— Глупышка, я напишу название на бумажке и закажу сразу десять. В крайнем случае, пойду с вами, если будете себя хорошо вести. Но хватит уже болтать — нас ждут поросята! — Кристоф пошел к воротам.
— Джоф, зачем ты взял секиру? Думаешь, что молочные поросята как-то сильно подросли и окрепли за последний год? — спросил Роджер.
— Я буду отражать солнечный свет в глаза наглецам, которые косо посмотрят на нашу красавицу-лучницу! — нашелся Джоф.
— Точно! — сказала Хлоя и заскочила в дом, чтобы оставить ненужный в таверне лук.
— Какое солнце в пабе? Наша красавица и есть то солнце, которое будет там всех ослеплять! — Кристоф сразу и возразил Джофу, и сказал комплимент Хлое.
— Кристоф, комплименты девушке нужно говорить в ее присутствии, так больше вероятность того, что она их услышит и оценит, — ответил ему Джоф.
— Ну все, я готова, — Хлоя перепрыгнула порог и, не оглядываясь, захлопнула дверь ногой. — Что вы там говорите?
— Кристоф сказал, что в трактир ходят только слепые, — повторил для нее Роджер.
— Я не так сказал, шутники! — заворчал Кристоф, но повторять комплимент почему-то постеснялся.
Они вышли за пределы территории посольства и направились в таверну, чтобы отлично провести свой единственный день в Разбойничьем Стане. Вообще-то они не спешили, никто их не гнал отсюда, и можно
было оставаться здесь хоть на неделю, но внутреннее чутье не позволяло искушаться и привыкать к расслабленному образу жизни. К тому же одного дня, проведенного в «Синей Лошади» было достаточно, чтобы подорвать здоровье и более закаленным в этом деле людям. Вот сейчас закончится весенний сезон, они вернутся домой и там уже недельки две-три, готовясь к летнему сезону охоты, они снова будут проводить вместе в своем доме хорошие добрые вечера, а днем будут отдыхать друг от друга, занимаясь своими делами.Большинство нормальных людей захаживали в пабы ближе к вечеру, когда было уже не так жарко и можно было хорошо посидеть вплоть до самого утра, но Джоф со своей компанией всегда, когда проездом бывал в городе, ходил в таверну к самому открытию, чтобы посидеть там до самого закрытия, потому что — как показывал опыт — время в таверне летело так стремительно, что многие удивлялись, как такое вообще возможно, и думали, что это все какая-то хитрая магия.
«Синюю лошадь» они услышали еще раньше, чем увидели. Возле трактира всегда шла оживленная жизнь с самого открытия в обед и до момента на рассвете, когда людей приходилось насильно выносить, если «Синяя лошадь» заканчивалась или не справлялась. Уже вечером можно было не найти себе хорошего места, а ночью проклятые пьянчуги приезжие заполняли весь город своими телами. К счастью для всех, солнце только делало вид, что работает, потому что, кроме яркого света, никакой жары не ощущалось. Опять вместо ленивого светила вкалывал неугомонный ветерок.
Джоф с Кристофом ускорили шаг, как только показался фасад таверны, но их опередили.
— Малыш Джоф, красавчик Кристоф! Неужели вы снова к нам? — раздались веселые голоса со стороны расположившегося напротив таверны борделя. Яркие и красивые, если не приглядываться, девушки издали махали руками и смеялись. Джоф с Кристофом ускорили шаг.
— Постойте, постойте! — догоняя обоих, замахала руками Хлоя. — Кажется вас зовут вон те милые девушки.
— Не может такого быть. Я здесь никого не знаю, откуда меня может кто-то знать? — Кристоф уже спрятался в капюшоне и в активизировавшейся толпе и не понимал, чего они все остановились.
— Да мало ли в мире Джофов. Пойдемте скорее, пока наш обед кто-нибудь не увел, — махнул рукой Джоф.
— Вот вы бедняги, — маска сочувствия появилась на лице Хлои. — У вас такие популярные имена и такая обыкновенная внешность, что вас вечно путают с какими-то тезками проходимцами, которые шляются по борделям, курительным и пабам. Может, давайте вам имена сменим — назовем вас как-нибудь неповторимо и уникально, ведь чистое, никем не запятнанное, имя всегда в почете!
— Нет, спасибо. Мы сильные и сможем вынести этот морально тяжелый груз. Такие испытания лучше всего закаляют воинов и магов! — сказали наперебой Джоф и Кристоф. Они уже протиснулись в двери, так как случайные прохожие на улице начали находить связь между выкрикиваемыми женщинами именами и конкретными людьми.
— Да и запутаться можно, если каждый год менять опороченные проходимцами имена на уникальные, чистые и незапятнанные.
Кристоф, как и любой из них, всегда становился на сторону сильных троллей. И интерес к этому никогда не угасал, так как сила тролля была непредсказуема и зависела от многочисленных факторов. Балда все больше ощущал надвигающийся туман, но разговор про имена отодвинул его границы. Ему вдруг подумалось, что Балда — это не обидное ругательство, которым уже давно никого и не называют. Балда — это уникальное имя, которым его зовет Хлоя, Джоф, Роджер и Кристоф. Может быть, даже мама так его называла, только нежно и ласково.