Блейз Уиндхем (Том 2)
Шрифт:
Внезапно Блейз почувствовала, что ей страшно. Она приложила ладони к его широкой, обтянутой бархатом груди, чтобы остановить, и произнесла:
– Милорд, прошу вас.., я...
– Тише, дорогая, - мягко произнес король, - я не причиню вам вреда. Вижу, вас еще никогда не целовал никто, кроме мужа, но, несмотря на все уважение к вашей добродетели, дорогая, я намерен завладеть вашими губами, так что прекратите бесполезный разговор, - и король впился в ее губы.
Это был чувственный и требовательный поцелуй, и закончился он отнюдь не сразу. Губы короля медлили, впитывая нежность ее губ, лаская их, и, почувствовав,
Обхватив ее сильной рукой, король опытными пальцами развязал шнуровку и скользнул ладонью под лиф платья Блейз, к ее груди. Большим пальцем он быстро и сильно провел по набухшему соску, тотчас затвердевшему от этого прикосновения.
– Нет!– выкрикнула Блейз, вырываясь.– Прошу вас, не надо!
– Тише, дорогая, не трать силы понапрасну, - посоветовал он и склонил голову, целуя ее благоуханную грудь.– О, как ты прелестна!
Собрав все силы и всхлипывая от ужаса, Блейз с отчаянием рванулась в сторону, высвободилась, и запахнув лиф, бросилась прочь из лабиринта. Обнаружив укромный уголок, она быстро привела себя в порядок и заторопилась в комнаты Блисс. С облегчением обнаружила, что там никого нет, она рухнула на кровать и зарыдала.
Ласки короля безмерно удивили ее. Блейз уже не была столь невинна, как прежде, по приезде сюда, и знала, что он постоянно ухаживает за дамами. Но ведь она-то ничуть не походила на Бесси Блаунт или Мэри Болейн. Она не стремилась пленить короля и полагала, что ее добродетельное поведение если и не защитит ее от других мужчин, чьи поступки казались ей чудовищными, то по крайней мере подаст знак королю, - Блейз считала его самым благородным из джентльменов. Как же она ошибалась! Что ей теперь делать?
В дверь постучали, и сердце Блейз торопливо заколотилось. Неужели он осмелился явиться к ней в спальню? Нет, такое не позволено даже королю.
– Войдите, - произнесла она, и через порог шагнул молодой паж.
– Его величество немедленно требует вас к себе, миледи Уиндхем, звонким голосом объявил мальчик.
Блейз ахнула.
– Не могу!– выпалила она прежде, чем успела подумать.
Паж побелел от ужаса.
– Мадам, ради Бога, не отсылайте меня к королю с таким ответом! Я лишусь места при дворе, а ведь я младший сын в семье! Если меня прогонят, я ничего не сумею добиться в жизни!
– Ладно, - кивнула Блейз, поднимаясь, - я иду с тобой.– "Бедный мальчик, - подумала она, - еще одна жертва короля". Следуя за пажом, Блейз достигла королевского крыла и, пройдя через зал, где столпилась половина придворных, жаждущих увидеть ее позор, шагнула во внутренние покои короля. Паж доложил о ее приходе и исчез.
Повернувшись к ней, король осведомился:
– Вы уже успокоились, мадам?
Что она должна ответить? Ведь он - король. Блейз молча кивнула.
– Ради тебя я постараюсь не спешить, Блейз, - пообещал король, впервые называя ее по имени, - но помни одно: я твердо решил завладеть тобой.
– Сир...– начала она.
– Молчите! Я еще не позволил вам говорить. У вас есть ребенок, верно?
– Да, милорд. Это девочка, ее зовут Нисса.
– Нисса? Вы знаете греческий, мадам?
– Муж учил меня греческому, сир.
– Сколько лет вашей дочери?
– Два года, сир.
– Кто считается законным опекуном леди Ниссы,
и каким состоянием она владеет?– Полагаю, ее опекунша - я, сир, - неуверенно отозвалась Блейз.
– Нет, мадам, женщина не может быть опекуншей без моего позволения, а вы его пока не получали. Каково состояние ребенка?
– Ниссе отошло небольшое поместье с двумя деревнями и домом. Поместье называется Риверсайд.
– Я подумаю насчет опекуна - настоящего опекуна этой маленькой наследницы. Разумеется, она будет воспитана в его доме. Уверен, я найду человека, достойного заниматься воспитанием ребенка.
Блейз почувствовала, как сердце заколотилось в ее груди.
– Сир, неужели вы хотите отнять у меня дочь?
– Такое дитя, как ваша дочь, должно иметь достойного опекуна, повторил король.– Женщина, в особенности своенравная женщина, которая не знает, как следует вести себя в обществе короля, неспособна воспитывать невинного ребенка.
– Тогда назначьте опекунами Ниссы моих родителей, лорда и леди Морган из Эшби. У них одиннадцать детей, восемь из них еще живут дома. Сейчас моя дочь находится у них.
Король задумался и ответил:
– Нет. Такая богатая наследница, как ваша дочь, должна вырасти в доме более влиятельного лица, способного позаботиться о ее воспитании, - такого, который пользовался бы расположением короля. Я подумаю об этом, мадам, и разумеется, мое решение будет зависеть от ваших дальнейших поступков. Вы поняли меня, мадам?
– Да, милорд, поняла, - чуть слышно ответила Блейз.
– Тогда подойдите и поцелуйте меня, дорогая, ибо разговоры меня утомили. Мы с вами можем заняться гораздо более приятными делами, Блейз.
Она медленно прошла через комнату и подняла голову, принимая его поцелуй.
– Открой рот, Блейз, впусти мой язык, - приказал король, обняв ее так, словно беря в плен.
Повиновавшись, она задрожала от этого прикосновения. Его язык скользил по ее губам с небрежной грацией, руки короля крепко обнимали ее талию, по комнате распространялся слабый аромат фиалкового корня. "Сейчас я упаду в обморок", - думала Блейз, чувствуя, как слабеет в объятиях короля.
Король заметил, как она покачнулась, и быстрым движением подхватил ее на руки, усевшись в кресло у огня, зажженного, чтобы прогреть сырую комнату.
– Вот так, дорогая, не бойся меня. Я просто хочу тебя любить.
"О Господи, - думала Блейз, сидя у него на коленях и заглушая рыдания, - как он переменчив!"
Только что угрожал ей, а сейчас разыгрывает роль нежного любовника. Только теперь она поняла силу истинной власти, и этот урок оказался жестоким. Почему она не осталась дома? Лучше уж жить в окружении болезненных воспоминаний, чем оказаться беспомощной игрушкой в руках Генриха.
Распустив шнуровку, король просунул ладонь под ткань платья и принялся ласкать ее грудь.
– Как мне не терпится увидеть тебя такой, какой тебя сотворил Бог, негромко произнес он.– Какая у тебя восхитительная грудь, Блейз.
Она сделала последнюю попытку заставить его отказаться от своих намерений.
– Милорд, прошу вас, умоляю, не делайте этого! Меня воспитали в строгости...
– Это более чем очевидно, моя деревенская простушка.
Среди придворных джентльменов этой зимой ходили слухи, что ты отвергала даже самые настойчивые домогательства.