Битва во времени
Шрифт:
— Точно… — Джантара как-то качнуло внезапным перепадом напряжения даже прежде, чем он понял, что хочет сказать. — А мы и есть — люди, разумные существа, а не бактерии…
— В самом деле — что это мы? — встряхнул головой Герм, будто сбрасывая наваждение. — На основе чего пустились в такие рассуждения? Каких-то текстов сомнительной каноничности?
— Правда… — даже удивился Минакри. — Тем более — что такое вообще канонические тексты? Те, чьи авторы объявляют себя знатоками Непознаваемого? Но подумайте — не абсурдно ли это звучит?
— И то верно… — так же удивлённо ответил Итагаро. — Везде берутся толковать самые начала и концы Бытия — и тут же утверждают, что
— Да, но политики… — начал Лартаяу. — Это древние правители могли верить, что кто-то человекоподобный способен разрушить Вселенную — а нынешние?.. Что их-то заставило броситься возрождать старые верования? А мы об этом как-то не думали. А теперь тут — эти трупы. И там говорят, что такие же трупы — повсюду…
— Повсюду… — повторил Итагаро. — Подождите, а откуда мы знаем? Мы же пока видели только наш интернат, и слышали трансляцию из одного города! А этих массовых психозов уже сколько было… И вот, наверно — просто очередной. Если бы не трупы — но и этому должно быть здравое объяснение. А мы вместо этого… Да, что тут с нами сделали, что мы изучали…
Но нет — с этими его словами ничего не схлынуло, не разрядилось не разрешилось — точно как тогда, после первого просмотра записи дома у Фиар, или разговора в почтовом вагоне. Просто внезапное сомнение породило слабую надежду — но она тут же словно растворилась в общем шоке и окаменелом молчании.
«Хотя — изучали же… — подумал Джантар. — И, казалось бы, сразу должны что-то понять. Ну, или пусть не сразу — а что-то вспомнив…»
— Пойдём вниз, — вырвалось у него уже вслух. — И давайте думать… вспоминать… Мы же, как бы там ни было, специально изучали именно эти вопросы…
— Нет, а правда — что и откуда они могут знать? — тихо, почти шёпотом (должно быть, боясь заглушить репродуктор, хотя тот и так молчал), заговорил Герм, когда они уже почти в ночной темноте медленно спускались по лестнице. — Хотя и не просто же на потеху рядовым гражданам политики бьют поклоны перед идолами… Но и дату конца мира уже предсказывали сколько раз…
— Например, из чисто математических соображений — на конец 7776 года, — вспомнил Талир. — Ведь это число — 6 в 5-й степени. А другие — на 7 шасвара 7777 года, 7 часов 77 минут 7 секунд. Правда, сам я этих дат уже не застал…
— А я не помню, чтобы к этим датам чего-то такого ждали, — ответил Джантар. — И вообще, предсказывали всегда далеко вперёд — чтобы, как срок настанет, некого было найти и спросить за обман…
— Хотя было, что и нашли, — напомнил Минакри. — Помните, мы читали, как кто-то точно так же вывел момент — 9 сахвея 7654 года, 3 часа 21 минуту? И его же потом судили как отступника от «правильной веры»? Но правда, и современных средств связи тогда ещё не было — а в те даты прошлого века по радио не передавали такого… Ну как, молчит сейчас репродуктор?
— Молчит… — прислушавшись, ответил Итагаро. — И там же, в студии, у микрофона — тоже люди… И если это действительно — этническое оружие… Донот сразу сказал — а потом нас куда понесло? Просто прорвало какую-то ёмкость на заводе или складе — как тогда, в Моаралане… Или… Кто-то преднамеренно взорвал…
От слов Итагаро ночная тьма, казалось, ещё больше сгустилась. «Уже непонятно, что страшнее…» — только и смог подумать Джантар.
— И люди видят эти
трупы, — продолжал Итагаро. — Люди, которых после десятилетий прогресса цивилизации снова заставили обратиться к религиям. К тем самым, которые мы здесь изучали… И что они должны подумать?— Слушайте, я не всё понял, что вы говорили — но тем временем нашёл в кладовой радиоприёмник! — вдруг быстро заговорил Ратона, поднимаясь навстречу остальным из мрака подвальной площадки. — Правда, принимает не все диапазоны, и батарейки изрядно сели — но кое-что слышно. Так вот… Тисаюм, Джокурам, Риэлант — все молчат… Зато из Тарнала объявили, что это — явления «врага веры», описанного в каноне Вохрила. А насчёт Элбэ так и предупреждают, что это — третьестепенный пророк, и чтобы ему не присягали. И даже, говорят, двух элбинских монахов где-то поймали пьяными — так их привязали к какой-то военной ракете, и собираются, если небо не начнёт трескаться к полуночи, так и запускать в Аухару!
— Но тогда это — уже война… — вырвалось у мгновенно похолодевшего Джантара.
— Ракету так просто запустить нельзя, — голос Итагаро выдал, сколь и его взволновало это известие. — Нужны три разных ключа — а они хранятся у трёх разных офицеров. По крайней мере, насколько я знаю…
— А дальше в студии просто началась стрельба, — продолжал Ратона. — И только кто-то успел крикнуть в микрофон: «Истинный пророк — Занклу-Хартвес!» — как всё оборвалось…
— Да, мальчики, и это — уже не тут, в специализированном интернате… — как-то особенно тревожно ответила Фиар. — Ну, то есть — каким мы его считали. Это — там, снаружи… И что же случилось со всем обществом за время, пока мы были здесь…
— А если — этнически избирательный яд психотропного действия?.. — предположил Ратона — и умолк, поражённый новой догадкой. — Но тогда, значит — и политики, и офицеры ракетных войск… Хотя подождите… Ведь если это в разных городах — то где, собственно, источник яда… Карта! — сообразил Ратона. — Есть тут у нас в интернате какая-то карта? И фонарик — а то для меня уже темно… Чтобы я мог попытаться определить центр и границы распространения… этого фактора…
— Зато я, кажется, ничего не смогу… — горестно откликнулся Итагаро. — Мы отключены от электросети. Есть только городская трансляция и радиоприёмник.
— А я? — спохватился Джантар. — И даже не подумал! Стоял там вместе с вами…
— Да — вот как то, что мы изучали, может сдвинуть психику, — констатировал Минакри. — А тут надо срочно разбираться во всём, как только можем…
«Так… С чем сразу связаться, на что настроиться? — уже по-деловому, борясь с нарастающей тревогой, заработала мысль Джантара. — В первую очередь — Тисаюм и Кераф… А давно же я не вспоминал, не смотрел, что у меня дома… Ну, Тарнала практически не знаю — видел тогда из вагона только вокзал. Риэлант, правда, немного знаю… А вот Алаофу… Только по фотографиям — но тоже попробую. И конечно — Чхаино-Тмефанхию… Фхлавиорм, Тхвелерамф… Надо же понять, к чему сказано это — «пала»… — ещё больше забеспокоился Джантар. — И что они имели в виду…»
Однако тут он вспомнил, что эта связь всегда давалась особенно трудно — и уж наверняка не территориальная удалённость была причиной. Ведь на мгновения удавалось видеть и Аухару, и какие-то из дальних островов, и теперь — даже Иорару… А окраины Тмефанхии — остров Барьерный, город Тмеинжех в дельте Фиоланы — были не так уж удалены от Каймира… Хотя по широтному расположению это и было тмефанхское Приполярье…
«Но — почему так? — вдруг подумал Джантар. — Ведь астральный мир — един, он не знает границ и различий плотного, телесного мира… Или… нет?..»