Бесстыдница
Шрифт:
— Отлично, — вымолвил он, пробежав глазами по решению. — Идем дальше.
Некоторое время так и продолжалось: он показывал пример и задавал решение и, когда она начинала решать, он принимался расхаживать по столовой, стараясь не глядеть на нее. Воздух в помещении словно наэлектризовался. С каждой минутой ему все тяжелее было выносить эту близость. Вот ведь она, совсем близко. Протяни руку и возьми то, что тебе нужно. У сиделки сегодня был выходной, и она с утра куда-то ушла. Мать наверху, прежде чем вновь спуститься к Кире, он проверил: та дремала в библиотеке. Он сможет с легкостью утянуть девушку в мастерскую отца, на старую кушетку, и там трахнуть, предварительно заперев дверь. Заманчиво. Но нет. Он выше этого. Он посмотрел на неё. Кира
«Что в тебе такого? — думал он. — Да, красивая, сексуальная девушка. Но ведь в мире полно таких. Почему я зациклен лишь на тебе? Почему только при одном взгляде моя кровь кипит?»
Кира неосознанно облизнула пересохшие губы и сглотнула, не обращая внимания, что он разглядывает её; она полностью ушла с головой в решение.
«Наверняка хочет пить. Идиот, ведь ты ничего ей не предложил!»
— Может, вы хотите пить? — произнес он. Вышло слишком сердечно, за что он мысленно дал себе пинка. — Я совсем забыл что-нибудь вам предложить. Простите меня.
Девушка подняла голову и вскинула брови.
— Есть кофе, горячий шоколад, даже цейлонский чай. Может, соку или воды? — продолжал он.
«Боже, пусть она что-то захочет! Хоть на пять минут отойти от неё и от этого невыносимого вожделения.»
— Воды, — произнесла она после короткой паузы. — И, если можно, горячий шоколад.
— Можно, — выдавил он с облегчением. Ведь шоколад надо еще приготовить. — Когда закончите этот пример, попробуйте двести восемьдесят пятый, тот, что со звездочкой. С этими словами он вышел в арку и повернул налево, в сторону кухни. Его движения были лихорадочными. Наливая ей воду из фильтра, он пролил немного на кафель. Быстро вытерев лужу тряпкой, он вышел обратно, неся стакан дрожащей рукой.
— Вот, пожалуйста. — Он поставил стакан дальше от неё насколько мог, забыв, что надо было принести подстаканник, чтобы не испортить дубовый стол. — Пойду сварю вам шоколада, да и себе кофе. — Он быстро развернулся и буквально выбежал из столовой.
Кира проводила его ехидной улыбкой.
«Да что со мной такое? Что на меня нашло?» — Он склонился над кафелем, закрыв глаза, выдыхая.
«Надо спровадить её, — понял Дейв. — Пока опять не натворил чего.»
Желание затащить её в соседнюю комнату было слишком сильным. «Выпьет свой шоколад, а потом пусть идет», — решил он для себя, а затем включил индукцию и поставил на нее небольшую кастрюльку для молока. Спустя десять минут, он вошел обратно в столовую, неся кружку горячего шоколада, и обмер на месте. Кира сидела на ближайшем краю стола, с полностью расстегнутой блузкой, заведя ногу на ногу. Она успела накрасить губы бесстыже красным цветом в тон к своему лифчику.
— Я все решила, мистер Коулман, — проговорила она томным голосом. — Можно мне получить мой шоколад?
Дейв тяжело сглотнул, но не сдвинулся с места. Она рассмеялась и чуть откинулась на столе на вытянутых руках. Твою мать, он был готов трахнуть её прямо здесь.
— Слезь со стола, — выдавил он не своим голосом.
— А то что? Оставите меня после уроков? — спросила она, игриво приподняв бровь. — Или, может, что пострашнее?
Дэвид взял себя в руки и поставил кружку подальше от нее. И произнес уже строго:
— Я сказал, быстро слезла.
— Тебе придется заставить меня. — Она наклонилась, давая ему лучший обзор на её грудь.
В один шаг он сократил расстояние между ними, вцепившись рукой в край стола.
— Прекрати, Кира, — полузадушено вымолвил он. — Я знаю, чего ты добиваешься.
Но она лишь приоткрыла рот. И он потерял контроль. И приблизил лицо, прикрывая глаза. Её голова кружилась от пьянящего аромата его одеколона. Разум твердил ей отстраниться, непринужденно спрыгнуть со стола, взяв кружку с шоколадом и пойти к своему месту. Но сейчас она была готова сдаться и отдасться этой близости. Ведь её тело и сердце так хотели этого. Их носы соприкоснулись,
и она уже почувствовала его горячее дыхание на своих губах, как вдруг раздался женский голос:— Кто вы такие?
Кира вздрогнула от неожиданности и широко раскрыла глаза. Мистер Коулман отпрянул от неё, делая шаг назад. В его глазах читался неподдельный страх застигнутого на месте преступления школьника. Выглядело забавно, но ей было не смешно. Девушка мгновенно перевела взгляд на говорившую, сводя края блузки, прикрываясь. В проеме арки стояла пожилая женщина с высокой прической, в дорогом темно-сером пончо. Женщина чем-то была похожа на мистера Коулмана.
«Его мама», — догадалась она, чувствуя, как краска стыда заливает щеки и шею.
Она принялась застегивать блузку, не глядя. Женщина в шоке смотрела то на неё, то на Дэвида.
— Как вы попали в мой дом? — спросила она, опасливо делая шаг назад. — Уходите отсюда! Генри!
— Мама, это я, Дэвид, — успокаивающе произнес мистер Коулман, протягивая к ней руки. — Твой сын. Пожалуйста, ус…
— Мой сын еще учится в школе! — выкрикнула женщина, пятясь. — Помогите! — Она развернулась и побежала к выходу. В два шага мистер Коулман догнал её и схватил за предплечья. Женщина принялась отбрыкиваться, не переставая кричать. Кира застыла на месте, не зная, что делать.
— Помогите! Кто-нибудь! — та отпихивалась от него неженской силой. А Дэвид не переставал твердить ей, чтобы она успокоилась, с болью глядя в безумные злые глаза матери, что не узнавала его.
Внезапно входная дверь открылась, и на пороге появилась вчерашняя домработница. Она побросала на пол пакеты и подбежала к мистеру Коулману. Кира тут же пришла в себя и спрыгнула со стола. Домработница кинулась на кухню и выбежала оттуда с какой-то сумочкой. Мистер Коулман тем временем усадил мать на диван, удерживая. Девушка увидела, как эта маленькая женщина вытащила из сумочки шприц и ампулу. Кира отвернулась и шмыгнула в угол, откуда её не было видно, поборов сильное желание закрыть уши, чтобы не слышать душераздирающих криков и рычания. Она быстро поправила все пуговицы на своей блузке дрожащими руками. Сердце бешено билось, ей было трудно дышать, и от увиденной сцены хотелось плакать. Спустя минуту крики и рычание прекратились. Кира догадалась, что той вкололи успокоительное. Мистер Коулман что-то говорил домработнице; его голос сбивался из-за учащенного дыхания. Послышались его тяжелые шаги, Кира повернулась как раз в тот миг, как он переступил порог столовой. У него в руках была её куртка. Его лицо было красным, на шеке виднелись глубокие царапины, он тяжело дышал, глаза бегали.
— Простите за это, — вымолвил он. — Моя мать нездорова. Боюсь, вам нужно уйти. Через задний вход. Я провожу. — С этими словами он положил куртку на спинку стула и пошел обратно в гостиную.
Кира кинулась к своим вещам, закидывая их в сумку, старательно не глядя на то, что происходило в гостиной. Она взяла свою куртку. Как раз в этот момент, вновь подошел Дэвид и приказал ей следовать за ней. Он успел надеть свитер. Девушка пошла за ним, надевая на ходу куртку, глядя лишь в мужскую спину. Они зашли на кухню, и Кира увидела там дверь, выходящую на задний двор. Они вышли на улицу. Заднее крыльцо было своего рода верандой, на которой приятно собраться всей семьей в летний день. Ей открылся вид на двор, сплошь укрытый снегом, так что она не знала, есть ли у него бассейн. С крыльца вела расчищенная дорожка, что шла в обход дома к главному входу.
— Мне жаль, что ты это увидела, — произнес мужчина, закрыв дверь. — Я должен был предвидеть.
— Что с ней? — участливо спросила Кира, застегивая куртку. Страшно хотелось курить. Особенно после такого зрелища, но вряд ли Дэвид одобрит.
— Болезнь Альцгеймера, — ответил тот. — С каждым днем все хуже, но у неё бывают светлые дни.
— Мне очень жаль. — она дотронулась до его расцарапанной щеки. Дейв не зашипел и не отстранился, лишь прикрыл глаза. Спустя миг он взял её за запястье и убрал руку.