Бессонница
Шрифт:
– О,- сказал я, увидев, что всё точно такое-же, как и в нашем номере. Будто из номера и не уходили.
– Да,- подтвердил он и кинул мне фотик. Я левой рукой поймал его.
– Спасибо. После этого в фотосалон, хорошо?- уточнил я.
– а ты что собираешься дарить ей?- прозвучал вопрос из кухни.
– Я думаю распечатать самую дикую фотографию и подорить её ей в красивой фоторамке. Думаю, ей понравится.
– А я бы предложил две пары боксёрских перчаток и огромную грушу в форме тебя. Это было бы веселее, причём намного.
– А
– Ну, если не хочешь, что бы она покалечила тебя, то можешь просто грушу.
– Ладно, но мы сделаем и то, и другое. Одно на вечер, другое на утро,- подумал я. У Эли будет весь день в подарках.
– Тебе не кажется, что теперь ни у кого здесь нет утра или вечера? Здесь ты просто живёшь и даже времени не надо считать,- с неким сожалением сказал Мэтт и наконец вышел из кухни. Мы вышли из их номера и направились снова к лифту.
Добравшись до фотосалона, распечатали все фотографии с фотоаппарата и теперь выбирали рамку. Фотография была красивая и яркая, запоминающаяся, поэтому хотелось рамку без перебора. Но снова у Мэтта была идея получше и мы засунули фотографию в огромный кристалл и теперь она была видна со всех сторон и отбрасывала радужные и разноцветные блики. Теперь осталось пойти в спортивный магазин. Поход в него обещал быть намного длительней, чем в фотосалон.
Наконец мы выбрали перчатки розового и синего цвета для меня и для Эли, но теперь были небольшие проблемы в выборе груши.
– Давай эту?- спросил Мэтт, уже отработанным жестом он показал на большую кислотно- зелёную грушу с английской надписью "Ударь меня", выполненной в стиле граффити. Я прикинул, как Эли будет бить по ней и решил, что она того стоит и купил её. Теперь осталось только отнести её домой и спрятать так, что бы она не увидела.
– Давай пока к нам, а потом уже перенесём к тебе.
– А может ко мне в гардероб лучше? Там за чехлами спрячем и всё,- предложил я и мы как раз поместились в лифт. При выходе мы заметили, что тележек больше нет. Быстро же у них соображаловка работает!..
Запрятав подарок в самый дальний угол гардероба, мы решились пойти разгребать продуктовый потоп на кухне.
– Ты уверен, что хочешь мне помогать?- спросил я у Мэтта, огромными глазами смотря на весь этот ужас и думая, куда всё это оставшееся засунуть. Благо, я вспомнил про свободные ящики. Мне сразу стало легче...
– Конечно, друг, а то мы отсюда никогда не выберемся и девчёнки что-то заподозрят.
– Ты уже пробовал безалкогольное пиво?
– Нет, а можно у тебя взять?
Я решил не говорить ему, что оно не вкусное- сам сейчас поймёт. Поэтому кивнул.
– Конечно. Оно в холодильнике, но, будь осторожен.
Мэтт удачно вынул из холодильника бутылку пива и теперь, положив её на стеклянный стол, наводил порядок в самом холодильнике.
Сделав дело, он начал гулять смело. По кухне только.
–
На вас как смотрели, когда вы проходили через первый этаж?- немного призадумавшись, спросил он.Мне сразу вспомнились те взгляды, которые просто заставили немного пострадать нам с Эли. Если честно, то хотелось, что бы там никого не было вообще.
Грустно пожав плечами, я повернулся обратно в сторону кучи всех остальных продуктов, предварительно закрыв полный доверха ящик, в котором теперь было только сладкое.
– Очень пристально и я уже хотел убежать или наорать на них.
– Да, а мы с Эллой просто отвернулись и быстро прошли через этот зал. Настроение это нам несильно испортило, но мы подняли его в клубе.
– Это вообще уже никуда не годится,- сказала Эли, вдруг оказавшись на кухне. Я обернулся- куча пакетов дорогих марок добавили размер к горе пачек с крендельками. Мне осталось только представить нашу уборку.
– О, привет!- поприветствовал я её, подошёл и обнял.
– Я, кажется, немного не расчитала с размером нашей кухни.
– да, но мне кажется, что бутылки пива освободят нам место. Оно всё равно невкусное.
– Хорошо, но пару бутылок оставь, на всякий случай,- сказала она, поднимая с пола свои покупки( за которые она заплатила сумму в форме круглого нуля). Элла уже была рядом с Мэттом, держа бутылку пива в своих руках.
– Ну мы и бухарики,- сказал я.
Элла отреогировала прежде всех.
– Это ты про себя?
Я лишь закатил глаза. Элла с Эли помогли нам запихать всё в ящики и теперь мы наконец избавились от работы. Нам снова было нечего делать в этой хате. Я уже было подумал достать грушу. Фоторамку с фотографией я спрятал в ящик с нижним бельём, где почти ничего не было. Эли туда уж точно не заглянет.
– Что будем делать?- спросил я у остальных.
– Давайте подумаем о будущем,- предложила Элла.
– Это ты об учёбе?- сквозь зубы сказал Мэтт. Было явно, что с учёбой он на вы.
– Ну, я например уже закончил программу девятого класса и уже в феврале преждевременно здал экзамены, так как моя мать сказала учителям, что я срочно уезжаю в другую страну. Вообще это невозможно, но кажется у неё близкий знакомый в министерстве образования. Я в эти дела не лезу, может даже она и обратилась к моему отцу. Это единственное доброе дело, какое она для меня сделала.
– Пожалуйста, не говори так!- ласково попросила она. Я невольно отвернулся- уж столько мольбы было в её голосе и глазах. Я никогда не понимал связи между родителями и детьми. Просто потому, что у меня никогда не было нормальных отношений с мамой, а о папе я вообще не говорю- он уехал, ничего мне не сказав.
Но теперь я буду понимать многое- ведь теперь у меня есть отец. Точнее, он у меня всегда был, но никогда не звонил. Я сам иногда звонил ему, но в основном молчал, что бы просто услышать папин голос, а потом бросить трубку. Это было слишком по детски. Но тогда я сам мало чего понимал в жизни.