Бессонница
Шрифт:
Эли ахнула от такого потрясения, но Элла просто кивнула.
Я бросил взгляд на Эли. Она просто сейчас увидит те муки, которые предстоит испытать ей.
– Всё будет хорошо, это просто маленькая процедурка,- заметил министр.
Да уж, маленькая, но зато очень больная. Я решил не выдавать своего возмущения, что бы не травмировать Эли.
– Подождите, подождите. В начале мы должны решить, отпускать ли их вообще!,- обратился министр к своим коллегам.
– Мне казалось, это никогда не делается,- заметила Элла.
– Вас слишком много и здесь люди.
–
– Ну, ну. Но вы понимаете, что нашу тайну разглашать никому нельзя?,- спросил мистер Эванс.
– Закон гласит, что бессоник, работающий в министерстве при захвате другово бессоника с его родными, может спасти его и двоих людей, которые с ними, если есть три человека, то бессоник, которого должен спасти работник, спасает третьего человека- процетировал я старинный кодекс.
– Ладно, я сегодня добрый, уходите с миром.
Я уж было подумал, что обойдётся и без метки, и уже открыл рот.
Министр всё понял.
– Нет, прочие формальности мы выполним.
Ну и ладно, хоть родителей и Диану отпустят без проблем.
– Начнём,- сказал татуировщик,- тебе какого цвета?
– Коричневого,- почти такого же цвета было платье у Эли, поэтому это был первый цвет, какой пришёл мне в голову.
Он промолчал, а Эли сзади всхлипывала. Меня всегда раздрожали девчачьи слёзы, но всё изменилось после того, как я ушёл от своей сестры, Насти.
Он поднёс острую иголку с коричневой краской. Это было вовсе не огненная метка, не та, которую я думал терпеть. Это существенно облегчело мои волнения. Интересно, как я вообще со стороны выгляжу? Не хочу казаться нытиком и трусом, особенно перед Эли. Но может сегодня она это не заметит.
Но только я подумал о том, что это не огненная метка, я почувствовал будто огонь на шее, немного ниже шеи. Мне хотелось орать от такой боли, потому что в первые секунды выжигания татуировки я просто не чувствовал боли, но теперь она отыгралась за то время. Но я терпел, что бы Эли не чувствовала моих мук, что бы ей было легче.
Но не обращать на неё внимание было очень сложно, двинуться тоже нельзя... Сейчас я посылал Элле мысленное смс о моей боли. Я просто собрал их в кучу и передал Элле. Через несколько секунд (связь была плохой), она получила его. Затем она позеленела и потеряла выражение лица. Оно витало в небе, куда она послала эту боль, в первые секунды того, когда это почувствовала. Теперь она хотела испытать их ещё раз, что бы быть готовой. Думаю, она мне будет благодарна.
Я лучше не буду думать о драконе на моей шее, иначе никогда это не забуду. Но терпеть надо, ведь я делаю это ради Эли. Как только я подумал о ней, боль стала намного незаметней. Я это сразу понял и начал представлять себе её лицо, её образ в ночи, её походку, её голос... Все воспоминания слились в одно большое чувство- любовь.
С такими мыслями я и стерпел весь этот кошмар. Отчасти мне помогала Эли, но на моём лице всё ещё было выражение ужаса. Это я почувствовал только
тогда, когда стал с места и прошёл к Эли, на ходу посмотрев на Эллу. Она уже сидела, но надо ей напомнить о том, что бы она думала о Мэтте.Всё повторялось также, как и со мной- вначале она не почувствовала боль. Потом ей стало очень плохо- моя боль Эллу мало подготовила к ЭТОМУ. Тогда я и решил ей помочь- выслал смс "Думай о Мэтте, поможет". Она получила моё голосовое сообщение через несколько секунд ( а не минут), и спокойно распрямилась, в тоже время расслабившись.
Тогда легко вздохнул и я, но Эли списала это на моё состояние после процедуры, поэтому обняла меня ещё крепче. Её руки были тёплыми, поэтому мне мигом стало просто и спокойно, безболезненно.
Они быстро разжались- так уверенно она шла к этой боли, на стул. Убрав каштановые волосы на бок, оголила шею. Тогда началась боль. Я чувствовал всё так же, как и она. Отослав такое-же сообщение Эли, только заменив имя Мэтта на своё, я заметил, как ей стало легче. Сзади послышались крики.
– Что вы делаете? Что это значит?- заорала ей мать, но Элла с Мэттом задержали и не дали помешать процедуре.
Нет, это было невыносимо- видеть муки Эли и знать, что не можешь ей помочь.
Но скоро и это закончилось- её руки опустились мне на плечи, а мой подбородок лёг ей на голову.
– Всё, ступайте с богом, больше мы вас трогать не будем. Все ваши вещи в низу, в специальной комнате, куда вас доведут мисс Элла и мистер Марк, где вы помоетесь и переоденитесь. Там есть всё необходимое. Документы у секретаря. Вас довезут без проблем на машине,- сказал заместитель министра тогда, когда Элла встала с адского места и приблизилась к Мэтту.
– До свидания,- хором сказали мы.
Мы вышли из этого помещения. Тут все начали обниматься. Эли обняла Ди, родители плакали от переживаний за дочь, а Элла с Мэттом, целовались.
– Слышишь, всё закончилось, мы свободны!,- закричал я Эли и она положила руки мне на плечи. Она была радостной, но в её глазах были слёзы.
– Я тебя люблю, и жить без тебя не могу,- прошептала она.
– Ты простила?- ошеломлённо спросил я. Мои глаза были размером с огромное колесо.
– Конечно, скажи спасибо Мэтту и Элле.
Она посмотрела на них и улыбнулась. Я последовал её примеру- и тоже расхохотался, ведь совсем не понимал, как у этой сладкой парочки может хватить воздуха так долго целоваться.
– Обязательно,- пообещал я её и мы прижались лбами друг к другу. Теперь я счастлив, окончательно.
– Ты готова?,- задал я неожиданный, даже для себя, вопрос.
Она нахмурила брови.
– К чему же?.
Я кивнул головой на Эллу с Мэттом- они ещё не отрывались друг от друга.
– Ага,- ответила она, пару раз хихикнув.
– Только не здесь, ладно?
– Трусишь?- поддела Эли.
Я рассмеялся, придумав очередной ответ.
– Не хочу травмировать Ди.
Она сейчас стояла в уголке с телефоном в руках, переписываясь с Робертом или родителями.
– А что с ней?- испуганно начала озираться Эли.