Белые хранители
Шрифт:
— Не похоже, что он шибко сообразительный, — заметил Сирн. — Отвлеките его, а я зайду сзади.
— Что нам, сплясать перед ним? — спросила Сиелла. — Как ты предлагаешь его отвлечь?
— Да хоть пляшите, хоть пойте. Можете на головах перед ним постоять, лишь бы в мою сторону не смотрел.
— Ладно, — согласился Ролм. — Как насчёт такого фокуса?
В правой руке вампира зажёгся огненный шар, осветивший навес и скалу за ним. Двойник и, правда, заинтересованно уставился на пламя.
— Ну как? Нравится, а? А вот лови! — с этими словами вампир запустил шариком прямо снежному демону в лоб. Огонь
Сирн, осторожно обойдя противника по широкой дуге, встал у него за спиной, подмигнул нам в дырку и одним ударом меча располосовал двойника пополам. На землю осыпался обыкновенный снег. И почти сразу за этим затихла и буря. Тучи, отхлынули с гор и поползли дальше, на равнину, глухо рокоча и клубясь.
— Эх, славно пошутили. Я бы за такое ещё и доплачивал, — весело сказал Ролм демону. — Если бы ты знал, как я давно мечтал запустить тебе в лоб огненный шар!
— Правда? А просто кулаком обратно не хочешь? — не остался в долгу Сирн, опираясь на меч и ухмыляясь.
— Не, спасибо, — улыбнулся вампир, невольно потирая челюсть рукой. — Давно мы с тобой не дрались, потерплю и ещё чуть-чуть.
— Лучше полог поправьте, — мило улыбнулась Сиелла, показывая клыки. — Я спать хочу!
Утром я с огромной радостью обнаружила, что моя рана полностью зажила. Белый узкий шрам, наверное, останется на всю жизнь, но он не слишком заметен. Я вздохнула. Если бы не помощь профессора Дилиаса, заживало бы не меньше пары недель. Всё же, Римм только учится, он не гениальный целитель.
Вампиры уже приготовили завтрак. Сирн, который нёс ночной караул последним, откровенно зевал, прикрываясь кулаком.
Поднявшись на каменный выступ, я увидела последний отрезок пути — петляющую тропу, которая пересекала каменную долину, похожую на "чашу" и украшенную по краям двумя пиками. Далеко внизу, можно было увидеть первую сиренево-зеленоватую дымку растительности.
— Это земли Ларрах? — спросила я, стоя на возвышении. Ветер сегодня разбушевался не на шутку и бил прямо в лицо. — Лошадь там пройдёт?
— Думаю, пройдёт, — сказал подошедший демон. Ветер трепал его волосы и упруго ударял в крылья. — Тропа только кажется узкой. Меня другое беспокоит: на этой дороге часто случаются обвалы и оползни…
Демон внимательно посмотрел мне в глаза, потом сказал:
— Если сверху посыплются камни, даже мелкие, немедленно бросай лошадь и беги, поняла?
Я кивнула. Лошадь стояла у телеги, недовольно всхрапывала и била копытом: запах, который ветер приносил с долины, ей не нравился. Сирн тоже принюхался, поводя крыльями, и недовольно нахмурился, изучая цепким взглядом дорогу. Потом резко развернулся, вытащил короткий нож и, даже не поморщившись, полоснул лезвием по раскрытой ладони. Брызнула кровь. Я сдавленно охнула. Демон подошёл к вампирам, отобрал у Римма кружку, из которой тот пил, и подставил к ране. Вампиры наблюдали за этим молча и не смели шелохнуться.
— Это на всякий случай, — сказал Сирн, протягивая кружку обратно Римму. Края ранки на его руке сомкнулись и начали стремительно уменьшаться. — На вас
троих должно хватить.Римм без вопросов отпил из кружки и протянул её Сиелле. Вампирша с сомнением заглянула внутрь, но также сделала несколько глотков. Девушка поморщилась:
— Она горькая!
— Зато сколько силы, — прошептал Римм. Его взгляд был направлен словно бы внутрь себя. — Горячая, кипящая, я чувствую, как она проходит по всем сосудам. Это потрясающе!
Я смотрела на них, стискивая края распахнутого тёплого кожуха. Ролм осушил кружку последним. Вампир оскалился, на переносице появились хищные морщинки:
— И правда… Не зря, ох, не зря так нахваливают кровь демона в древних вампирьих книгах! Она великолепна.
— Я весьма признателен за столь высокую оценку, — хмуро вздохнул Сирн, — но не пора ли нам продолжить путь?
— Ты прав, — Ролм медленно прикрыл глаза, наслаждаясь внутренними ощущениями. — Мне даже немного жаль, что ты не вампир и не можешь почувствовать того же, что и мы.
— Я чувствую невероятный приток сил и энергии, давайте же начнём что-то делать! — воскликнул Римм, неожиданно резво вскакивая на ноги. Сиелла, глядя на него, расхохоталась. Ролм довольно хмыкнул, демонстрируя увеличившиеся клыки.
Я невольно попятилась, косясь на демона:
— Ты уверен, что твоя кровь для них не опасна? Она не влияет на разум?
— Откуда мне знать? — спокойно пожал плечами демон. — На моём веку никто подобного не делал.
— Ты серьёзно?! — с тихой паникой взвыла я, сдерживая желание вцепиться в демона, а ещё лучше — залезть ему на голову, спасаясь от сумасшедших вампиров.
— Да не беспокойся, — с лёгким изумлением посмотрел на меня Сирн. — Это всего лишь лёгкая пьянящая эйфория. Скоро пройдёт.
— Насколько пьянящая? — подозрительно спросила я.
— Ну, — демон изучающе посмотрел на веселящихся вампиров, — недостаточно для твоего беспокойства.
Римм подобрал небольшой камень, размером с кулак, размахнулся и отправил его в полёт, упиваясь чувством свежей силы. Сиелла страстно поцеловала Ролма.
— Ты уверен?
— Да брось, пусть расслабятся, — хмыкнул демон.
Когда эйфория отпустила вампиров, мы спустились на тропу. Лошадь шла неохотно, медленно передвигая ноги и постоянно запинаясь за мелкие обломки камней. Она постоянно недовольно фыркала, мотала большой лобастой головой, словно отгоняя несуществующую надоедливую мошкару, и прижимала уши. Римм замучался тянуть повод, понукая кобылу идти вперед. Лошадь упрямилась, притормаживала задними ногами, не справляясь с новой силой вампира, даже пыталась лягнуть повозку. К середине тропы она и вовсе встала как вкопанная. Римм со злости дёрнул повод на себя: голова кобылы мотнулась за ним, но копыта увязли в мелком щебне.
— Ах, ты дрянь, — замахнулся на неё взбешенный вампир.
— Подожди, — остановила его Сиелла. — Там кто-то на тропе.
И, правда. Посреди дороги, недалеко от нас стояла тёмная высокая фигура, закутанная в плащ. Не составило труда узнать Рагана. По спине пробежали мурашки, в животе поселился неприятный холодок. Римм мягко оттеснил меня за свою спину, ближе к повозке.
Раган неспешно пошёл в нашу сторону. Я не могла понять, куда он смотрел, взгляд холодных чёрных глаз был рассеянным и блуждающим.