Белые хранители
Шрифт:
Наран прикрыл глаза. Червячок сомнения, после разговора с братом незаметно точил его душу, не давая успокоения. Демон обернулся к своей команде и приказал:
— Убейте тех, кто будет сопротивляться. Остальных выведите оттуда. У вас пять минут.
— Ясно, — дроу первая сорвалась с места, нетерпеливо выхватывая тонкие парные клинки, стальными крыльями взвившиеся в её руках. За ней неторопливо двинулись вампир и дриада. Нарино бережно опустил розу в петельку на плаще и медленно снял чёрные перчатки, освобождая своё смертоносное оружие — руки. Последней вяло поплелась Энрис, едва переставляя
Путь вампирше преградила молоденькая внимающая: мешковатая ряса топорщилась, словно с чужого плеча. Девушка, всего лет пятнадцати, смотрела на вампиршу зло и сурово, здорово напоминая взъерошенного котёнка. Энрис остановилась в нерешительности. Она верила в судьбу. И не сомневаясь, присоединилась к чёрной пятёрке, когда ей объяснили необходимость этого выбора. Но — убивать… Вот такую девчонку, яростно защищающую святыню и свой дом. Вампирша опустила руки.
— Лучше уйди, — сказала она, стараясь, чтобы противница не заметила предательской дрожи в голосе.
Девчонка только зло сузила глаза и бросилась в атаку, довольно ловко размахивая посохом. Энрис с сожалением пригнулась, пропуская удар, и приняла бой.
Наран, оторвал взгляд от битвы и посмотрел на ясное небо с единственным облаком: к солнцу словно приложили длинное белое перо. Свет слепил глаза ровно через его середину. Демон вздохнул. Пора.
Через несколько минут у стен выстроились побеждённые. Они жались друг к другу, а в самой серёдке удерживали за руки рвущуюся в бой девчонку. Ту самую.
Дроу протёрла смертоносные клинки. Дриада спрятала вроде бы безобидную флейту: на самом деле несколько трупов были насквозь проткнуты острыми стеблями, синие рясы превратились в багровые. Вампир, насытившись жизненной энергией, невозмутимо одел перчатки. Энрис стояла в стороне: её мутило. Хотя она лично никого не убила, видеть с какой скоростью и смертоносной силой работают её товарищи, было невыносимо. И при этом невозмутимые, словно каменные глыбы. Только дроу упивалась яростью боя, полностью выпуская на свободу бешеный темперамент. И до сих пор дико сверкала глазами, так что даже свои старались обходить её стороной.
Медальон в руке демона качнулся, и невысокое, грубо обработанное здание храма буквально смялось вовнутрь, обломки камней и деревянных балок брызнули в стороны, по земле пробежали трещины. Земная твердь загудела, всасывая в себя остатки храма.
Когда ветер развеял облако пыли, на куче обломков внимающие увидели верхнюю часть статуи Бога Времени, из цельного синего камня, раньше украшавшую центральный зал. Голова Бога и его лик были перечеркнуты вертикальной трещиной. Ровно пополам.
Кнеса
Ровно через час меня и Сирна насильно поставили друг перед другом, посреди двора, окружив конвоем из трёх вампиров. Сиелла встала рядом и торжественно обратилась к Сирну:
— Извинись!
— Нет, — ровно ответил Сирн, спокойно глядя мне в глаза.
— И ты!
— Не собираюсь я перед ним извиняться! — упёрлась я. — Да ты посмотри! Ему же всё равно.
Мы с демоном окатили друг друга одинаковыми холодно-обиженными взглядами и синхронно
скрестили руки на груди. Сиелла совсем уже не безобидно заскрипела зубами, потом схватила нас за шеи и едва не припечатала лбами. На мгновение я увидела перед собой испуганно — расширенные глаза демона, неожиданно проникшиеся взаимопониманием к моей скромной персоне.— Извиняйтесь!!! — страшно зарычала вампирша мне в ухо.
Сирн боязливо скосил на неё глаза и выдавил, словно делая одолжение:
— Беру свои слова назад. Извини.
— И ты меня прости, — смутилась я. Но не от стыда, а под горящим взглядом Сиеллы. — И вы все.
— Вот и здорово! — вампирша крепко обняла и меня и Сирна, только что не всунув каждому по конфетке. — Молодцы!
Я отшатнулась от сумасшедшей, опасаясь за своё здоровье. Сирн тоже отошёл подальше, не выпуская вампиршу из поля зрения.
— Может, потренируемся? — пискнула я. Ролм и Римм стояли с невозмутимыми лицами телохранителей, что также не внушало доверия.
— Конечно! — слишком уж радостно согласился демон, охотно принимая предложение и спеша покинуть подозрительную компанию. Я полностью разделяла его чувства.
"Компания", стоило нам чуть отойти, разразилась дружным гоготом. Сиелле хлопали.
— Они нас надули, — опешил демон.
Заметив яростное пламя в золотистых глазах, я вцепилась в его локоть, чуток проехавшись ногами по земле, скованной тонким ледком, и умоляюще прошептала:
— Да ладно тебе! Пойдём, потренируемся, а?
Сирн попыхтел, показывая усиленную борьбу с самим собой, пострелял глазами в направлении друзей и, вняв голосу разума, сдался. Едва он развернулся, а я спокойно вздохнула, как сзади донеслось обидное улюлюканье. Я вымученно улыбнулась. Сирн посмотрел на меня: "Ну? А что на это скажешь?" Но наводить справедливость всё же не пошёл. Напротив, игнорируя смешки, бодро зашагал в сторону Завеси. Я пару мгновений оторопело пялилась ему вслед, потом бросилась догонять.
Занятия уже закончились, и редкие студенты спешили по домам, надеясь окунуться в долгожданное тепло, после продрогших аудиторий.
Мы же, напротив, с маниакальным упорством шли к академии, да ещё и направились на нижние этажи, в залы для боёвок, в которые отопление вообще не проводилось в воспитательных целях, что заставляло студентов бегать с утроенной скоростью в слабой надежде согреться. А на стенах висела паутина изморози, которая до конца исчезала только к середине лета. Но на улице было ещё холоднее, да и ветер завывал голодным волком. А скакать по смёрзшемуся неровными волнами песку — удовольствие маленькое.
Другое дело зал. Ровная площадка, мощённая большими гранитными плитами, запах холодного склепа и магические светильники, создающие довольно мрачную атмосферу подземелья. Зато сухо и тихо.
"И страшно" — определилась я, вглядываясь в густые чёрные тени по углам и за рядом колонн.
Сирн встал напротив меня, весь в чёрном, с чёрными же волосами, мрачный, как смерть и суровый, как Бог Правосудия. Но едва я приготовилась атаковать, как Сирн остановил меня взмахом руки. Подошёл к стене, снял несколько коротких кинжалов с деревянными рукоятками и положил передо мной на пол.