Белая овца
Шрифт:
– Вы уничтожили поселение.
– Нет, всё вышло совсем не так.
Пирра удивленно посмотрела на Салем.
– Что?
– Сложно уничтожить то, что и так уже было разрушено до тебя. К тому времени, когда я приняла решение об атаке, какой-то кретин додумался до экспериментов над моими Гриммами, что и явилось причиной падения горы Гленн. К тому же Вейл с Атласом обрушили туннели, обрекая оставшихся в поселении людей на верную смерть, – Салем с раздражением покачала головой. – У меня даже не было возможности что-либо уничтожить просто потому, что люди меня опередили, справившись своими силами.
– Ну… я…
– И до этого практически всегда происходило всё то же самое: восстание фавнов, Менаджери, гражданская
Салем внимательно посмотрела на Пирру.
– Я вообще ничего не предпринимала в течении целых десятилетий. У меня даже возможности такой не было. Каждый раз, когда я собиралась что-то сделать, вы просто брали и уничтожали всё это еще до того, как я успела бы вмешаться. В конце концов, как минимум четверть века я потратила только на воспитание своих детей, а ваши Королевства всё также ничего за это время и не добились, лишь прячась за своими стенами и ноя о том, как ‘страшные Гриммы’ чуть ли не грозят вашему виду полным вымиранием. Должна заметить, что это и вовсе не соответствует действительности. Когда в последний раз какой-нибудь Невермор из Изумрудного леса нападал на Бикон? Когда Беовульфы пытались взобраться по обрыву или, например, Голиаф решал постучать в ворота Вейла?
– Это не-…
– Вы абсолютно самостоятельно завариваете всю эту кашу из расизма, терроризма, организованной преступности, вечных локальных стычек и всего прочего. И дело тут даже не в какой-то там гордости или уязвленном самолюбии, а лишь в льенах и Прахе.
Салем закатила глаза, а затем фыркнула, даже не особо скрывая своего веселья.
– Я не нападаю на ваши Королевства по той просто причине, что мне этого даже не требуется. Мне достаточно того, что вы оказались заперты в своих небольших загонах наедине друг с другом. Остается всего лишь терпеливо ждать. Казалось бы, у вас появился общий враг, и вам нужно срочно сплотиться против него. Но люди по-прежнему остаются верны своей натуре.
Она положила руку на плечо Пирры и, наклонившись к самому ее уху, прошептала:
– Вы убиваете друг друга куда эффективнее, чем я вообще когда-либо могла надеяться научиться.
***
Вайсс некоторое время задумчиво созерцала потолок, пока Эмеральд не ушла в выделенную ей комнату, а затем вздохнула и улеглась на свою кровать. Матрас и одеяло были мягкими и очень дорогими, а сама комната – излишне большой, но при этом обставленной в духе минимализма. На ее взгляд, тут имелось слишком уж много неиспользованного места. Особенно это было заметно после общежития Бикона, где рядом с ней на куда меньшей площади проживали еще и три члена ее команды.
Снова вздохнув, Вайсс позволила ее истинным чувствам проступить сквозь привычную маску на лице. Она могла притворяться уверенной в себе перед Эмеральд или даже Айронвудом, но в действительности больше всего ей сейчас хотелось забраться под одеяло, укрыться им с головой и позволить всем этим проблемам разрешиться как-нибудь самостоятельно.
Вот только результат чего-то подобного Вайсс наверняка не понравится. Жак за время ее отсутствия дома стал еще более отвратительным, хотя раньше ей и казалось, что это было попросту невозможно. Он вытащил ее из Бикона, разлучив с командой и ничуть не озаботившись поинтересоваться
тем, что сама Вайсс думала по этому поводу. А теперь ему еще и потребовалось, чтобы она вновь начала петь, словно какая-то красивая птичка в клетке, которую можно было бы с гордостью продемонстрировать своим гостям. Ну, или Жак считал ее всего лишь удобным инструментом для еще большего увеличения своего влияния.Вайсс очень хотелось просто плюнуть на всё и сдаться. Ну, то есть, разумеется, прийти в ярость, обозлиться, начать топать ногами и кричать о том, как всё это было несправедливо по отношению к ней, а затем завалиться в кровать и проспать целый месяц, так ничего и не сделав.
– Как будто это хоть что-нибудь исправит, – пробормотала она, переворачиваясь на другой бок.
Вайсс являлась лидером их команды, и именно она должна была принимать различные важные решения. А это означало, что и ответственность за них тоже ложилась лишь на нее, хотя раньше Вайсс этого и не понимала. Впрочем, тогда она вообще была просто самоуверенной дурой, пытавшейся навязать команде свое мнение. Эх, как они там сейчас без нее? Наверняка Руби с Жоном, воспользовавшись ее отсутствием, уже забрели в самое опасное место, которое только смогли найти, и испортили абсолютно всё, до чего сумели дотянуться.
А поэтому у самой Вайсс не оставалось времени ни на ярость, ни на обиды, ни на лежание под одеялом в надежде, что ее кто-нибудь спасет.
Взять под свой контроль ПКШ? Так и было намечено в самом конце ее плана, если, конечно, он вообще сработает. Впрочем, с гораздо большим удовольствием Вайсс просто сбежала бы отсюда, будь это в ее силах. И проблема тут заключалась даже не в том, чтобы прокрасться ночью к посадочным площадкам и угнать Быкоглав так, чтобы ее при этом никто не заметил. Ну и разумеется, не в самом полете, который тоже являлся далеко не самым безопасным занятием.
Ее отец был бессердечной скотиной, но вовсе не идиотом. И если Вайсс действительно желала его победить, то это требовалось сделать на его же собственном поле.
Именно поэтому ей и понадобилась Эмеральд… ну, или ее способности.
Кроме того, самым главным тут был именно тот факт, что Вайсс взяла к себе на службу теперь уже довольно известную преступницу. Даже Руби, услышав о чем-то подобном, удивленно приподняла бы бровь, и вряд ли ее за это можно было винить. Но что еще Вайсс оставалось делать? Эмеральд находилась в таком отчаянии, что наверняка уже была готова устроить какую-нибудь глупость, если бы ей не предложили выход из этой ситуации. Загнанная в угол крыса представляла собой немалую угрозу, и к тому же всегда было лучше держать своего врага поближе к себе… Разумеется, у нее имелась и еще целая куча отличных оправданий этого своего поступка.
В конце концов, союзник всё равно был гораздо лучше врага, верно?
Ну, в каком-то смысле…
Наверное…
И всё же Вайсс совсем не понравилось, что ее сравнили с кем-то вроде Синдер Фолл. Нахмурившись, она еще раз перевернулась и укрылась одеялом. Если Эмеральд захочет убить Вайсс этой ночью, то у нее появится отличная возможность это сделать. Но тут уже стоял вопрос лишь о доверии. Единственным доступным способом убедиться в том, что Эмеральд не нанесет неожиданного удара в спину, было дать ей шанс попытаться это сделать.
– Уверена, что Руби с Жоном не приходится сталкиваться с подобными проблемами. В их жизнях всё просто и понятно, – пробормотала Вайсс. – И это абсолютно нечестно…
***
Жон врезался в дерево, а затем, ненадолго скрывшись в облаке древесной трухи, в еще одно. Отскочив от ствола, он упал прямо в кустарник, которому, пожалуй, куда больше подошло бы название ‘запутанное месиво острых колючек с небольшими вкраплениями листьев’.
“Дела у нас идут так себе”, – заметил Реми.