Чтение онлайн

– Ты имеешь в виду, что они желают устранить угрозу?

– Я не верю, что его Проявление ограничивается лишь возможностью чувствовать Гриммов. Может быть, именно поэтому Рейвен и не пыталась его удержать в своем племени. А возможно, что это и было той причиной, по которой он сам объявил свое Проявление ‘опасным’, не пожелав использовать его на ваших тренировках.

Опасным? Разумеется, парень говорил, что боялся кому-либо навредить, но тогда Кроу посчитал это банальным желанием похвастаться. А вот теперь он понимал, что Жон, скорее всего, действительно сдерживался, когда применял свои способности на Синдер.

–

Я, вообще-то, думал, что его Проявление должно было быть чем-то наступательным. Вот чем может грозить противнику способность просто чувствовать Гриммов?

– Ничем, если говорить только об этом, – произнес Озпин. – В таком варианте получается чистое Проявление поддержки. Но раз уж мистер Арк настолько боялся его применять, то у него наверняка была на это довольно весомая причина. Например, та самая, которую мы раз за разом видим при каждом его столкновении с Гриммами.

Понимание пришло практически мгновенно.

– Они тоже могут его чувствовать.

Должно быть, Жон являлся для монстров своеобразным маяком. А может быть, их привлекали его же собственные эмоции, возникавшие от осознания того, сколько именно Гриммов находились вокруг него. Как бы там ни было, парень просто притягивал к себе всех возможных чудовищ и, видимо, поэтому старался не использовать свое Проявление.

Тогда становилось полностью понятно, почему Рейвен так легко отпустила его из своего племени. В Биконе Жон мог стать сильнее, а постоянные нападения Гриммов переставали быть именно ее проблемой. И все же она послала Синдер – своего рода телохранительницу – присмотреть за ним. Проклятье, как же все было запутанно.

– Теперь-то ты понимаешь, почему я не хочу рассказывать о его способностях ни Совету Вейла, ни даже Джеймсу? – спросил Озпин.

Кроу понадобилась всего лишь секунда, чтобы представить себя реакцию генерала Айронвуда или тех же Советников на новость о том, что парень притягивал к себе Гриммов. Как только они поймут, что даже одно его присутствие в городе могло увеличить количество атак, то тут же устранят эту угрозу, оторвав Жону голову или сбросив его в какой-нибудь вулкан. Кроме того, все еще оставалась проблема тех, кто желал использовать парня в каких-то своих целях.

– Еб*ть… – выдохнул Кроу.

– Прямо мои собственные мысли. Ну, несколько иначе сформулированные, разумеется.

***

Тяжело вздохнув, Рен закрыл книгу. Его исследование продвигалось с трудом, в чем имелась немалая вина библиотекарши, видимо, не так понявшей его запрос и выдавшей ему литературу весьма сомнительного содержания. Он посмотрел на обложку, на которой был изображен монстр, творивший своими щупальцами неописуемые вещи с подозрительно похожим на него самого парнем.

– Я, вообще-то, имел в виду совсем не это, когда просил что-нибудь о чудовищах с щупальцами…

Не было ничего удивительного в том, что женщина так странно на него посмотрела. Впрочем, эту книгу она нашла очень быстро, да еще и заметила, что будет рада помочь ему достать дополнительные материалы на эту тему. Рен решил на всякий случай избегать ее в ближайшие пару лет.

Но информация ему все еще была необходима.

– А, вот ты где.

Парень поднял свой взгляд, с удивлением обнаружив перед собой Жона. Кивком поприветствовав своего друга, Рен передвинул один

из стульев так, чтобы тот мог сесть напротив него.

– Привет, – сказал он. – Не ожидал тебя здесь встретить. Как там дела у Руби?

– Все еще спит, но ей вроде бы стало гораздо лучше, – ответил Жон, занимая предложенное ему место. – Я как раз тебя искал.

– Да? – Рен поспешил убрать со стола этот литературный кошмар, воспользовавшись тем, что его друг немного отвлекся. – И зачем же?

– Хотел поговорить о том, что произошло вчера.

– Прорыв?

– Нет, до этого. Когда тебя похитили…

– А, – улыбка Рена немного поблекла. – Строго говоря, это было уже позавчера. Да и помню я не так уж и много. Я уже, кажется, говорил об этом Вайсс и всем остальным.

Разумеется, это было не совсем правдой, но он не испытывал никакой уверенности, что его друзья вообще могли поверить в то, что там произошло.

Даже сам Рен в это не особо и верил. Как Гримм могла чувствовать то, о чем она говорила? У них же вроде бы не имелось никаких эмоций. Впрочем, она же его пощадила, а действия всегда были куда весомее слов.

И при воспоминании о тех событиях губы парня вновь стало немного покалывать.

– Я ничего не помню, – солгал он.

– Вообще ничего? Что насчет той женщины, которая тебя похитила?

– Нет, ничего, – немного поколебавшись, ответил ему Рен. – Разве я вообще говорил, что она была женщиной?

– В-вроде бы Янг так сказала, – чуть запнувшись, произнес Жон. – Помню, она что-то упоминала о том, что этот Хентакль был несколько меньше размерами и куда более женственный, чем тот, с которым мы сталкивались раньше.

– А больше она ни о чем не упоминала? – поинтересовался Рен.

– Кажется, нет.

Это заставило парня выдохнуть с облегчением. Итак, никто не видел его поцелуя с Гриммом. А даже если и видел, то просто не поверил своим собственным глазам. И оставалось лишь благодарить за это небеса.

– Что ты читаешь? – спросил Жон, явно решив сменить тему разговора. И Рен был очень рад его в этом поддержать.

– Я пытаюсь кое-что узнать про Гриммов, но пока особых успехов не добился.

– Ну, в этом я мог бы тебе немного помочь. Так что именно ты хотел узнать?

Рен удивленно уставился на своего друга. Впрочем, Жон, несмотря на полное непонимание некоторых вполне очевидных вещей, обладал немалыми познаниями как раз по этой теме. Достаточными, чтобы на равных вести обсуждение различных теорий с доктором Ублеком, а потому вполне мог знать именно то, что сейчас требовалось Рену.

Конечно же, сам вопрос мог выдать его интерес к не слишком-то и одобряемой в обществе теме, но возможный результат все же стоил подобного риска.

– Могут ли Гриммы испытывать какие-либо чувства? – спросил он.

– Это… довольно сложный вопрос, – вздохнул Жон. – Разумеется, есть немало людей, ответивших бы тебе, что такого просто не может быть. Что Гриммы являются абсолютным злом и должны быть истреблены все до единого. Но по большей части все это лишь результат пропаганды. Если бы Гриммы действительно были неразумными, то они не смогли бы ни двигаться, ни сражаться. Если бы у них совсем не было чувств, то они просто не имели бы никакой возможности взаимодействовать друг с другом, создавая стада и стаи. Для этого требуются хотя бы минимальные социальные инстинкты.