Белая овца
Шрифт:
– Ну… я бы попросила прощения, – солгала девушка. – Таким образом можно исправить множество вещей.
– Даже что-то типа этого?
Разумеется, если они настолько себя не уважали, что им хватило бы всего лишь пары паршивых слов. Впрочем, это было не ее делом… хотя, наверное, могло бы немного сыграть ей на руку, если дать знать Синдер, что Эмеральд помогла ее младшему брату. Хм, если подумать, то из этого вполне можно было извлечь немалую пользу.
– Ладно, может быть, я могла бы тебе помочь, – сказала она. – Но в ответ мне тоже кое-что от тебя нужно, хорошо?
– Что-то вроде одолжения?
– Да, именно, – девушка мысленно
Жон так и сделал, и она слушала его, стараясь не морщиться и не закатывать глаза. Он так и не сказал ей, чем именно они все это время занимались, а у нее самой картинка никак не складывалась. Впрочем, девушка совсем не желала ее складывать.
Многие знания – многие печали. А если она ничего не знала, то и докладывать Синдер было нечего.
– …и тогда Пирра сказала, что займет четвертое щупальце.
Наконец-то его рассказ закончился.
Эмеральд прижала ладонь к своему лицу.
– Фух…
– Что, все настолько плохо?
– Нет, хотя и хорошего тоже мало. Ты ведь так ничего и не понял, да?
– Просто отвечу, что у нас в классе народу больше, чем я видел за всю свою жизнь до Бикона.
Ага, это было очень похоже на правду, так что вряд ли его можно было винить за некоторый идиотизм. Если бы она сама выросла в окружении менее десятка человек, то тоже вряд ли отличалась бы интуитивным пониманием мотивов других людей. На самом деле, он очень даже неплохо справлялся.
– Смотри, пусть они все знают, что это было не по-настоящему, но тебе совсем не стоит упоминать ничего, как-либо связанного с этим ‘гаремом’. Ведь те люди, с которыми ты разговариваешь, совсем не понимают, что все было понарошку. И все это заставляет девушек чувствовать себя очень неловко.
– Но они же сами все это начали…
– С каких это пор собственная неправота стала мешать человеку пребывать в дурном настроении? Неважно, чья это вина, важно лишь то, что ты желаешь это прекратить, – пожав плечами, Эмеральд на шаг отступила от чучела. Выглядело оно, конечно, дерьмово, но, наверное, и так сойдет. Теперь было нужно лишь убрать Жона из комнаты. – В любом случае ты можешь взять на себя всю вину и извиниться, и тогда, возможно, они тебя простят. Или же ты можешь ничего не делать, и все это так и будет продолжаться.
– Итак, ты считаешь, что лучше всего будет попытаться что-нибудь сделать, а не просто ждать, пока оно само как-нибудь уладится, да?
– Что-то вроде того, – ухмыльнулась Эмеральд, раздумывая над тем, что Меркури ни за что бы не поверил, что она кому-то давала советы насчет отношений. И еще более невероятной была личность того человека, которого она консультировала. Вообще, все это ее задание было довольно странным. – Что такого страшного может произойти, если ты извинишься? Если они тебя не простят, то просто ничего не изменится. Но я все-таки считаю, что у тебя все получится.
– Правда?
– Ага… – его друзья были слишком добрыми. Эта мысль заставила ее поперхнуться. Не то, чтобы Меркури хоть раз испытывал чувство вины, но если бы такое все-таки произошло, то она заставила бы его попотеть, чтобы заслужить ее прощение.
Боги, девушка чуть не расхохоталась, обдумывая эту мысль.
Но
ее раздумья прервал звук приближавшихся по коридору шагов.– Быстрее, – прошипела Эмеральд, хватая Жона за руку и выводя за дверь. Она все-таки успела поймать взгляд Винчестера и создать иллюзию, чтобы он их не заметил.
– Теперь веди себя очень тихо, – прошептала она. – Посмотрим, что у нас получится.
– Не думаю, что он на это попадется…
Ха, у нее почему-то было такое чувство, что все сработает.
***
Кардин разминал плечо, шагая по направлению к своей комнате. Остальные все еще были заняты тренировками – наказание за то, что они не только не смогли справиться с ним втроем, но еще и завалили атаку, споткнувшись друг о друга. Что это вообще была за командная работа? Он приказал им тренироваться всем вместе целый час, пока у них не начнет получаться действовать так, чтобы не угробить своих товарищей.
К тому же теперь у него появилось время спокойно принять горячий душ. Вздохнув, Кардин открыл дверь, немного задумавшись над тем, почему она оказалась незапертой.
Ответ на этот вопрос он получил секундой позже.
– А, вот ты где, мальчик мой! – воскликнул профессор Порт. – Мне понадобилось принять душ после особенно суровой серии тренировок, и я подумал воспользоваться вашим. Надеюсь, что ты не возражаешь!
На самом деле, Кардин очень сильно возражал и даже попытался об этом сказать, но тут старый жирный мужчина с проклятьем выронил свое полотенце. Оно упало на пол, открывая вид на ягодицы, которые теперь будут преследовать парня в кошмарах всю его оставшуюся жизнь.
– А! – закричал он, закрывая свои глаза ладонью.
Порт резко обернулся, при этом что-то качнулось у него между ног.
– А-а-а! – снова завопил Кардин, но на этот раз гораздо громче.
– Что случилось, мальчик мой? Здесь нет совсем ничего, чего бы ты уже не видел до этого. Держу пари, что у тебя есть кое-что не менее впечатляющее. Ну, конечно же, не настолько впечатляющее, как у меня, но мы же здесь собрались вовсе не для того, чтобы соревноваться. Иди сюда, и мы сможем принять душ вместе, – Порт улыбнулся, осмотрев парня с головы до ног. – Мы даже можем потереть друг другу спинки, как это делали Охотники древности.
– Я… я…
– Обещаю, что не стану ничего предпринимать, если ты вдруг уронишь мыло.
Это было уже слишком. Кардин сделал быстрый шаг назад, при этом чуть не упав, а затем врезался лицом в дверь, снося ее с петель. Он понесся в сторону раздевалок, не переставая вопить по дороге.
Он так и не заметил появившуюся из ниоткуда девушку с зелеными волосами, как, впрочем, и блондина, стоявшего за ее спиной. Он даже не увидел усатого мужчину, мимо которого пробежал, хотя тот был не только полностью одет, но и весьма удивлен тем, что Винчестер выкрикивал его имя.
– Какая впечатлительная пошла молодежь, – усмехнулся профессор, взглянув на шедшего рядом с ним студента, которого он все это время пытал – ну, или услаждал слух – своими историями. В руке у парня находилась стопка бумаг, а взгляд был абсолютно пустым. – Всегда носятся так, будто за ними гонится сам Король Гриммов. Но это напомнило мне о тех временах, когда мы с моей дорогой Тсуне еще только стали встречаться. Все началось, когда я…
Студента передернуло.
***
<