Бегство Джейн
Шрифт:
— Моя чудная малютка, — прошептала Джейн, бегло просмотрев последний альбом, и улыбнулась, осознав, что их дочь заменила ее для Майкла в качестве излюбленной фотомодели. Кажется, ей это не очень нравится? Неужели она ревнует мужа к собственной дочери?
Она потерла лоб, чувствуя, что где-то за глазницами начинается головная боль. Пусть бы только она не оказалась одной из тех ужасных, ненормальных матерей, которые ненавидят собственных детей. «Господи, сделай так, чтобы этого не было», — взмолилась она. В этот момент до нее донесся сверху рев пылесоса.
Поистине, Паула была деловой маленькой дамой. Если она не готовила, то пылесосила.
— Нечего удивляться, что я пребываю в депрессии, — сказала она вслух. — Я испорченный и несчастный человек.
Джейн попыталась представить себе, как молодая женщина тянет из комнаты в комнату кишку, присоединенную к централизованному вакууму. Судя по звуку, Паула сейчас была в кабинете Майкла и бережно смахивала пыль с его вещей.
Давно ли она узнала, что Паула влюблена в Майкла? И сильно ли это ее тревожит? Могла ли она из-за этого невзлюбить Паулу? Ведь, в конце концов, это так естественно, хоть немного влюбиться в доктора, который спас твою дочь, особенно если этот доктор столь достоин любви, как Майкл?
Но, несмотря на эти рассуждения, присутствие молодой женщины раздражало Джейн. Имела ли Паула какое-нибудь отношение к ее амнезии — этот вопрос вдруг показался ей не праздным.
«Конечно, имела, — думала Джейн. — Ты пыталась ее убить, а она теперь мстит тебе тем, что убирает твой дом сверху донизу. Да, в хитрости этой даме не откажешь».
Джейн положила альбомы на нижнюю полку книжного шкафа, откуда она их взяла, и задумалась, чем бы заняться. Можно посмотреть телевизор, попытавшись разобраться в сюжете «Молодого и дремучего». Но она сама себя чувствовала настолько дремучей, что решила не смотреть сериал. Можно почитать: на полках было множество книг в твердых переплетах. Ей стало интересно, какие из этих книг она прочла раньше. И вообще, какие книги нравились ей больше? Предпочитала ли она художественную литературу биографиям, а романы фантастике? Майкл говорил, что она была специалистом по английскому языку и работала в издательстве. А в чем конкретно заключалась ее работа? Какое положение она занимала?
Ей захотелось задать эти вопросы Майклу. Скорее бы он возвращался. Может быть, спросить у него, не стоит ли ей показаться психиатру или, скажем, гипнотизеру. Он наверняка посоветует что-нибудь дельное. Потом она рассказала бы ему, как провела день, а он ей — какие у него были операции. Вот так и начнется их нормальная семейная жизнь. Ну почему его нет? Неужели он не мог остаться дома в первый день ее возвращения?
Возвращения откуда?
С трудом передвигая ноги, она направилась в солярий, понимая каким-то шестым чувством, что именно в этой комнате обдумывала она самые важные свои проблемы и принимала самые ответственные решения. По всей видимости, жизнь ее была просто прекрасной. Так что же заставило ее бросить все и сделать вид, что тойжизни не существовало вовсе?
Она машинально коснулась пальцами листьев комнатных растений. Интересно, поливал ли их кто-нибудь в ее отсутствие? Листья были влажными. Паула знала свое дело.
Джейн
опустилась в глубокое кресло и задумалась, бесцельно глядя в никуда. «Мне должно быть стыдно, — думала она. — Молодая женщина с незаконнорожденным больным ребенком, без денег и перспектив на будущее, моет и чистит мойдом, пытаясь удержаться на поверхности; а я, имея прекрасного мужа и здорового ребенка, сижу, как тряпичная кукла, и кисну от жалости к себе, нисколько не стараясь справиться с ситуацией». Правда, доктор Мелофф сказал ей, что ее амнезия — это способ, пусть даже весьма своеобразный, избавиться от страха, ярости или унижения, ставших невыносимыми.Так в чем же причина? — мучительно размышляла она, стуча судорожно сжатым кулаком по ручке кресла. И долго это будет продолжаться? Она не знала, что с ней случилось раньше, но то, что происходило сейчас, было подлинно невыносимо.
— Ну как? — В дверях стоял Майкл. — У тебя все в порядке? Ничего не болит?
— У меня все хорошо, — торопливо ответила она. При виде Майкла Джейн живо вскочила на ноги. — Я так рада тебя видеть.
В следующее мгновение она оказалась в его объятиях.
— Я так соскучилась, — смущенно прошептала она. Джейн просто-таки поглупела от счастья, увидев наконец мужа.
— Я тоже рад. — Он поцеловал ее в лоб. — Я так и думал, что у тебя все хорошо. — Не выпуская ее из рук, он отступил назад и внимательно посмотрел ей в глаза. — В чем дело? Что-нибудь случилось? Паула хорошо за тобой ухаживает?
— Нет, дело не в этом. — Собственно, в чем дело, Джейн и сама толком не знала. — Думаю, что у меня слишком много радужных надежд. Я рассчитывала, что память восстановится, как только я вернусь домой.
— Ну конечно же, она восстановится. Но не сразу. Требуется какое-то время.
— Как у тебя прошел день? — спросила она и смущенно рассмеялась.
— Я был занят. Очень занят. — Он снова заключил ее в объятия. Его руки ласково гладили ее волосы, плечи, шею. — Я так переживал, что мне пришлось уехать сегодня утром. Я вообще не планировал сегодня идти на работу, но было несколько экстренных операций. После каждой операции я звонил, и каждый раз Паула отвечала мне, что ты спишь.
— Сегодня я спала почти весь день. Наверное, это из-за таблеток. — Джейн коротко рассмеялась. Этот смех сильно напоминал плач.
— Эти таблетки не могут вызвать такойсонливости. Просто ты истощена намного больше, чем тебе кажется.
— Мне снятся очень странные сны.
— Опять змеи?
— Слава Богу, нет. На этот раз мне снился всего-навсего маньяк в красной машине, который пытался меня задавить.
Майкл озадаченно посмотрел на нее.
— Ну-ка, расскажи мне этот сон поподробнее.
Она в красках, не упустив ни одной подробности, пересказала мужу содержание своего сновидения.
— Этот не сон, — мягко сказал Майкл, когда Джейн закончила свой рассказ.
— Что?
— То, о чем ты рассказываешь, произошло на самом деле. Около двух лет назад.
— Какой-то лунатик пытался убить меня только за то, что я сказала ему, что у него не горят фары?
— Какой-то лунатик пытался убить тебя за то, что ты сказала ему, чтобы он отъе…ся от тебя. — Он принужденно рассмеялся. — Вообще, характер у тебя с перцем, — добавил он, кивнув головой в подтверждение своих слов. — Мы всегда говорили, что с твоим характером ты когда-нибудь влипнешь в скверную историю.