Шрифт:
Попов Илларион Григорьевич
Батальоны идут на запад
Литературная запись Н. С. Винокурова
{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста
Аннотация издательства: Первые главы воспоминаний автор посвящает битве за Ленинград, тем трудным дням и ночам лета - осени 1941 года, когда героическими усилиями защитников города фашисты были остановлены на ближних подступах к нему. Особенно интересны страницы книги, описывающие напряженные бои на Ораниенбаумском плацдарме и на знаменитом Невском "пятачке" под Невской Дубровкой. Командуя батальоном, будучи затем начальником штаба полка, командиром полка и, наконец, начальником штаба гвардейской стрелковой дивизии, И. Г. Попов участвовал в освобождении
Содержание
Батальона пока нет
Невский "пятачок"
Бои местного значения
Гвардейцы на Ловати
Встречный бой
От Котельвы до Опошни
Преследуя врага
На плацдармах
Открытый фланг
"Общего сигнала не ждать!..."
Коридор к Дунаю
Западнее Вены
Последние дни
О войне после войны
Примечания
Батальона пока нет...
Часы пробили полночь, а я все еще сидел над конспектом завтрашней своей лекции. Работалось трудно, хотя тема была хорошо знакома: "Стрелковая рота в обороне". Но тактические примеры и задачи, которые мы, преподаватели, приводили в таких лекциях еще семь недель назад, сейчас уже не удовлетворяли ни нас, ни наших слушателей - курсантов Новопетергофского военно-политического пограничного училища. Не удовлетворяли потому, что семь недель назад началась Великая Отечественная война. Курсанты, естественно, хотели знать не только, как оборонялась такая-то стрелковая рота на Халхин-Голе или во время войны с белофиннами, но и как дерутся стрелковые роты сегодня под Киевом, Смоленском и Нарвой.
Ответить исчерпывающе на эти вопросы мы, преподаватели тактики, пока не могли. В учебный отдел еще не поступили тематические сборники, в которых обобщался бы фронтовой опыт. А командировки преподавателей в действующую армию тогда не практиковались. Поэтому приходилось ограничиваться материалами, публикуемыми в открытой печати. Много полезного находили в газете "Красная звезда"... Среди ее фронтовых корреспондентов были товарищи, хорошо знающие военное дело.
В дверь постучали. Открыл - на пороге связной, курсант Максим Бабичев из 2-го батальона. Козырнув, доложил:
– Товарищ капитан, боевая тревога!
Надеть фуражку, сунуть в карман документы, подхватить приготовленный на такой случай командирский чемоданчик (мы называем его "тревожный") - дело минутное.
В учебном отделе собрались преподаватели. Начальник училища полковой комиссар И. Н. Григорьев краток. Объявляет, что училище в составе двух батальонов (1-й батальон - старшекурсники, 2-й батальон - младший курс) поступило в резерв командующего Северным фронтом. Район сосредоточения деревня Русские Антоши, станция Елизаветинка. Места хорошо нам всем знакомые. Не раз и не два выезжали мы туда с курсантами на полевые занятия. Понятен и выбор этого района для сосредоточения резервов. Оба пункта стоят на главных магистралях, связывающих Эстонию с Ленинградом: Русские Антоши - на шоссейной дороге, Елизаветинка - на железной.
– В этом районе будем ждать дальнейших распоряжений командования, заключил полковой комиссар.
– Прошу всех занять свои места...
На плацу, возле грузовиков, мигали карманные фонарики. Это грузился 2-й батальон. А машины 1-го батальона уже вытягивались из ворот на улицы спящего Петергофа. Рассвет 16 августа сорок первого года застал нас на местах, указанных штабом фронта: 1-й батальон сгрузился в Русских Антошах, 2-й - на станции Елизаветинка. Примерно на половине пути между ними расположились машины учебного отдела и командования, походные кухни. Здесь, на опушке леса, мы разбили палатки, вырыли щели для укрытия от вражеской авиации.
После завтрака преподаватели разошлись по курсантским подразделениям проводить занятия по плану, как в обычной
полевой обстановке. Я отправился во2-й батальон отрабатывать тему "Стрелковая рота в обороне".
Занятие проходило интересно. Курсанты наметили несколько оборонительных позиций и по-деловому обсуждали плюсы и минусы каждого варианта. За их суждениями чувствовался солидный практический опыт. Да это и понятно, ведь в училище они поступали после трех-четырех лет срочной службы, многие были младшими командирами. Все коммунисты.
Мы заканчивали занятие, когда впереди, за высоткой, ударили винтовочные выстрелы. Я знал, что там располагалось сторожевое охранение, выставленное от 2-го батальона. К винтовочной стрельбе присоединилась пулеметная, послышался отдаленный треск мотоциклетных моторов. По звуку определил: пулемет не "максим" и не "дягтерев". Неужели фашисты? Приказал взводу приготовиться к бою, но стрельба, за высоткой внезапно прекратилась. Послал туда трех курсантов. Они скоро вернулись, доложили, что на сторожевое охранение наскочили фашистские разведчики на двух тяжелых мотоциклах с пулеметами. Один мотоцикл подбит, экипаж уничтожен. Второму удалось уйти в сторону железной дороги.
Вернувшись в учебный отдел, я узнал, что вражеские мотоциклисты появлялись сегодня и близ Русских Антошей, и около станции Елизаветинка, и в разных других пунктах.
После полудня мимо нас стали проходить на север и северо-восток обозы отступавших советских частей. На наши вопросы обозники отвечали, что "немец прет", что "танков у него - туча".
Обстановку, которую мы наблюдали, полковой комиссар И. Н. Григорьев доложил по телефону в штаб фронта. Для этого ему пришлось съездить на ближайший сельский почтамт, так как радиостанции и полевого телефона, точнее кабеля, в училище не было. Григорьев просил штаб Северного фронта дать разрешение училищу занять оборону и окопаться. Но, как он нам сказал, вернувшись, товарищи из штаба фронта строго отчитали его за "панические настроения".
Однако обстановка обострялась с каждым часом. С нашей высотки покрытая кустарником и перелесками равнина просматривалась километра на два. Теперь все это пространство было заполнено людьми. Шли толпы беженцев, в клубах пыли гнали стада коров и овец. В одиночку и небольшими группами отходили стрелки и пулеметчики, везли много раненых. Стала явственно слышна артиллерийская стрельба. Если с утра фашистская авиация появлялась эпизодически, то теперь эскадрильи "юнкерсов" и "мессеров" непрерывно бомбили и обстреливали отходивших.
Начальник училища опять позвонил в штаб фронта и настойчиво повторил свою просьбу. На этот раз ему ответили, что представители штаба уже выехали к нам. И действительно, спустя примерно час у высотки затормозили две легковые машины. Из передней вышел сам Маршал Советского Союза Климент Ефремович Ворошилов - тогда главнокомандующий войсками Северо-Западного направления. Приняв доклад начальника училища и поздоровавшись с нами, Ворошилов поднес к глазам бинокль. Ознакомившись с обстановкой, он приказал начальнику училища немедленно занять оборону и, выставив заградительные посты, задерживать неорганизованно отходивших бойцов и формировать из них стрелковые подразделения.
Выполняя приказ главнокомандующего, училище заняло оборону на широком фронте: 1-й батальон майора Николая Александровича Шорина - западнее Красного Села, в районе деревень Чухонские Антоши, Ожоги-но, Волгине; 2-й батальон капитана Антона Афанасьевича Золотарева - западнее Гатчины, в районе деревень Пульево, Смольково, Дылицы, Алексеевка{1}. Необходимость, оборонять почти 30-километровый фронт столь ограниченными силами вынудила наше командование построить оборону, состоявшую из отдельных опорных пунктов. Но и после этого между батальонами остался разрыв в 12 километров. Сюда был выдвинут для наблюдения один курсантский взвод.