Барраяр
Шрифт:
Но если даже Карин и отметила бестактность последнего замечания своей гостьи, то не подала вида, а от дальнейших промахов Корделия была спасена возвращением Эйрела и Иллиана. Вежливо распрощавшись, супруги отправились обратно в резиденцию Форкосиганов.
В тот же вечер командор Иллиан заявился в особняк Форкосиганов в сопровождении Друшняковой. Та несла большой чемодан и с любопытством глазела по сторонам.
— Капитан Негри откомандировал мисс Друшнякову для личной охраны супруги регента, — коротко объяснил Иллиан. Эйрел одобрительно кивнул.
Позже Друшнякова вручила Корделии запечатанное письмо на плотной кремовой бумаге. Удивленно вскинув брови,
«С наилучшими пожеланиями, — гласило послание. — Она вам подойдет. Карин».
Глава 2
Проснувшись на следующее утро, Корделия обнаружила, что Форкосиган уже ушел, и ей предстоит впервые провести целый день на Барраяре без его поддержки. Она решила посвятить этот день покупке, которую задумала накануне, глядя, как Куделка с трудом взбирается по винтовой лестнице. Она решила, что Друшнякова идеально подойдет на роль местного гида, необходимого для ее затеи.
Она оделась и отправилась искать свою телохранительницу. Найти ее оказалось несложно; Друшнякова сидела в коридоре у самой двери спальни, а при появлении Корделии она вскочила и вытянулась по стойке «смирно». Этой девушке определенно следует носить военную форму, решила Корделия: платье делает ее шестифутовую мускулистую фигуру слишком массивной. Корделия не знала, может ли она в качестве супруги регента учредить собственную ливрею, и за завтраком развлекалась придумыванием униформы, которая подчеркнула бы миловидность этой девушки с внешностью валькирии.
— Знаете, вы первая женщина-охранник, которую я встретила на Барраяре, — заметила Корделия, управляясь с кофе, яйцом и кашей — местным блюдом из крупы, которое, очевидно, представляло собой непременную часть здешнего завтрака. — Что вас привело вас на эту работу?
— Ну, на самом деле я не настоящий охранник, как ливрейные слуги… — «Ах, опять магия мундира». — Но мой отец и все трое братьев состоят на службе. А охрана — самое близкое к тому, чтобы стать настоящей военной вроде вас, миледи.
«Помешана на армии, как и все барраярцы».
— Ну и?…
— В юности я занималась спортивным дзюдо. Но я была слишком крупная, чтобы спарринговать с другими девушками. Не с кем было по-настоящему потренироваться, а без конца отрабатывать прием без партнера ужасно скучно. Мои братья, бывало, тайком протаскивали меня на свои тренировки — вот с этого-то все и началось, а дальше пошло-поехало. Еще в школе я два года подряд становилась чемпионкой Барраяра среди женщин. А три года назад к моему отцу пришел человек капитана Негри и предложил для меня работу. Вот тогда-то меня и обучили обращению с оружием. Оказалось, принцесса уже несколько лет просила подыскать ей женщину-охранника, однако им было довольно трудно найти такую, которая смогла бы выдержать все испытания. Хотя, — добавила она с самоуничижительной улыбкой, — женщине, которая в одиночку справилась с адмиралом Форратьером, вряд ли потребуются мои скромные услуги.
Корделия прикусила язык.
— Хм. Мне просто повезло. Кроме того, я сейчас предпочла бы воздержаться от физических нагрузок. Я ведь беременна, знаете ли.
— Знаю, миледи. Это было в одном из…
— …докладов капитана Негри, — договорила Корделия в унисон с ней. — Я в этом и не сомневалась. Наверное, он узнал об этом раньше меня.
— Да, миледи.
— Когда вы были ребенком, ваши увлечения поощряли?
— Не… не то что бы. Все думали, что я странная. — Друшнякова сильно нахмурилась, и Корделия поняла, что вызвала болезненные воспоминания. Она внимательно вгляделась в лицо девушки.
— Старшие братья?
Друшнякова в свою очередь тоже уставилась на нее, широко
распахнув голубые глаза.— Ну… да.
— Понятно. — «А я-то боялась Барраяра из-за того, что он делает со своими сыновьями. Немудрено, что им было трудно найти женщину. которая прошла бы все испытания». — Значит, вы обучены владеть оружием. Прекрасно. Вы будете сопровождать меня сегодня в походе за покупками. Глаза Друшняковой потускнели.
— Хорошо, миледи. Какие именно наряды вам угодно посмотреть? — вежливо поинтересовалась она, с трудом скрывая, насколько разочарована тряпичными интересами своего кумира, «настоящей женщины-военной».
— Где в этом городе можно купить действительно хорошую трость-шпагу?
Уныние девушки тут же испарилось.
— О, я знаю такое место! Там покупают оружие офицеры-форы, да и графы тоже, для своих слуг. Правда… я никогда не была внутри. Моя семья не из форов, поэтому нам, конечно, не разрешено владеть личным оружием. Только табельным. Но в этом магазине должно быть лучшее.
За руль сел ливрейных охранников графа Форкосигана. Корделия откинулась на спинку сиденья, наслаждаясь видами города. Друшнякова, находившаяся при исполнении, была настороже: внимательные глаза девушки непрерывно следили за уличной толпой, и чувствовалось, что они практически ничего не упускают. Время от времени ее рука тянулась к парализатору, скрытому под вышитым жакетом-болеро.
Они свернули на узкую чистую улочку, которую с обеих сторон обступали старинные здания с фасадами из тесаного камня. На вывеске оружейной лавки значилось лишь имя владельца, «Сиглинг» — строгая надпись золотыми буквами. Очевидно, предполагалось, что если вы не знаете, что это за место, то вам здесь и делать нечего. Охранник остался ждать на улице, а Корделия и Друшнякова вошли в лавку — устеленное коврами и отделанное деревом помещение, в котором чувствовался легкий запах оружейного склада, памятный Корделии еще по ее экспедиционному кораблю. Так странно — встретить ароматы дома в чужом краю… Украдкой поглядывая на деревянные панели, она мысленно перевела их стоимость в бетанские доллары. Целая прорва бетанских долларов. И при этом дерево здесь, на Барраяре, было так же широко распространено, как пластик, и так же мало ценилось. В витринах и на стенах были выставлены образцы личного оружия, владеть которым аристократам было разрешено по закону. Помимо парализаторов и охотничьего снаряжения, здесь была представлена внушительная коллекция шпаг и кинжалов: видимо, суровые императорские эдикты, запрещавшие дуэли, касались только их использования.
Узкоглазый пожилой приказчик неслышной походкой приблизился к посетительницам.
— Чем могу быть вам полезен, леди? — Он был довольно приветлив. Корделия решила, что сюда, вероятно, время от времени захаживают барраярские аристократки, чтобы купить подарки своим родственникам-мужчинам. Но таким же покровительственным тоном он мог бы спросить: «Чем могу вам помочь, детишки?». Демонстрация превосходства? Ну ладно…
— Я ищу шпагу-трость для мужчины ростом в шесть футов и четыре дюйма. Должна быть примерно… ну, вот такой длины, — прикинув в уме длину рук и ног Куделки, она поставила ладонь на уровне своего бедра. — Ножны лучше бы пружинные.
— Да, мадам. Приказчик исчез и вскоре вернулся с тростью из светлого дерева, покрытого причудливой резьбой.
— Выглядит слегка… Не знаю. — «Кричаще». — Как она работает? Приказчик продемонстрировал пружинный механизм: деревянные ножны соскочили, обнажив тонкий длинный клинок. Корделия протянула руку, и приказчик с явной неохотой вручил ей шпагу для осмотра.
Она слегка согнула ее, оглядела клинок, затем передала шпагу своей телохранительнице.
— Что скажешь?
Друшнякова сперва улыбнулась, но затем с сомнением нахмурилась.