Аудиенция
Шрифт:
Я быстро разделся, и меня облачили в сложный, неудобный костюм. Под мышками кололись булавки - их было в избытке. Костюмер обильно напудрил мое лицо и нахлобучил мне на голову длинный, тяжелый и жаркий каракулевый парик. Затем
– Недурно. Только, чур, больше ничего не портить.
То же самое пришлось выслушать и в третьей приемной, где в реестр внесли соответствующие отметки, и, кроме того, поместили вырезанный из черной бумаги силуэт. Еще немного - и все инстанции будут позади. Парик давил так, словно его подкладка была сделана из кирпича. Я с завистью поглядывал на легкий металлический шлем командира мушкетеров. Из моих бумаг, добытых с таким трудом, служивый скручивал фитиль для того, что-бы зажечь свою вонючую трубку. Собственно говоря, теперь уже ничего не могло случиться.
Я прошествовал - двигаться менее величественно в своем пурпурном одеянии я просто не мог - в последнюю приемную, великолепно обставленную, но заваленную документами и бланками, эту приемную я называл про себя "чистилищем".
– Ну, как, благополучно прошли?
– осклабился, увидев меня, начальник службы контроля.
Отдавая ему свои бумаги, я был учтив настолько, насколько мне
позволял этот дурацкий костюм. Он проверял их с наслаждением, просмотрел на свет, отметил галочкой шифр, который было невозможно подделать. На моем лбу начал собираться пот, а драгоценное время уносилось, минута за минутой. Потом он поднял голову и посмотрел на меня:– Однако, в копии еще не хватает отпечатка большого пальца короля...
Пол начал уходить у меня из-под ног - теперь, когда я так близок к цели... Как же мне быть... Я собрался с духом, взял, не долго думая, у него из рук копию, произнес как можно равнодушнее: "Ах, позвольте-ка взглянуть...", и, отдавая ее назад, надавил подушечкой пальца на пустое место. НСК с видом знатока еще раз осмотрел бумагу, проворчал: "Хм, такой слабый и размытый отпечаток...", и отметил в своем списке последний пункт. Я мог отправляться на аудиенцию. Медленно, с гордо поднятой головой, как и подобает победителю, я вошел в открывшиеся двери аудиенц-зала. Церемониймейстер взял из моей руки пурпурную карточку с белыми лилиями, взглянул на меня и ударил своим жезлом в блестящий мраморный пол.
– Messiers, dames. Le Roi! [Господа, дамы. Король!] Король пришел.
– Ну, наконец-то!
– раздалось из толпы.