Чтение онлайн

"Давненько я этого уже не делал".

Он решил сделать попытку заглянуть в прошлое, в закоулки забытого детства, но что будет якорем, пока не придумал. Якорем он называл то, что зацепит его сознание за реальность, прошлый раз в такой роли выступил будильник. Якорем может быть и кто-то, кто рядом, кто сумеет вернуть его на грешную землю. По таким пустякам он не хотел обременять Марию, да она и могла не одобрить данную идею, более похожую на блажь, на баловство.

Новое не изобреталось, и он поставил будильник на сотовом телефоне на пять минут вперёд и положил его рядом с собой. Откинулся на спинку дивана, закрыл глаза и расслабился.

Спокойствие и теплота наполняли

его изнутри. Он мысленно представил, как совмещаются кнопки, на его безкнопочном браслете, как выбирается нужная комбинация. Серый туман ожил, задвигался. Он летел в нём, он это чувствовал. Он приближался к свету; с боков, снизу, сверху стали проскальзывать искорки. Их становилось всё больше, и они удлинялись. Наконец световое пятно начало расширяться и захватывать весь горизонт, весь обзор, и он влетел в него. Яркий свет ослепил его, так как туман неожиданно кончился, но и это продолжалось недолго. Всё погасло и высветилось снова, но полёта уже не было, не было и слепящего света, и серого, плотного тумана тоже не было.

Живая картинка. Полумрак. Белобрысый мальчик спит на кровати. Он лежит на тёмно-красном плюшевом покрывале, а голова на уголке длинной, почти в ширину кровати, подушки. Он лежит на боку, лицом в сторону стены, на которой висит плед с рисунком леса и оленя на переднем плане. Накрыт ребёнок детским байковым одеялом.

Вдруг он переворачивается на спину и открывает глаза, будто и не спал вовсе, а только притворялся и ждал когда все уйдут, но лицо выглядит заспанным, на левой щеке красная полоска, которая продолжается до лба и там обрывается. Веки припухшие и полностью не открыты, но из светло-голубых радужных оболочек видны зрачки, которые направлены в потолок. Там что-то интересное или просто, взгляд спросонья направлен вверх. Проверить, куда он смотрит, нет возможности потому, что оттуда за ним и наблюдают.

Где-то там за стеной послышались приглушённые голоса и бряканье пустых ведер, мальчик приподнял голову, вслушиваясь, но звуки прекратились. Он негромко позвал:

— Баба!

Ответа не последовало. Ребёнок подождал ещё немного, откинул одеяло, сел и, подгибая ноги в серых простых колготках, на заду скачками придвинулся к краю кровати. Перевернувшись на живот, слез с неё и, встав на ноги, приблизился к занавесу, который был лишь в полуметре от кровати.

Маленькими ручонками мальчуган ухватил низ занавеса и потащил его в направлении печки. Проделывал он это деловито и упорно, было видно, что навыки уже отложились в его памяти прочно. Занавеска поначалу не поддавалась, лишь вытягивалась всё больше и больше, превращаясь по верху в гармошку, а по низу скручиваясь в жгут, но вот не выдержав напора, тронулась и заскользила по натянутому проводу в голубой виниловой оплётке.

Дневной полумрак, создаваемый занавесом над кроватью, исчез, как только мальчик, похожий на маленького бурлака, зашёл за печку. Ему уже было трудно тянуть, так как на самом верху, там где ситец касался проволоки, образовался плотный тромб из материала. Бурлачонок попыхтел немножко где-то там за печкой, но занавес более не продвинулся ни на миллиметр, тогда он бросил его и вышел на свет.

Осмотревшись, он заглянул под кровать и с грохотом вытянул из-под неё белый эмалированный горшок. Вместе с горшком выкатился резиновый мячик, маленький, размером с бильярдный шар, зелёного цвета, с красно-сине-жёлтой полоской посредине, делящей его ровно на две половинки.

Удалив крышку, а сам, спустив в область колен колготки и детские трусики, подобрав майку, мальчишка усаживается на горшок. Он берёт в руки мячик и бросает его под кровать. Мячик ударяется под кроватью о стену и возвращается к мальчику,

выкатываясь прямо ему под ноги. Так он проделал несколько раз и каждый раз мячик возвращался в район ног, но вот последний бросок оказался неудачным, вместо одного удара послышалось два. Мячик, срикошетив, выкатился ровно в метре от ребёнка, тогда он, используя ноги, придвинулся вместе с горшком к мячику, взял его в руки, тем же способом вернулся на прежнее место и снова бросил мячик под кровать. На этот раз послышался всего лишь один шлепок, а мячик вообще не выкатился.

Он подождал ещё немножко, приложил маленькие ладошки к ушкам, слегка потрепал их, прошёлся правой рукой по еле заметному чубчику, больше похожему на вихор, затем наклонился и сделал попытку заглянуть под кровать. Поначалу ему никак не удавалось, ведь чем он сильнее клонился вниз и поворачивался влево, тем неустойчивей было его положение: горшок со спины отрывал свое днище от пола, и возникала вероятность опрокидывания. Ребёнок ощущал это и понимал, что может упасть, потому он прекратил прежние действия и слегка отодвинулся от кровати, лишь после этого, левой рукой держась за кровать, наклонился и заглянул туда, куда стремился несколько секунд назад.

Какое-то мгновение он находился в согнутом положении, терпеливо высматривая под кроватью в полумраке свой мячик, но затем поднялся, придвинулся спиной к кровати и, хлопнув ладонями по голым коленкам, словно досадуя о потере любимой игрушки, затих.

Тут неожиданно мячик сам выкатился на свет и остановился в полуметре от мальчишки, будто тот, кто сидел под кроватью решил всё же продолжить игру. Ребёнок удивился и обрадовался одновременно и снова хлопнул ладонями по коленкам, как бы признавая, что именно такой жест оказался волшебным и помог возвратить мяч. Хлопкам мальчика начали вторить шлепки босых ног под кроватью. Мальчуган насторожился и сделал попытку снова заглянуть под кровать, но здесь создающий шум сам показался и вышел на простор.

Да действительно вышел, не нагибаясь, не приседая и ползя, а вышел в полный свой рост. Мальчишка увидел это создание и замер от любопытства, рассматривая его. Маленький человечек, похожий на куклу, с лысой головой и огромными морщинами на лбу. Они рассматривали друг друга, пока гном не катнул босой ногой мячик в сторону ребёнка. Мячик ударился о ноги малыша, тот посмотрел на игрушку и потом снова перевел взгляд на стоящего перед ним человечка, а затем протянул вперёд руку с готовностью потрогать его. Но в этот момент в коридоре послышались голоса, и один из них женский отчётливо произнёс:

— Пойду, посмотрю, должен уже проснуться.

Лысый дядька отчего-то в этот раз уже бесшумно, но очень проворно метнулся мимо мальчика в поддувало печки и там исчез, в тот же миг скрипнула дверь, и висевший на ней крюк закачался, как маятник, и несколько раз ударился о её поверхность от энергичного рывка, открывшего дверь, создал звонкий, скрежетавший шум. Дверь распахнулась и впустила в комнату электронный ветер, который нарастал, завывал и становился узнаваемым реалтоном, мелодичной песней популярного квартета АВВА.

Дверь, комната, мальчик исчезли неожиданно, их выветрила музыка, заполнив всё темнотой. Хрусталёв открыл глаза, рядом во всю свою электронную мощь на английском пел сотовый телефон, — так работал будильник. Он нажал на кнопку останова, мелодия прекратилась, снова закрыл глаза, и тогда ему стало казаться, что он слышит, как продолжает качаться крючок на двери, издавая тот неповторимый звук из двух составляющих: шарканье металла о дерево и хруст сцепления крючка в проушине, когда раскачиваясь, тот достигал своих крайних положений. Но желанной картинки уже не было.