Анна Лоуренс
Шрифт:
У статуи будто живые глаза, а еще добрая улыбка. Осанка прямая, а руки широко разведены в стороны, словно этот человек раскрывает обществу двери в новый мир, чтобы показать чудо технологии, которое его изменит.
У статуи очень гордый взгляд.
1886 год! Семьдесят лет назад был изобретен первый стилпоезд. Выходит, Юдеско празднует не просто открытие нового вокзала, город празднует юбилей индустрии.
В этой реальности она появилась поздно, но как поражает скачок развития! Всего за семьдесят лет стилпоезд стал таким, каким я вижу его сейчас. Это невероятно. Вместо привычных мне
Обхожу статую и смотрю на стилпоезд: короткий, обтекаемой формы, черный стилпоезд не просто экспонат — он настоящий. Если с небольшого помоста его спустить на стилдорогу и привести в движение, уверена, он поедет.
Еще раз взглянув на статую Филиппа Гроуза, иду через вестибюль в центральный зал.
Этот зал спроектирован по типу триумфальной арки. Мой подбородок поднялся высоко вверх — выглядит величественно. Для облицовки стен и пола преимущественно использованы желтый мрамор и гранит, создается впечатление, будто зал сделан из золота.
Повсюду ходят люди. Мужчины и женщины улыбаются, смеются и пьют шампанское. Среди толпы ходят представители прессы и время от времени в разных местах возникают яркие фотовспышки.
По левую сторону зала тянется ряд банкетных столов для жителей Юдеско, на них разложены разные вкусности и бесконечные бокалы с шампанским. Обслуживающий персонал в красных фраках следит, чтобы столы всегда оставались полными.
По другую сторону зала на стальной дороге стоит красный локомотив с черными колесами. Под окнами вагона первого класса тянется золотая строчка: «Технология будущего».
Золотую надпись на красном фоне видно даже издалека.
Я спустилась по ступеням — их несколько — и подошла к банкетному столу. Беспрепятственно взяла бокал с шампанским и поднесла его к губам, вмиг осознав, что хочется все же горячий чай.
С соответствующим вопросом обратилась к молодому мужчине в красном фраке, но чай он мне предложить не смог, зато порекомендовал горячий лимонад, его подают в одной из палаток на улице.
Не знала, что лимонад бывает горячим.
Я не успела поставить бокал с шампанским на стол — меня толкнули и золотистый напиток растекся по бокалу и рукам.
— Ох, мне очень жаль, — виновато пролепетала девушка. За оправой вытянутых вверх очков совершенно потерянный взгляд.
Мужчина в красном фраке сразу подает салфетки.
— Ерунда… — рассеяно говорю ей я, стирая с рук остатки липкого шампанского, но девушка продолжает усердно извиняться.
К девушке сквозь толпу просочилась ее подруга.
— Что ты здесь стоишь? — возмутилась она и берет подругу за руку. — Все самое интересное там, идем скорее, — блондинка указывает на противоположную сторону зала, туда, где стоит красный стилпоезд, и тянет подругу через толпу. Прежде чем скрыться в ней, девушка обернулась и, поправив ярко-красную оправу очков, еще раз виновато сказала мне:
— Простите.
Чтобы утолить любопытство, я тоже пробралась на ту сторону зала и остановилась перед канатным ограждением к стилпоезду. Вдоль ограждения ходят двое служащих
со строгими каменными лицами и следят за порядком. Ходят неспешно, их руки заведены за спину.Широкие окна вагона первого класса зашторены синими занавесками, но сквозь большие щели все равно видно людей, они пьют шампанское, увлеченно говорят о чем-то и улыбаются. Мужчины в смокинге и костюмах, а женщины в вечерних платьях, на некоторых из дам крупные и дорогие украшения.
У меня за спиной внезапно возникла фотовспышка, и я дернулась от неожиданности. Репортер, оглядевшись по сторонам, вдруг переступил через канатное ограждение и сделал несколько снимков в самые окна вагона. Когда к нему заспешил служащий, репортер круто развернулся, переступил ограждение и скрылся в толпе.
— Что хочешь бы отдала, чтобы подняться туда, — мечтательно сказала девушка, уставившись в окна вагона. Ее подруга согласно кивнула.
Я улыбнулась тому совпадению, что среди сотен людей в зале опять вижу девушку с очками в красной оправе.
Мой взгляд снова переместился к стилпоезду. Убедившись, что смотреть особо не на что, отправляюсь за желаниями очень даже приземленными. На улице, много восточнее от центрального входа в вокзал, растянулись торговые ряды из красных и зеленых палаток. Здесь продают выпечку, пряники, блинчики, разные сладости и конечно, горячие напитки.
В воздухе витает ощущение праздника.
Повсюду горят белые уличные фонари, а над головой мерцают сине-желтые гирлянды. Все выглядит почти как в рождество!
У зеленой палатки, в той, что продают горячий лимонад, столпились люди, в расслабленной позе они стоят у прилавка. Лимонад здесь подают в стеклянных вытянутых бокалах — напиток можно купить, но бокал нужно вернуть человеку за прилавком. В этом была причина такого столпотворения.
Мне понравился горячий лимонад, чем-то напомнил глинтвейн, потому что вопреки известному мне рецепту лимонад готовят на специях и фруктах.
Напиток приятно согревает. Опустошив бокал, ставлю его на прилавок.
Хожу среди палаток и с легкой улыбкой осматриваюсь вокруг. Здесь интересно! Люди лакомятся разными сладостями и бросают кольца — это игра, когда маленький обруч диаметром в четыре ладони забрасывают на невысокую и тонкую металлическую палку в метрах трех-четырех от линии броска. В эту игру играют целыми командами, очевидно, в Юдеско эта игра популярна.
Пока слежу за игрой ближайшей из команд, замечаю, как в палатке сладостей, совсем рядом со мной, молодой мужчина набирает целую коробку розово-зеленых конфет. На нем темное с меховым воротом пальто, из карманов небрежно торчат тонкие перчатки.
— Мама не разрешает есть сладкое дома, а здесь в отрыв? — не удержалась я от колкости. Когда незнакомец обратил на меня удивленный взгляд, виновато улыбнулась ему, мгновенно пожалев о сказанных словах. — Простите.
К моему облегчению, взгляд на интересном треугольном лице быстро смягчился. Губы растянулись в широкой улыбке, отчего подбородок мужчины получился еще острее.
— Я проиграл пари, — простодушно бросил он.
— Ребенку? — выпалила я и тут же осеклась. Я не хотела, само собой получилось, а улыбка незнакомца стала еще шире.