Амазонка
Шрифт:
Я зажмурилась, когда нож завис в воздухе, и приготовилась почувствовать холодное лезвие, но вместо этого долю секунды провела в свободном падении, и затем рухнула на землю.
Меня выгнуло от боли, что прострелила позвоночник, и пока я корчилась на земле, пытаясь вдохнуть, толпа окружала меня, нависала, продолжая строить отвратительные рожи.
Главарь сел на корточки возле моего лица, больно сдавил щеки своими грязными пальцами.
— Дерзких люблю еще больше! Особенное удовольствие иметь их в задницу, пока они брыкаются!
Ослабив хватку, он похлопал
— Унесите! — скомандовал он, и, сплюнув кровь, скрылся меж людей.
Меня грубо схватили за ноги и поволокли. Ветки, камни, обломки ракушек царапали спину, впивались в кожу, но этим садюгам не было никакого дела ни до меня, ни до моих слез, что непроизвольно катились по щекам.
Ну, пришелец! Попадешься ты мне! Голыми руками сверну тебе шею!
Я вспомнила о том, из-за кого в моей жизни началась черная полоса. Если бы не он на своем ржавом корыте, сидела бы я у себя на острове, не зная проблем!
6. Молись
Ледяная вода привела меня в чувство. Чернокожая девушка с дредами в красном длинном платье, отдаленно напоминающем сари, стояла надо мной, потрясая пустым корытом.
— Очнулась, спящая красавица! — она ехидно улыбнулась и швырнула таз в молоденькую девушку с животом. Та ловко поймала его и молча исчезла в темноте.
Я лежала под открытым небом. Местами, где ажурные кроны пальм не переплетались между собой, на черном фоне мерцали яркие звезды, гордо заявляя о своей свободе.
Костер, разведенный неподалеку, освещал небольшое пространство вокруг, и, потрескивая, запускал вверх крошечные искры.
— Свадьбу проспишь! Подъем!
Двое молодых беременных женщин потянули меня за руки, помогая сесть. В отличии от той, что командовала тут на правах хозяйки, они были полураздеты. Бедра и грудь прикрывали изношенные до дыр тряпки, а волосы были связаны узлом на макушке.
— Какую свадьбу?
— Твою! — захохотала главная, широко открывая рот, — подготовьте!
Она кивнула девушкам и те суетливо забегали. Их было всего пятеро. Трое из них имели круглые животы, тянувшие месяцев на пять. Ну прям конвейер.
Стоило самой одетой уйти, как девушки набросились на меня с расспросами. Они перебивали друг друга, не давая мне ответить. Да и говорить мне не особо хотелось. Зато из обрывков фраз я узнала, что они такие же туристы, попавшие под обстрел.
И тут я впервые за год обрадовалась тому, что отбилась от группы и осталась одна, ведь не известно, во что бы превратились мы, попав на остров вместе.
Девушки помогли мне вымыть тело подогретой на костре водой, нарядили меня в белое хлопковое платье и вернули мое ожерелье.
— Откуда у вас все это?
— Успели спасти с корабля. Да и бывает к берегу приносит что-то…
Надо же, у них даже расчески и зеркала есть. Я же нож, и тот потеряла…
Пока одна бережно расчесывала мои волосы, не знавшие гребня почти год, и заплетала их во множество колосков и кос, другая старательно вырисовывала узоры на
моей коже, выдавливая из свернутого в трубочку листа черную ароматную массу.Раньше мне нравились все эти этнические штучки на девушках: длинные кружевные платья с бахромой, море фенечек, кожаные браслеты, бирюза, обрамленная в серебро, перья, украшающие волосы, но я никогда не думала, что этот стиль подойдет и мне!
— Готова! — с придыханием сказала Энн, — уверена, Джей останется довольным.
— Джей – это тот ублюдок?
— Не говори так! Джей главный здесь. И пока ты его женщина, тебе ничего не грозит.
— По-моему, такие упыри как он и есть самая большая угроза.
— Если ты родишь ему ребенка, будешь главной. Как Мэри, — она глазами указала на ту, что вылила на меня ведро воды.
Теперь ясно, почему она такая наглая.
— Перебьется! Ребенка ему! — шикнула я, поправляя платье.
Оказывается, я совершенно отвыкла от одежды.
— А он и спрашивать не будет. Сделает свое дело и залетишь! — съехидничала одна из беременных.
— А, если за пару месяцев с ним не получится, он передаст тебя другому. И так по рукам пойдешь…— обрадовала меня вторая, — так что, лучше от него!
— У меня не может быть детей. Пусть расслабится!
Я вздернула нос, но победительницей прочувствовала себя не долго. Меняющийся взгляд Мэри насторожил.
— Зря ты это сказала…— сочувствующе опустила глаза Энн, — она сейчас доложит…
— Ну и пускай.
— Дура! Пока ты официально женщина Джея, ты неприкосновенна. А теперь, тебя поимеют все, кому не лень. Возможно, одновременно, с них станется.
Энн разочарованно покачала головой, с трудом поднялась с земли, придерживая живот, и, бросив сочувствующий взгляд, ушла в хижину, оставляя меня наедине со своей отчаянной глупостью.
— От этих тварей тебя спасет только чудо…Принцев на белых конях у нас тут не водится. Так что, молись!
7. Каждый сам за себя
Молись…Ха! Было бы кому!
Не уверена, что кому-то наверху есть до меня дело. Кажется, он вообще хотел от меня избавиться, отправив в космическое путешествие. Потом забыл про меня, а теперь вспомнил, что осталась одна недобитая!
Год я сидела на этом дурацком острове. Год! День был похож на день. Но вдруг на меня навалилось столько ужасов, и все за одни сутки!
— Иди поешь! — окликнула меня одна из девушек, приглашая к огню.
Запеченные на костре мидии были не очень вкусными, к тому же, мне постоянно попадались мелкие камни и песок. Но, если я хочу сбежать, понадобятся силы и надо немного поесть.
— Ешь, ешь! Морепродукты повышают либидо! — иронично улыбнулась, кажется, тайка.
— Угу, — закивала японка, придвигая по песку чашу, полную мидий, — больше ешь. Жалеть тебя не будут, тем более, такую нервную. А нам легче!
В глазах этих девушек было столько ненависти, столько желания уколоть меня, сделать больно, будто я в чем-то виновата перед ними.