Altera pars
Шрифт:
Отпад, что ещё скажешь.
Оказавшись в своей комнате, я подошла к окну и сумела проследить, как окончательно ночь поглощает лес.
И только я собиралась отойти от окна, как неожиданно всё тело прострелила боль.
Я повалилась на колени, не зная, за какую часть схватиться. Болело всё.
Горела вся кожа.
Секундой позже и вовсе стало настолько больно, словно эту кожу сдирали с меня.
— Что это, За… — договорить у меня не хватило сил.
Боль стала просто невыносимой, и я закричала.
«Ещё одна проблема, Лиса… — Зариахат говорил надрывно,
Слова Зари звучали, словно эхо, всё заглушал мой собственный крик. Впрочем, уже спустя какое-то время он превратился в хрип. Тело же начало выворачиваться под неестественными углами, кости ломались и снова срастались. И так раз за разом…
Глаза горели, горели настолько, что хотелось их выдрать, а кожа слазила.
Счастье, что я не могла всё это видеть…
Глава 2
Физическая боль — это ужасно… Хотя и ей не сравниться с душевной болью. От предательства… От потери. Или же всего вкупе.
Я страдала всю ночь, ровно до момента, как из-за горизонта показались первые лучи солнца. Их я встретила на полу в луже крови. Одежда разодранная валялась рядом.
Боюсь даже представить, что подумает тот, кто узрит такое количество крови, появившейся неведомым образом на полу.
Раньше, уже в другой жизни, я бы подумала примерно так: какое расточительство, а ведь эта кровь могла пойти на пользу.
Сейчас мне было на все плевать.
Этот мир упорно пытался заставить меня забыть о том, что вдалбливали в меня в университете сердобольными преподавателями.
Помогай людям, несмотря ни на что.
Мир Асмиарт же диктовал другие правила. Здесь нужно было заботиться в первую очередь о себе.
Потому что абсолютно не знаешь, что произойдёт с тобой завтра.
Я думала, что мои проблемы ограничиваются чертовой книгой, которая досталась мне по наследству.
Я ошиблась. Колоссально.
Вся проблема была в принципе в моем существовании. В том, кем я являлась.
И вот как при таких упаднических мыслях не задуматься о лёгком решении?
А вот никак.
Однако я бы не была собой, если бы закончила все так. Мы не ищем лёгких путей. А судьба просто обожает наблюдать за мучениями людей, которые пытаются выбраться из сложившейся ситуации. И так просто она никого не отпускает.
К счастью, я всегда была очень упорной. Хитрой и упорной.
Родители угадали, когда давали мне такое имя. Дважды.
И тем не менее, всего моего запала хватило, чтобы доползти до кровати. И все.
Там я и пролежала несколько часов, путешествуя где-то на грани реальности и дремы.
Как бы ни пыталась, провалиться окончательно в сон не получалось. Но хотя бы и мысли меня не терзали изнутри на пару с Зариахатом.
Тот, впрочем, наверно, тоже отходил от случившегося, потому что все то время, что я мучилась, он поддерживал меня, поддерживал как мог.
Неуклюже, где-то грубо, но хотя бы он не отвернулся от меня в такой ситуации.
Родной вот человек отвернулся, отправил
меня на смерть (впрочем, я с этим еще разберусь. Негоже судить обо все преждевременно, не попытавшись хотя бы поговорить).Эта ночь стала для меня переломной. С такой мыслью я окончательно пробудилась от своей полудремы.
Я титрион. Мое тело, как объяснил Заря, теперь очень активно меняется. Пробуждается от долгой спячки моя истинная суть, принося с собой огромную боль.
Что-то вроде вот такого извращенного наказания.
По прибытии в другой мир, мои родители озаботились тем, чтобы ввести мою истинную суть в спячку, и сделать меня максимально похожей на окружающих людей.
И я их понимаю. Потому что тех, кто непохож на стандарт, мир отвергает. А я и вовсе была опасна.
Однако мои родители уже мертвы, а я осталась одна с вот такой глобальной проблемой.
И еще с книгой этой треклятой, чтоб ее.
Взгляд скользнул по небольшой комнате и остановился на сиротливо валяющеюся в углу книгу.
И что, мне ее с собой теперь везде таскать?
Она хоть и лёгкая, но все же выглядеть будет среди этого буйства природы и местных неандертальцев разноцветноволосых как нечто инородное.
Ей-богу, ни к селу ни к городу она будет в моих руках.
Впрочем, и бросить ее я вот так не могу.
Решено, всучу ее богу Смерти. Пусть сам с ней развлекается и решает, что делать.
А у меня на повестке дня нечто более важное и глобальное. А потом и еще кое-что.
Потому что душа душой, психика психикой, но я не знаю, сколько еще выдержу вот таких ночных рандеву.
Пусть я хоть сто раз титрион. Боль я испытывала этой ночью вполне себе реальную.
Кстати, что это ко мне на огонек не зашел Слейн? Хоть бы проверил, заглянул бы по примеру одного популярного литературного героя в замочную скважину. Может, я тут уже того… Богу душу отдала… Хотя моя душа в принципе к нему бы и отлетела. Я же теперь его жрица. Кстати, об этом:
"Заря, дорогой, ты меня заставил стать жрицей, теперь, будь любезен рассказать, в какую такую муть я впряглась?"
Послышалось ворчание как будто сонное, а потом я таки смогла разобрать, что там бурчит мой главный страдалец:
"Никого я не заставлял."
Ага, я сама с радостью в ряды сатанистов записалась. К самому богу Смерти. Да я бы лучше стала балериной погорелого театра!
"А по существу?"
"Там много нюансов, Лиса. Но если кратко, то ты теперь в его полном распоряжении, в обмен же он будет защищать тебя."
Хорош защитник! Даже не озаботился узнать, а чего, собственно, из соседней комнаты девушка стонет так активно.
Или он садист? Хотя я бы больше поверила, что его круг интересов диаметрально противоположный. Судя по тому, кто другая его жрица.
Тяжко вздохнув, я скатилась с кровати. Ожидала очередной порции боли, но, к счастью, ее не последовало.
Все вообще было окей. Омолодившейся даже какой-то я себя чувствовала.
Но недолго я радовалась.
Заря, обломщик фигов (вот кто действительно садист!), не преминул напомнить, что этой ночью мне вновь придется пережить мучения.