Алмазный город
Шрифт:
И – удирать. Позади загрохотали шаги преследователей. Пробежав мимо маленького мальчика, на которого разыгравшаяся перед ним сцена не произвела ровно никакого впечатления, она шмыгнула в просвет между домами и оказалась на нейтральной территории. Секунды две-три спустя топот у нее за спиной растворился в тишине.
Кому-то покажется, что бежать с поля боя – удел слабаков, но сегодня в ее задачу не входило разжигать очередной виток войны между уличными кланами. Кроме того, предстояло сделать еще кое-что. Кое-что такое, о чем не мог знать даже Король на Крови. Точнее, он – в особенности.
Покинув Кучу, Аина устремилась вверх по пологому холму и наконец добралась до центра города. Из-за сильного загрязнения атмосферы звезд над головой почти не было видно, но по крайней мере витрины магазинов здесь сияли электрическими огнями. Слегка закашлявшись на воздухе,
Когда наконец она выбралась из этого человеческого муравейника и оказалась в более спокойных восточных районах, на улице уже стало прохладнее. Аина миновала несколько крашенных поблекшей серой краской многоквартирных домов, где в окнах вместо электрических ламп горели свечи, а затем, украдкой убедившись, что слежки за ней нет, пересекла проржавевший мост через реку Минос.
Поросшие сорняком железнодорожные пути расползались среди грязных глинистых полей на несколько километров и упирались в лес на окраине Косина. Еще дальше, на горизонте, за верхушками деревьев маячили горы, голубые и покатые, как застывшие океанские волны. Она торопилась, надо было успеть добраться до рудников и вернуться в город раньше, чем закроются на ночь магазины. На рудниках добывались алмазы – естественно, с целью дальнейшей огранки и продажи в качестве ювелирных изделий, однако масса рабочих подпольно торговала необработанными алмазами для магических ритуалов. Раньше, до гражданской войны, разразившейся четырнадцать лет назад, многие в стране поклонялась Матерям – богиням Калаан и Изар, благословивших инозенов – истинно верующих – на владение тайной магией, волшебством Крови и Земли. После войны началась индустриализация. Поклонение Матерям и магические ритуалы оказались вне закона. Однако несколько сотен инозенов все же выжили, укрыв свою веру в беднейших кварталах Косина. Хотя они и научились хорошо прятаться, Аина знала, где их найти. В конце концов, они ведь сами покупали у нее необработанные алмазы…
Вскоре ее слуха достиг шум буров и сверл. Преодолев еще километр, она достигла большой лесной опушки, где под ногами ее разверзлось зияющее отверстие алмазной шахты «Хирай» – богатейшей в мире. Общая добыча на ней составляла семь миллионов каратов в год. Десятки раз бывала Аина здесь, но все равно – гигантский карьер, уступы которого нисходили в землю, словно древесные кольца, с многочисленными прилегающими месторождениями, пересеченными тут и там бледно-бежевыми дорожками, с заполненными рудой ящиками, неизменно производил на нее сильное впечатление. Спуск всегда щекотал нервы. Как глубоко ни погрузись – дна никогда не видать. Количество работников и производительность резко возросли с тех пор, как были обнаружены залежи особо редких алмазов.
Завидев девушку, несколько смотрителей закивали ей. Одному из них она в ответ помахала рукой – хоть и забыла его имя в следующую секунду после знакомства. Стоял он рядом с большим ящиком серой, зернистой руды.
– Мисс Солис. – Смотритель расплылся в улыбке, почти беззубой. – Вы снова здесь.
– Где товар?
Озабоченно нахмурившись, он окинул взглядом ее заляпанную кровью фигуру.
– Если желаете помыться, у нас найдется вода.
– Где товар?
С досадой покачав головой, смотритель наклонился к коробке для инструментов, прислоненной к ящику. Отсыпав из нее немного, принялся что-то делать, стоя спиной к гостье. Когда он снова повернулся, Аина сунула ему несколько монет за молчание и протянула руку. В ее ладонь просыпалась тонкая струя необработанных алмазов. Девушка повернула руку так, чтобы лунный свет заиграл на всех их поверхностях – прозрачных и непрозрачных. Камни были только что добыты из недр и потому, естественно, тусклые. Чтобы они превратились в настоящие сокровища, их еще огранять и огранять. Полировать и полировать. А для магии и так сойдет.
– Качество, конечно, не ювелирное, – заметил смотритель, – но все же не совсем без блеска, как видите, так что для ваших целей в самый раз.
Аина бросила на него быстрый взгляд:
– Они не для моих целей.
– Хорошо. Для
целей тех, кому вы их продадите, – подмигнул беззубый.Она с улыбкой ссыпала алмазы в потайной карман куртки и зашагала прочь, легким движением перекинув через плечо окровавленный шарф.
Согласно закону, принятому еще во время войны, каждый житель Косина (кроме дипломированных ювелиров), у кого найдут «сырые» алмазы, подлежал казни на месте. Если бы шеф Аины узнал о ее подпольном заработке, он бы тоже расправился с ней за неуплату положенной ему доли. Ведь это он спас ее и превратил из несчастной забитой бродяжки в грозного киллера, внушающего всем страх. А ей, видите ли, этого показалось мало.
Да, только так она могла обвести Короля на Крови вокруг пальца в городе, который он держал в руках при помощи террора и подкупа. А ее – дразнил свободой. Еще одно убийство, еще одна операция, еще один сбор дани… а там ты вольна как птица и сама себе хозяйка.
– Что ж, значит, и еще один алмаз у тебя за спиной, – прошептала она, и ее дыхание заклубилось белым паром.
Когда много лет назад Король на Крови послал ее на первое убийство, Аина мысленно дала обещание себе и всем остальным детям, у которых нет крыши над головой, но которые не сдаются и не оставляют стремления пробиться к вершинам жизни: она станет ужасом и бичом для всех. Девчонкой, перед которой дрожат политики, рабовладельцы, бандитские авторитеты, наемные солдаты…
Настанет день, и она сравняется с Королем на Крови. А потом станет сильнее и выше его.
2
Небо насыщенного синего цвета, сменившего прежний, бледно-голубой, застало ее уже снова в Косине. Она миновала ряд облепленных толстым слоем сажи блочных домов, нырнула в сеть узких улиц к северу от центра и наконец добралась до холма, на вершине которого стоял Розовый двор.
Среди тех, кто имел дело с алмазами, существовала «пищевая цепочка», и нарушать порядок кормежки было нельзя. Аина забирала товар с рудника и продавала крупным поставщикам, которые, в свою очередь, сбывали его по справедливой цене через уличные банды мелких розничных торгашей и прочих ребят с голодным огоньком в глазах конечному заказчику – практикующим магам-жрецам. Из приблизительно ста ювелирных лавок Косина каждый раз только одна принимала необработанные алмазы. И лавка эта менялась раз в один-четыре дня. Адрес сообщался, естественно, втихую, где-нибудь в темном закоулке. К счастью, Аина четко знала, куда идти, поэтому научилась всегда оказываться в нужном закоулке в нужную минуту.
Огни становились все ярче, до слуха ее по мере подъема все чаще доносились взрывы смеха и беззаботная болтовня – разительный контраст привычным девушке шепоткам и истошным воплям южной части города. В широком просвете между двумя зданиями перед ней теперь засверкали яркие отблески от усыпанных богатыми особняками холмов вдалеке. А еще дальше, за ними, в свете обеих лун, на неприступной высоте, подпирали облака черные шпили Стального замка.
В народе считалось, что луны были созданы Матерями, причем красную породила Калаан, а серебристую – Изар. Обе должны были озарять путь к счастью и свету, но Аина думала, что для этого их слишком заволокло смогом.
Она на секунду задержалась – проверить, надежно ли спрятаны алмазы и оружие (вдруг нарвется на гвардейцев?), а затем влилась в толпу, текшую по главной дороге к Розовому двору.
Мощенная булыжником мостовая мерцала в свете ночных фонарей. За стеклянными – от пола до потолка – витринами были выставлены шелковые платья, кожаные туфли, декоративные растения в горшках, ковры, коробки с фруктами, вина и прочие товары: каждый – за такие деньги, на какие средняя семья в Куче жила бы год. Желтые огни этих магазинов омывали даже каменный силуэт фонтана впереди – в то время как лишь в двух километрах к югу электричество и водопровод давно стали легендой.
С каждым годом эта сторона Косина богатела, а противоположная – ее сторона – все глубже погружалась в нищету.
Улицы здесь патрулировали бойцы Алмазной гвардии. Пуговицы и пряжки на их угольно-черных мундирах были усыпаны соответствующими названию драгоценными камнями. Это особое подразделение регулярных войск играло в городе роль полиции. Аина по привычке сжала под одеждой рукоять одного из своих кинжалов – для нее стало неписаным правилом всегда ждать от гвардейцев беды. Б'oльшая часть публики у Розового двора и взглядом-то их едва удостаивала. Аина же, напротив, не спускала глаз с тех двоих в черной форме, что подошли к стоявшей на углу банка пожилой женщине в изодранном коричневом платье и залатанной куртке.