Алиар
Шрифт:
— Я! Я заметила! — вмешалась его дочь. — Именно так и смотрел, налево-вверх, вот так…
Девушка изобразила этот светлый взгляд кристально-честного человека, и Райк кивнул. Среди всех ханжеских лицемерных подлецов только Тэрн мог быть настолько наглым.
— Из-за этого брат Тарк чуть не проиграл! — продолжала эта словоохотливая девушка. — Хорошо, что отец Елло вмешался! А то брата Тарка точно бы сняли с Состязаний: он ведь не знал молитвы «Вверяю»!
Райк нахмурился.
— «Вверяю»?.. Я тоже не знаю такой молитвы.
Отец девушки чуть округлил глаза, а сама она едва
— Давайте я вам расскажу!
— Миза, веди себя потише, — паломник бросил хмурый взгляд по сторонам. — Ты нарушаешь порядок в городе.
Райк пожал плечами. Не то чтобы он особо ценил молитвы — на его вкус, вполне хватило бы «Благодарственной» и «О чём молить тебя…» — но было слишком странно осознавать, что существовала молитва, которую он не знал. Райк купил в ближайшем храме бумагу, перо и чернильницу-непроливайку (при таком количестве монахов это были одни самых ходовых товаров в Айнере) и записал молитву со слов девушки. Бумага могла ему ещё пригодиться: пришлось бы отправлять письмо Наставнику Лорму.
— Спасибо… Миза.
— Ага, — девушка радостно кивнула и снова спросила: — Так вы не сказали, откуда у вас такая одежда?
— Я… жил в том же лесу, что и Тэр-Тарк. Я его… — «брат», — собирался сказать Райк, но не смог себя заставить, — родственник. Далёкий, — процедил он, но почему-то всё равно прозвучало как «брат». — Так куда он отправился?
— В Реллу!..
— Этот оплот неверующих?!
— Да. Не иначе как решил осенить их светом своей веры.
Райк закашлялся:
— Д-кха, д-да… несомненно, именно это он и хотел сделать. Спасибо за объяснения. Прощайте.
— Нужно говорить до встречи, чтобы посчастливилось увидеться ещё раз! — с радостью поправила девушка, и он хмуро кивнул.
Райк пошёл прочь, краем уха продолжая слышать разговор за спиной:
— Миза, ты слишком эмоциональна. Это просто непорядочно.
Тут Райк понял, что паломники были из Кивиша. Но почему тогда девушка вела себя столь несдержанно?.. Но он сразу забыл об этом, погрузившись в иные мысли.
Кине было скучно.
— Джо-он, — протянула она.
В ответ ожидался тяжкий вздох: она уже не в первый раз доводила спутника дурацкими вопросами. Но Джон ответил лишь:
— Да?
— Знаешь, я тут подумала: странно, что ты не спросил меня, от кого я убегаю.
— Это твоё дело, — тем же размеренным тоном ответил он.
— Да, но… — Кина осеклась.
— Если бы я начал лезть в твои дела, ты бы могла лезть в мои. А я не собираюсь о них говорить.
На этот раз он был куда более многословен, чем обычно. Видимо, понял, что так просто всё равно не отвязаться, и решил сократить количество вопросов.
— Да нет, я имею в виду: мало ли, кто за мной гонится? Может, они опасны? Может, они решат, что ты со мной заодно?
— Может.
— «Может»?! А если они на тебя нападут?
— Тогда я буду драться.
— А если они тебя убьют?!
— Тогда я умру.
Кина почувствовала нестерпимое желание побиться обо что-нибудь головой.
— Ты не на меня внимание не обращаешь, да?.. Ты не обращаешь его вообще ни на что вокруг.
Джон вздохнул,
обернулся и пристально посмотрел на неё.— Какое внимание ты хочешь, чтобы я на тебя обратил?..
Кина покраснела. Он смотрел на неё тем же безмятежно-безразличным взглядом, и она сама не поняла, когда именно стала смущённо ковырять стенку повозки.
— Я не это хотела сказать. Просто… в дороге обычно задают всякие вопросы. «Откуда ты?», «Сколько тебе лет?», «Куда ты едешь?» Знаешь, выразить интерес к спутнику, узнать его получше… Но ты их не задаёшь, а что бы я ни спрашивала, делаешь вид, что не слышишь!.. — Кина замерла. — Погоди. Ты… не задаёшь их потому, что сам не хочешь на них отвечать?..
— Да.
Кина ошарашенно молчала. Джон просто молчал.
— Да что секретного в вопросе, сколько тебе лет?! — взорвалась она.
Джон снова вздохнул.
— Хорошо. Сколько мне, на твой взгляд?
Она задумалась.
— М-м… двадцать восемь?
— Двадцать семь. Тебе?
— Двадцать один…
— Мы закончили?
Кина насупилась. Следующие пять минут прошли в тишине, которую её спутник уже, наверное, благословлял. Кина и сама чувствовала, что болтает слишком много — но её вполне оправдывало то, что скука была нестерпимая. Выносить этот однообразный путь безропотно мог лишь такой странный человек, как Джон.
— То есть, мы так и будем всю дорогу молчать?!
Джон тряхнул головой, окончательно прощаясь со своей подружкой тишиной.
— Времяисчисление Алиара начинается с того момента, как был основан первый город — Каммена, ныне разрушенная. Помимо этого, та эпоха ознаменовалась…
Глупость свою Тэрн осознал уже через час. Через два — проклял себя. Через три — все книги Алиара. Но сумки с ними упорно тащил. Хорошо хоть, ему хватило ума купить ещё один мешок, а то так и пришлось бы нести их завёрнутыми в рубаху… Ещё хорошо, что в ордене его неоднократно заставляли бегать с мешками, набитыми всякой дрянью — развивали выносливость, так сказать.
Как бы то ни было, Тэрну пришлось остановиться в ближайшей гостинице — той, что стояла на перепутье дорог от Дейнара к Завандру и от Завандра к Айнеру. Он осторожно выспросил цену за постой и еду — но нет, денег хватало с лихвой.
Девушка отошла вглубь трактира и передала заказ повару, потом вернулась и стала так же вяло протирать стойку.
— Немного у вас посетителей.
— Немного?.. Как обычно…
Тэрн огляделся. Вспомнились слова дедка из первой деревни: мол, в его время люди постоянно куда-то ездили.
— Наверное, это из-за того, что люди стали меньше путешествовать?
— Меньше?.. Да как обычно…
Они снова замолчали. Тэрн пожал плечами и представился:
— Тис. А ты?
— Вейн…
— Тебе нравится здесь работать?
Она подняла на него совершенно пустые глаза:
— Мой отец — хозяин гостиницы.
— О.
Тэрн огляделся. Зал был невыразительным, как и сама Вейн. На стене висел скучнейшего вида натюрморт, пол был не то чтобы чистым, не то чтобы грязным, столы — не маленькими, но и не большими… казалось, скуку для всего Алиара производили именно здесь.