Александр СОЛОВЬЕВ
Шрифт:
Он вернулся ко входу в подвал, осторожно опустился вниз, снова включил фонарь.
В эту минуту вверху послышался негромкий шум. Спустился Сраош. На нем уже не было ни колпака, ни рясы, а только длинная рубаха до колен. В руках он держал большое груботканое одеяло и корзину.
– Все. Я уходить, – сказал Сраош, поставил корзину и быстро взбежал по ступеням.
В корзине оказалась лепешка, какие-то вареные овощи и кувшин с водой.
Зар еще раз внимательно изучил помещение подвала. Обнаружил в потолке круглое отверстие вытяжки, а в одном из углов, под стеллажом, большую глиняную бадью, закупоренную деревянной пробкой.
– Я – попаданец, – пробормотал Зар.
Он присел на корточки – в такой позе
Ну что ж, коль все равно придется утра дожидаться, разумнее будет прилечь.
Зар разложил куртку на дощатом стеллаже, влез на него, укрылся одеялом и выключил фонарь. В темноте нащупал в корзине лепешку, отломал от нее кусок и стал жевать. Почти как лаваш, только грубее.
Пожевав немного, закрыл глаза.
– Я – попаданец, – шепотом повторил он.
Остатки опьянения, вызванного дурманящим молоком, до сих пор еще чувствовались в теле. Через несколько минут Зару почудилось, что он проваливается. Зар не стал сопротивляться ощущению. Наоборот, захотелось чуток забыться, чтобы с восходом солнца почувствовать себя бодрым и с ясной головой. Он сильнее натянул жесткое одеяло. На миг в воображении возникло лицо Елены – и тут же растаяло. Он задремал.
Неизвестно, сколько времени прошло в забытьи. Неожиданно громкий шум заставил проснуться.
Кто-то отбросил с грохотом щит, служивший дверью, и подвал наполнился предрассветными сумерками.
– Рафтан! – крикнули сверху высоким резким голосом.
Зар откинул одеяло.
Сраош? Да нет, вроде голос не его.
Зар спрыгнул со стеллажа, протер глаза. В дверном проеме темнел мужской силуэт.
– Рафтан! – требовательно повторил чужак.
– Чего надо? – отозвался Зар.
Чужак гневно закричал и топнул ногой. Рядом показался другой, провопил несколько слов и ударил по стенке чем-то металлическим.
– Да не орите вы, иду, – буркнул Зар.
Он взял фонарь и, прицепив его к поясу, стал подниматься.
На выходе его схватили и вытолкали во двор, где полукругом стояло шесть или семь смуглых бородатых мужчин, вооруженных короткими мечами и дротами длиною в человеческий рост. На головах у ратников были кожаные шлемы конической формы; шею каждого облегал медный ворот; на груди, предплечьях и бедрах поверх шерстяных одежд имелись желтоватые войлочные латы.
Более детально Зар не успел рассмотреть пришедших. Его сильно толкнули в спину. «Кажется, у меня неприятности», – только и успел подумать он. Стараясь не упасть, Зар пробежал несколько шагов и едва успел увернуться, чтобы не налететь на выставленный кулак одного из ратников. Зато другой ратник схватил его за телогрейку и попытался швырнуть на землю, но Зар механически провел прием, и ратник вместе с дротом грянулся на землю.
В следующее мгновенье по меньшей мере четверо держали Зара за руки и за волосы. Голова была запрокинута, и он мог видеть только небо, на котором все еще поблескивала утренняя звезда.
– Суки! – процедил он сквозь зубы.
В эту минуту послышался шум неподалеку; похоже, из дома выволокли сопротивляющегося Сраоша.
– Просить, чтобы тебя привести царевич Аурам! – выкрикнул Сраош. – Когда будешь тюрьма, просить…
Прозвучал звук удара. Сраош охнул и умолк. Зар хотел на него взглянуть, но волосы на голове затрещали; он заскрежетал зубами. Один из ратников что-то заорал в ухо. Тут же последовал удар по ребрам. Зар дернулся, пытаясь вырваться, но не смог. От ярости и бессилия он зарычал. Сзади
огрели по ногам, отпустили, и он рухнул на колени. Чья-то подошва толкнула между лопаток, и Зар оказался в грязи. Кто-то наступил на шею, другие набросились сверху, вывернули руки, стали вязать чем-то жестким. Потом его перевернули на спину, с трудом сняли ремень и с не меньшим трудом – ботинки. И снова поставили на ноги.Подошел один из ратников, по всем признакам, начальник. Посмотрел с брезгливым любопытством.
– У йавани! – сказал, ощерившись.
Сраоша уже нет во дворе, его куда-то увели. Калитка на улицу открыта, там стоят гнедые кони.
Что за вонь от этих ратников! Где тот старик, что притащил тебя в этот грязный мир? Почему не предупредил о бородатых козлах с копьями? Да нет же, братец, предупреждал он, черт тебя дери, еще как предупреждал! Но ты не хотел в это верить! Ты и сейчас готов поверить во все, что угодно, но только не в перемещение во времени. Так что же тогда происходит с тобой? Пусть кто-нибудь ответит, пускай подтвердит, что ты в самом деле провалился в прошлое, а не в собственное сдвинувшееся сознание. Тогда ты с чистой совестью станешь бороться за выживание, сопротивляться, кусаться, но только пусть тебе скажут, что ты не чокнулся, что все это наяву.
Начальник что-то прокричал. Ратники расступились. Один из них вышел вперед, перехватил дрот обеими руками, размахнулся и хлестко ударил Зара по голеням – чуть пониже коленных чашечек. Зар взвыл от боли, но устоял.
Ратник ухмыльнулся и повторил удар. На этот раз ноги подкосились, и Зар повалился наземь. Послышался чей-то одобрительный возглас. Зара подняли. Ратник с дротом повторил изуверскую процедуру. Боль обожгла ноги, земля тяжело стукнулась в грудь. Дыхание куда-то пропало. Пытаясь схватить воздух ртом, Зар завертел головой. Его вновь вернули в вертикальное положение, встряхнули, заставили стоять. Ратник обошел с другой стороны, прищурился, снова резко ударил. Боль, падение, рыжая грязь…
Нет, не может этого быть… Дурацкий сон!
События последних часов стремительно проносятся в памяти. Стражники, персы, комендантский час, царь, царевич и все прочее… Черт возьми! Нельзя воспринимать всерьез то, что болтали ночью эти ряженные, и то, что происходит сейчас. Проснуться бы… Но пробуждение не приходит, потому что это не сон, не идиотский розыгрыш, а самая настоящая жестокая и такая болючая реальность! Здесь – действительно твое далекое прошлое!
Лежа в грязи, Зар протяжно застонал; он понял, что теперь трудно будет остановить этот страшный стон, потому что разумом овладевает шок. Он сужает сознание.
Ад! Верно, так себя чувствуют грешники, внезапно очутившись в пекле: вот ты жил и вдруг умер, тебя похоронили, но ты продолжаешь себя ощущать. Это невозможно!.. Ведь прошлого нет, оно окончилось, в него невозможно вернуться – ни с помощью магии, ни с помощью науки.
Внезапно болью обожгло пятки. Зар перевернулся набок; не переставая стонать, согнул ноги, подтянул колени к подбородку.
Еще несколько ударов по бедрам и коленям. Зар взвыл от новой боли. Когда же проклятый палач остановится? О нет, наверняка, ты чокнешься раньше! Чокнешься оттого, что тебя колотит человек, умерший тридцать веков назад. Кажется, этот идиот в латах собирается превратить твои ноги в тряпки.
Нет… Удары мучительны, но на самом деле они в полсилы; похоже, ратник не ставит целью сломать тебе ноги, а лишь намеревается сделать их непригодными к побегу. Если тебя не убьют, то сделают рабом. Вот как.
Когда Зара поставили на ноги в третий раз, он не стал испытывать судьбу, и сам рухнул на землю, – так, словно не мог больше устоять. Кто-то выкрикнул невнятную тарабарщину, его подняли в очередной раз, придержали до тех пор, пока он не смог стоять, не падая. Начальник кивнул. Ратники выстроились: двое впереди, остальные сзади.