Акт войны
Шрифт:
Джемичи выглядел настолько взбешенным, что готов был грызть гвозди, когда они подошли к шкафчику с цепями. Борошев обрабатывал ссадины на запястьях от наручников и выглядел таким же шатким и ошеломленным, как всегда. «Ты тупой осел!» — заорал на него капитан по-русски. «Разве вы не слышали объявление о том, что приближается американская береговая охрана и готовится взять нас на абордаж? Ты мог бы…»
В мгновение ока левая рука Борошева взметнулась и влепила Джемичи пощечину, достаточно сильную, чтобы заставить капитана отшатнуться назад. «Не смей так со мной разговаривать, ты, старый ослиный ублюдок!» — прорычал он. «Ты можешь быть капитаном этой посудины, но ты
Капитан вытер кровь со своего рта. «Как ты думаешь, Борошев, хорошей идеей было покурить травку прямо перед входом в американские воды?» Русский не ответил. Вместо этого он постучал по стальной переборке в задней части шкафчика с цепями кодовым нажатием, и мгновение спустя стена начала двигаться.
«Чертовски вовремя!» — сказал солдат внутри по-русски, опуская дробовик. «Там ужасно холодно!»
«Заткнись и иди проверь насосы и самый верхний патрубок сброса давления на палубе — они открыли оба для проверки», - сказал Борошев. «Сканируйте на предмет подслушивающих устройств». Мужчина кивнул и поспешил прочь. Борошев отдал еще несколько приказов, и один за другим девятнадцать человек, спрятанных в ложной комнате внутри цепного шкафчика, вышли наружу.
«У них были детекторы радиации, у каждого из них», - сказал Джемичи. «Что, черт возьми, мы несем? Что в этих насосах?»
«Ваша задача — доставить нас и наше оборудование в Ричмонд, а не задавать вопросы», - сказал Борошев. «Мы все использовали высочайший уровень безопасности. Поверьте мне, чем меньше вы знаете, тем лучше».
Джемичи выглядел скептически. «Скажи мне, Борошев. Я не скажу ни одной живой душе. Наркотики? Оружие? Деньги? Если американцы вернутся, я должен…»
«Я сказал, никаких вопросов. Не беспокойтесь о проклятых американцах. Они ушли, не так ли?»
«Ты думаешь, они попытались бы арестовать нас всех, если бы что-то нашли? Они сойдут с корабля, поднимут по тревоге весь флот США и окружат нас».
Борошев колебался, с опаской облизывая губы, но в конце концов пожал плечами. «Ну, было бы дерьмово проделать весь этот путь и быть пойманным в пределах видимости нашей цели, — сказал он, — но так оно и есть. Но я говорю тебе, у нас все в порядке. Пока мы находим любые жучки, которые они, возможно, установили, и мы остаемся начеку для наблюдения с воздуха в любое время, когда мы находимся на палубе, все будет в порядке».
«Они нашли и твой личный шкафчик тоже. Они заставили помощника инженера открыть его».
«Они ничего не взяли, не так ли?» Борошев покачал головой. «Ты видишь? Если бы они обнаружили что-нибудь критическое, они бы захватили этот корабль, я уверен в этом. Ты слишком много беспокоишься, старая курица. Американцы не глупы: после взрыва в Хьюстоне они приведены в полную боевую готовность. Мы можем ожидать, что их охрана будет ужесточаться по мере приближения к порту, но если мы будем сохранять хладнокровие, все будет в порядке. Когда мы выберемся из этой бурной ситуации?»
«Мы будем в водах США примерно через два часа», - ответил Джемичи. «Мы возьмем на себя управление пилотом, входящим в бухту, вероятно, придется пройти еще одну проверку — мы должны быть в бухте Сан-Пабло через три-четыре часа. Они заставят нас бросить якорь в бухте на ночь, а затем нам должно быть разрешено причалить где-то на следующий день. Мы должны пройти таможню через пару часов после этого, а затем начать разгрузку груза».
«Хорошо», - сказал Борошев. «Мы проверим на наличие жучков, но я говорю вам, у нас все в порядке. Хорошая работа».
Джемичи волновался, но, в конце концов, ему было все равно. Его задачей было доставить посылку
на причал в Ричмонде, Калифорния; задачей Борошева было доставить ее по назначению, где бы оно ни находилось. Когда насосы и все, что в них находилось, попадало на платформы трейлеров, а мужчины ступали на причал, деньги поступали на банковский счет Gemici на Каймановых островах. Тогда Борошев был предоставлен самому себе.«Давайте выбираться отсюда, черт возьми, я замерзаю», - сказал Борошев, похлопывая Джемичи по плечу. «Еще несколько дней, и с вами будет покончено. Затем мы отправимся обратно в Александрию, или Дамаск, или в любое другое теплое место».
Джемичи кивнул и вышел из камеры хранения с цепями. Борошев был прямо за ним, но остановился и схватил за руку одного из своих людей, который ждал неподалеку. «Все эти радиационные экраны были на месте, не так ли?» он спросил по-русски.
«Да, сэр», - ответил солдат. «Мы тщательно проверили показания на предмет утечки. Они в безопасности».
Борошев кивнул, молча надеясь, что это правда. «Очень хорошо. Продолжайте».
Американцы все жестче и жестче пытались проникнуть за их границы, думал Борошев, поднимаясь наверх, чтобы присоединиться к капитану, но они предвидели это и были готовы. В тот день они прошли свое первое испытание — или так казалось. Им предстояло пройти еще несколько испытаний, но они были намного ближе к своей конечной цели.
Роберт Чемберлен вошел в дверь Овального кабинета с единственной папкой в руке. Президент сидел за своим столом, а его глава администрации Виктория Коллинз заглядывала ему через плечо. «Что случилось, Роберт?» спросил президент. Он увидел папку, которую Чемберлен держал в руке. «Прокомментируете речь?»
«Господин Президент, вы действительно хотите это сказать?» Чемберлен спросил недоверчиво. «Эта часть о том, чтобы просить людей продолжать жить своей жизнью?»
Виктория Коллинз удивленно моргнула. Коллинз был бывшей звездой легкой атлетики колледжа, генеральным директором Fortune 500 и сенатором штата Иллинойс на протяжении двух сроков. Будучи первой женщиной, когда-либо занимавшей пост главы администрации, она чувствовала себя очень комфортно в бурном мире политики и побывала во множестве стрессовых ситуаций за свою новаторскую карьеру; ее президентские устремления были хорошо известны всей стране. «Что именно вы рекомендуете нам сказать американскому народу, Роберт — бегите и прячьтесь в своих домах, потому что мы не можем справиться с ситуацией?»
«С точностью до наоборот — я думаю, мы должны сказать американскому народу, чтобы он предложил свои услуги и помощь в это кризисное время», - ответил Чемберлен. «Я думаю, мы должны сказать им, что они должны сделать шаг вперед и сделать все возможное, чтобы помочь своей стране и своим соседям преодолеть этот кризис».
«Что?» Коллинз плакал. «Что вы ожидаете, что они сделают — возьмут винтовку и пойдут охотиться на террористов на своих задних дворах?»
«Я бы хотел, чтобы все государственные служащие, вышедшие на пенсию, вернулись к своим старым местам работы и вызвались помогать добровольно», - предложил Чемберлен. «В ближайшие месяцы нам понадобятся тысячи новых проверок безопасности, досмотрщиков багажа, контролеров записей, инструкторов и бесчисленное множество других работ, а у нас просто нет рабочей силы или денег, чтобы нанять и обучить новый персонал. Бюджет уже взлетел до небес, а наши нынешние сотрудники и так перегружены работой. Нам нужна помощь, и лучшее решение — попросить добровольцев».