Современная проза

Первое утро Я проснулась в советской питерской коммуналке, четко осознала по серванту с хрусталем, ковру на стене и стертому паркету. Не помню, чтобы покупала билеты и договаривалась с друзьями, но оно и к лучшему. Наверное, просто сон, хотя сознание настоящее. Буду дебоширить! Всегда мечтала о…

– Даниил, куда же ты, подожди меня. Сеньор Даниил, ну как вы могли провалиться в дворовый бассейн? Как хорошо, что вас не сожрали местные аллигаторы, да пейте вы этот горячий коктейль и закутывайтесь потеплее. – Санчо, оставь, не причитай, я и так смешон. Слушай, тебе не кажется, что это все не случайно?…

Владимир Ильич знает английский. Занимается на курсах английского языка. Его голубая мечта выскочить корреспондентом в какую-нибудь зарубежную страну. Для почину побывал в командировке в США. Владимир Ильич всегда подчёркнуто важен, серьёзен. – Почему не может быть творческих исканий в ёлочных игрушках? –…

И все бы ничего и хорошо, да толстая, зеленая муха, приняв большую волосатую ноздрю за что-то вкусное и мертвое, ввалилась в нее нагло – и нарушила покой. Старик разинул рот и чихнул во всю его ширину, выкинув на асфальт последние пломбы. И оглядываясь, с грустью принимал окружающий реальный мир. …

Сволочь какая-то говном всю лазейку измазала. И вот не знаю уж как мысль-то такая нашла на меня, – видать, механически чисто, ни как иначе не могло, чтоб злостно так подумать пришлось мне. Друг возьми да подвернись мне под руку в минуту ту, а я, значит, возьми да об куртку его рукою своей и проведи,…

Ну а ты ответишь, Я тебя и не держу. Только всё враньё я вижу слёзы, Те что медленно стекают по щеке. И переступая за порог, Услышу, Крик вернись ко мне. Так и буду я стоять за дверью, думать. Сделать первый шаг, уйти во тьму. Притвориться будто не услышал, …

Неприкрытыми оказались только глаза, которыми порой было что-то трудно разглядеть: вьюга кружила, поднимая клубы снега вверх, как Леброн Джеймс тальк перед стартом каждого матча в NBA. На этом стерильно белом полотне Филипп умудрялся не пропускать черные точки, которые, приближаясь и увеличиваясь, принимали…

Все домочадцы были одеты в повседневную удобную одежду… а я то было подумал, что в домах богачей обслуживающий персонал носит костюмы и фартучки. –Что ж… Разрешите? – Я указал на бутылку водки на столе у дивана. –Наливайте, – отозвался сам Билл Флай, – И мне стаканчик, будьте так любезны. Я намочил…

Особенно здорово было засидеться внутри ракеты до ночи. Тогда небо над двором из голубого становилось сиреневым, потом фиолетовым, а потом и вовсе чёрным, и загорались далёкие белые звёзды, таинственные, пульсирующие в каком-то одном, им известном ритме. Задрав голову к звёздам, мы представляли, будто…

Женщина почувствовала, как смущается, опустила глаза, будто ей 16 лет, и буркнула: «Кто бы говорил – сам-то в своём фраке и с круглым животом был б'oльшим пингвином…» Звонок в дверь. – Ой, он уже пришёл? – Сомневаюсь. Будь на кухне, я открою, – деловито заявил мужчина. На пороге стояла молодая…

А у Сиреневой Маши, как назло, не отвечал телефон. Маша… легкое, ни к чему не обязывающее, бодрящее приятельство. Прозвана Сиреневой за предпочитаемые тона в одежде и созвучную этому оттенку особенность быть одновременно и прохладно-легкой, и теплой в общении. Она преподавала в той же музыкальной школе,…

Медичи. Мне приятно это слышать Андреа, но не спорь со мной. Я старше тебя, к тому же я в этом городе вроде как пока ещё главный… Верроккьо. Многие лета! Медичи. Не выйдет. Мне бы стать правителем пораньше, но… отец оказался слишком живуч… Так вот, Андреа, если кто-нибудь когда-нибудь вспомнит,…

Без лишних слов, я схватил яблоко, и сиганул на улицу. И всё же я был действительно виноват. Я забыл закрыть калитку, и любимица нашей семьи, смесь спаниеля, и дворняжки, сбежала. Далеко она уйти не могла, огромный живот с кучей щенят явно бы помешал. Поэтому я не торопясь шёл по тротуару, и грыз наполовину…

Эпизод разглядывания лиц все длился, как застольный период читки пьесы. Стояла полная тишина, при которой ангелы слышали скрип наших лицевых мускулов, подправленных его строгим взглядом. Он по-актерски отыгрывал наши лица, как вслух произнесенные фразы, морщась, усмехаясь, поднимая бровь. Я невольно…

Эх жена, жена! Ну на кой … спрашивается тебе понадобились ОВОЩИ перед праздником. Жили без них неделями и ничего, не голодали. А в это время дома Ирина ждала Колиного возвращения из погреба. – Вот сейчас должен вернуться, уже девять вечера, погреб закрылся. Но Коля не возвращался. Нетерпение хозяйки…

– А мне посылку прислали! И я больше не голодаю! Проникновенный голос то звенел переливчатыми нотами, то снижался до полушёпота, неуловимые вибрации скользили по воздуху, достигая ушей, затем ещё долго звучали певучими отголосками в комнате с высокими потолками. – Влад, а откуда ты приехал? Кто это…

Нельзя сказать, что Алексей был матерым наркоторговцем, он понимал, что торговля наркотой – это плохо и очень опасно. Но он, как и многие его коллеги, придумал себе оправдание, мол, нужно же как-то выживать. Он не мог себе позволить постоянно сидеть на шее у бабушки. Как ни пытался Алексей убедить стражей…

Она, в то же самое время, чувствовала себя крайне некомфортно. Это было отчетливо заметно по мимике и общей скованности фигуры. Правой рукой она нервно прижимала ворот пальто к подбородку, а левой вцепилась в поручень. Он припомнил, как уже наблюдал ее в метро. Толпа людей явно не приносила ей душевного…

– Он разорвал помолвку. На мгновение воцарилась тишина. – Он «что»?! Нет, Ирочка, как же так? Нет… Он не в своем уме! Определенно, не в своем уме! Что же это… – Она снова села, сестра поднесла ей стакан воды. – Ты так спокойна, Иринушка… Как же он посмел так тебя оскорбить? – Брось это, брось.…

– Ёлкины тоже придут? – спросила Валентина хозяйку. – А как же! Всё таки родственники. – Я бы таких родственичков на свой порог не пускала. Её Павел совсем спился. Опять кардобалет здесь устроит и Клавку отлупит. Вот дура, так дура с таким пропойцей живёт. – Куда ж деваться, – вздохнула Вера, смахнув…