Современная проза

Все продолжалось в том же духе еще неделю, но вот однажды утром мне позвонила моя тогдашняя любовь. Говорит: у нас заболел преподаватель, последней пары не будет, если хочешь, мы к тебе с подругой зайдем. Конечно, хочу! Да еще с подругой!.. А сам еще сплю по своему обыкновению… Договорились, что зайдут…

— Юрий Ильич, — сказал, непрестанно улыбаясь, тот, что пожимал руку, — ну, пришли мы послушать, что вы нам расскажете. Вопрос был удивительно прям и в то же время абсолютно бессмыслен. Поэтому мне и думать не пришлось, чтобы ответить. — А, собственно, о чем? Простите, имя-отчество ваше не расслышал……

— Я Пэт, а это — Пэм, — пояснила та, что была побойчее. — Мы всего несколько дней назад приехали в Калгурли. — И нам ужасно хотелось познакомиться с вами, — добавила другая. — Правда, Пэт? — Мы так много о вас слышали! — И мы очень хотим видеть Билла! — Нам непременно нужно видеть Билли! Девушки…

Я хотела бы взойти, как звезда, но я на западе. Ничего не поделаешь. Поэтому жду, что в ближайшие дни смогу пережить настоящий штурм или шторм, а взамен – всего лишь песчаная буря. И то, что пожирает транспорт, золотой транспорт, я не смогла бы, не смогла бы этого вместить: на танк 2 галлона в милю,…

Нечестно, что люди стареют. Я завидую тем, чьи родители умерли молодыми, их легче помнить, они не меняются. Я считала, что уж с моими-то ничего не сделается, что я могу уехать и вернуться когда угодно, а у них все останется как было. Они словно бы существовали в каком-то другом времени, за надежной прозрачной…

— Домой! Домой! Там отоспишься — у-у, пьянь! Она была в добротной кофте и в алой косынке. Пекалов сунулся было, но она зыркнула волчицей и замахнулась. Могла прибить: против нее Пекалов был хлипок. Прихватив Алешку, она толкала его, тыкала кулаком, дергала за уши. Она уводила его, крича: — И надо ж…

А нам? уточняет Курт. При чем здесь мы, отвечает Анна-Лиза. Мы ни в чем не нуждаемся. Одеты, обуты, накормлены, да к тому же у нас еще есть трак и разное другое по мелочи. Многим живется гораздо тяжелее нас, говорит она. Нам не стоит жаловаться. А по-моему, стоит, говорит Курт. Несильно, но пожаловаться…

Полегче на поворотах, пророкотал тип. Сам полегче, ответил Гуннар. Это ты мне говоришь? в третий раз спросил тип. Проваливай, осерчал Гуннар. Так я не понял: ты продаешь причал или нет? спросил тип. По-моему, я сказал ясно: причал не продается. Но если б даже он и продавался, то не тебе, потому…

Это очень трудно. Сердце открыто почти целый час. Кровь в него по окольным путям все-таки поступает и сильно мешает шить. Внутри можно повредить сосуды, клапаны. После того как все закончишь, сердечные сокращения очень слабые, часто возникают разные осложнения. Умирает около тридцати процентов. Вот…

III Но вот по ночам крестьяне из окрестных деревень стали замечать странные сполохи в стороне заброшенной часовни. Казалось, горит лес, только зарево было белым и мягко мерцало. Хозяин печи для обжига извести Фриджимелика отправился как-то вечером посмотреть, что там такое. Однако по пути у него сломался…

В назначенный день и в назначенное время и место я явился. Там, возле старого автобуса топтались или сидели на корточках и курили человек пятнадцать мрачных, закопченных и очень понятных мужиков. Между собой они почти не говорили, так бурчали чего-то. Мы доехали почти в полной тишине до городка с названием…

— Солист хренов! Убирай своего подарка, а то я вам такую мечту заделаю — ни одна химия не расхимичит! Славик, привстав, прижал палец к губам: — Тема — табу, — помолчав, повторил раздельно: — Та-бу. Он сидел на доске и, медленно двигая руками, вынимал из канавы ноги, как приделанные,…

Мысли о возрасте заставляют меня содрогнуться, но я быстро выбрасываю их из головы. Отвратительные сомнения. Я не позволю себя отвлечь. Эти пробы для «Коралгейблз» (или «КГ» — для посвященных) чрезвычайно важны для меня. Протягиваю ассистентке портфолио и резюме. — Следуйте за мной, — повелевает она,…

Но год прошел, опять на ноги встал, половину участка у профессора откупил, а когда забором отгораживался, еще надвинулся, метров десять прихватил. Хозяйка было туда-сюда, хотела судиться, но пришли к ней двое: «А домишко-то у вас, глядим, деревянный. Дерево, оно хорошо-о горит…». И она не стала мужа…

Странно все это. Тот же мост, по которому я шел три года назад. С другой женщиной. Стекло. Всегда стекло было между нами. Губами – с обеих сторон, мучительными ладонями по стеклу. В дожде, в морозных узорах, в слепящем солнце, сыпящемся осколками. В том ребенке меж нами. Я, она и стекло, и еще тот, третий,…

Но вернёмся к спальному вагону. Прежде чем занять место, я всегда выходил предварительно на перрон пригородного вокзала, чтоб выяснить у проводников, какой именно вагон данного рейса спальный. Кто бывал в Киеве, знает привокзальную площадь с большой круглой цветочной клумбой посередине, вокруг которой,…

В ту субботу мы так и не закончили шахматную партию. Свен подолгу раздумывал над каждым ходом. Я огляделся. Светлые самодельные полки для книг, громоздкий темный сервант, стулья под цвет серванта, расставленные вокруг обеденного стола, накрытого белой скатертью, вышитые края которой свисали до самого…

В длинном пенале на Шпайхергассе, в комнате, полной практических идей, сидит, обмякнув на стуле, молодой служащий патентного бюро, опустив голову на стол. За несколько месяцев, начиная с середины апреля, он перевидел множество снов о времени. Сны завладели его исследованием. Сны вымотали его, опустошили…

— Закажите-ка себе грогу, молодой человек, — обратился ко мне кантональный советник. Он пристально оглядел меня и подозвал кельнера. Я невольно повиновался, тем более что мне все равно следовало ожидать распоряжений от Штюсси-Лойпина, который отошел с моим заключением в сторону и теперь листал его за…

Федя снял варежку и потрогал тарелку. Тарелка была теплая. Феде показалось, что внутри что-то или кто-то стучит. — Теплая, Ионыч! — Ладно, пошли водки тяпнем, — решил Ионыч и закрыл окно. Федя, кутаясь в шубу, подошел к двери. Сунул ногу в застрявший в снегу сапог, вытащил. В небе…