Современная проза

Настырные иномарки мечутся по старинным узким улицам плотными табунами. Засияли купола Воскресенского храма у Белого озера. Юркие мальчишки, сбившись в группы и группочки, моют сверкающие, как новогодние игрушки авто, продают сигареты и газеты. Дети вбегают в рынок спокойно и легко, делают первые «лимоны».…

— зачем? — просто им стыдно и страшно, но не хватает духу в этом признаться. — а тебе страшно? — у меня хватает духу признаться в этом только тебе — я так адски напуган, мама, что каждую минуту боюсь умереть. — может, тебе нужна твоя бутылка, сынок? — нужна, мама, но давай потерпим до дома.…

— зачем? — просто им стыдно и страшно, но не хватает духу в этом признаться. — а тебе страшно? — у меня хватает духу признаться в этом только тебе — я так адски напуган, мама, что каждую минуту боюсь умереть. — может, тебе нужна твоя бутылка, сынок? — нужна,…

В ее родном городе это всегда самый прекрас­ный месяц, он хорош, оказывается, и в других городах, поэтому всегда стоишь перед дилем­мой: уезжать или нет в это чарующее время; или что-то пропустишь там, или что-то не уловишь здесь. Золотая паутина в звенящем прозрачном воздухе, спешность неяркого солнца,…

Нет его. Звоню опять Вовке, где, спрашиваю? Отвечает - не было, и не звонил даже. Вот тут я немного волноваться начала. Если второй чек накроется, на чо есть-пить будем. Хотя денег-то там на этом чеке, что котенок срыгнул, 832 доллара. После всех вычетов на макароны, картошку и яйца, даже на дешёвку,…

Но реже не хотелось, потому что когда много таких цепей, то вся елка становилась кружевной. И всегда все сходилось в самый раз. Последнее колечко укрепляли на ветке у самого пола. - Это как пельмени стряпаешь–стряпаешь, — говорила мама, — и боишься: вот мало будет, вот лишнее, а всегда выходит точно.…

Раз в год в округе начиналось шевеление. Якобы вот-вот... якобы уже составляют списки... якобы надо успеть... якобы Папа Юра, владелец распивочной квартиры в соседнем доме, уже получил однушку на Первой Фрунзенской, и Седой с Каблуком уже успели ее обмыть... а его соседка баба Тося – тоже однушку, но…

Альбину ее вопрос, кажется, рассердил. — Достаточно посмотреть на тебя, чтобы понять: не с курорта вернулась. — Но, видно, исправляя свою резкость, уже мягче спросила: — Русские, когда освободили, никакого документа не выдали? Они же обожают всякие справки. Пришлось объяснить, что освободили их внезапно,…

— Да я бы, Юлечка, может, и помыл бы… Если бы это хоть чем-то помогло общей обстановке… — И многозначительно указал рукой на заляпанное белым зеркало и неопрятные потеки на шероховатых бортах ванны. Просто раздраженная дочь в продуманно разодранных сетчатых колготках нарочито плотно закрыла…

Дядюшка Александр не сел рядом со мной — он устроился в другом углу, «потому что не получится никакого праздника, если нам придется разговаривать». И он был прав. Когда я оглядывался, я видел его. Казалось, он спит, но руки его крепко сжимали чемоданчик, который он захватил с собою. Мне хотелось спросить,…

Лили приехала сюда наверх 27 декабря, в снежную бурю, совсем одна в гондоле, раскачивавшейся над вершинами деревьев. Чувствовала она себя погано, что, впрочем, почти не отличалось от ее обычного состояния, так как мутило ее постоянно. Слишком много вечеринок, противозачаточных пилюль, неверных парней.…

Но прошло несколько месяцев, и театр для Ханны умер, поскольку, по ее собственным словам, у театра иссякли новаторские силы. Теперь она решила стать рекрутером, консультирующим людей при поступлении на работу. Актерские навыки, дескать, пригодятся, при этом совершенно не обязательно связывать себя с…

— Что же такого смешного вы сказали? — спросила я. От радости он даже захлопал в ладоши. — Что я говорил, что я говорил — ни чувства юмора, ни умения посмеяться над собой. Метнув исподлобья злобный взгляд, я заметила, что у него от смеха выступили слезы. — Вы ведь тоже смеетесь не над собой,…

— Не знаю. — Катенька уколола палец, дует на него и трясет маленькой ладошкой. Я ведь к ним не захожу. — Врешь! Ты мне врешь! — визгливо кричит Гурьянов, дергает замки на карманах резко вниз, застопорило, замки больше не закрываются. — Уж лучше бы ты переспала с ним! — Он бросается на вторую кровать,…

Какое длинное и неудобное слово! Знакомится с бойким негритосом из Вологодской области, и тот обещает, что когда его выпустят, как только выйдет на волю, дозвонится туда, в давнишнюю страну, затиснутую между Китаем и Польшей, где на крылечке открыт ноутбук, и на белом пустом листочке черными буквами:…

— Осталось приделать к нему лошадь. А к лошади — седока. — Затем, усмехнувшись, добавил: — Но начнём с подковы. Где тут у нас гвоздики? Кончилось всё, как и следовало тому быть, — первый же гвоздь, неумело вогнанный Юликом в колкую глину, разбил копыто на две неравные части. Трехслойная эмаль, так…

Пассажиры – а было нас пятнадцать человек – в основном женщины, дети и несколько мужчин, с удивлением наблюдали за журналистами. В их глазах можно было прочесть: «Что тут такого особенного? Да у нас таких девушек весь Памир!». Ну, во всяком случае, мне так показалось. Ниссо вся покраснела и, сконфузившись,…

ШУХЕР-КЕЛЛЕР Пробило 9 вечера. Ругнувшись и перекрестившись, я шлепнулся на заднее сиденье «мерседеса». Стряхнул налипшие снежинки со шляпы, с перчаток: «Ихь мехте… Русская изба ам Риндергассе…» Шофер кивнул, погнал машину сквозь снежную метель — на Риндергассе, где должен проходить Сильвестр-абенд.…

Осторожно, как полотно художника-абстракциониста, я укладывал все это в голове, между собственных мыслей — весь этот лагерь соборов и дворцов, и, фоном, резко очерченное лицо Стендаля, обреченного вечно сидеть на стуле с высокой прямой спинкой у Флориана, потягивая вино; или столь же четкое лицо Корво:…

Через неделю прыщей еще меньше, спрашивают сколько 6 на 6. Выдавливает один из остающихся угрей и говорит — 33. Все на седьмом небе. Не совсем, но гораздо лучше, чем в прошлый раз. Старуха Хачура заявляет, — я вам говорила прочистятся мозги-то, только кровь остудить. — Ялла [1] , Прыщ, мой руки,…