Современная проза

— Даже не думай об этом. Сьюзен не удивилась, когда он позвонил на следующий день, хотя она больше часа сидела около телефона, делая вид, что читает. В это утро Майкл за завтраком признался своей матери, что влюбился с первого взгляда. Мать заметила: — Но ведь ты же знаешь Сьюзен много…

Инженер Говорков . Он был экономистом, начал работать в финансово-плановом отделе, который возглавляла Рита Ивановна Семенова – умница из умниц, но большая любительница тряпья. Работала она, когда нужно, сутками, дела в отделе шли прекрасно, мы были ею довольны, однако все перекосилось, как только появился…

Августовский ливень. Я бреду, уже почти обессилев. Я прошла по жаре от центра города до четыреста одиннадцатой батареи. Опустила раскалённые ходьбой ступни в воду. Маленький пляж. Каменистый, неуютный. Приезжие его не знают. У жителей города – дела. Да и небо уже грозовое. Сегодня я говорила с папой.…

Джозеф поднял стекла в салоне: ему вовсе не улыбалось случайно порезаться об одно из этих «лезвий». Он миновал границу зарослей и выехал на небольшую поляну, на которой стояла обветшавшая служебная постройка. Джозеф заглушил мотор. Выбрался из машины и огляделся. Повсюду, куда ни посмотришь, взгляд…

Следующий день, видимо, приходился на субботу, потому что я все утро сидела в зале, любуясь на линолеум, вдыхая его запах, считая оранжевые шашечки. Предполагалось, что я вытираю пыль. По временам я поправляла штору – смотря по тому, как менялось положение солнца, – а то мог бы поблекнуть оранжевый цвет.…

Зато какая радость общаться с яркой личностью, с человеком, в котором есть дух красоты! Ты смотришь на мир одними глазами, а этот человек моментально перестроит твой взгляд, посмотрит на привычное под другим углом и все расцветит новыми красками, откроет то, чего ты не видел до сих пор. Это как прорыв…

— Кирилл! Кирилл! — заорала Снегурочка. «Чего это Кирилл, а не я?» — обиделся Лопух и принялся кусать. Яблока было твёрдое, холодное. Оно противно било по носу и выскальзывало изо рта. — Лопух! Лопух! Он приободрился и постарался ухватить с другой стороны. — Репин! Репин! Лопухов разозлился…

В день первой встречи с Моисеенко Романом Николаевичем получился мой трудовой успех. Я застал его в растерянном виде во время репетиции народной оперы Гулака-Артемовского «Запорожец за Дунаем», где Моисеенко не участвовал, но сидел в первом ряду и говорил за отсутствовавшую по болезни артистку. Я определил,…

Нынешний Евтушенко ничего не ел, а будто бы отлавливал добычу. За мной он, похоже, следовал из Дубового зала. – Значит так, – сказал Евтушенко, – завтра без пяти восемь ты должен быть на «Мосфильме». Кабинет мой и нашей группы в известном тебе Объединении на втором этаже. Ты знаешь,…

Черт, условный звонок! Но женщина? — он не ожидал. Впрочем, у посетительницы был вид особы, которая красит губы чаще, чем целует ребенка. Да и потом она произнесла. Он ответил. По инструкции проводил ее на кухню. — Марк Матвеев? — уточнила дама и крепко выложила на стол конверт. Сомнений быть не…

Война его не коснулась или коснулась мало — она не породила в нем травм, даже отдаленно похожих на ту, которая показана в этой его книге, не принесла ему непоправимых утрат. Он был подростком, когда она началась (писатель родился в 1925 году), и не достиг зрелости, когда она кончилась. В 50-х годах Уэйн…

В общем, я извлекла металлофон, и наиграла на нём услышанную мелодию. Получилось звонко и прекрасно. Но музыка — это ещё не всё. Требовались слова для песни. Слова я тоже придумала очень быстро. Зря, всё-таки, родня считала меня бесталанной. Песня выдумалась сама собой. Меня не любит дед, не любит…

Глава 3 Утро принесло новые заботы. Позавтракали и, словно по молчаливому уговору, двинулись в гостиную. Сели у камина. Несмотря на ранний час, огонь уже почти догорел, только красные тени на остывающих углях. Наконец Ольга оторвала взгляд от багровых сполохов: - Михаил Степанович, а что дальше?…

Итак, два ряда событий. Один — когда я жила в Англии, второй — в Африке. Я буду рассказывать две разных истории. В Африку я сбежала от воспоминаний о том, что случилось в Англии, но Африка, по своему обыкновению, впутала меня в еще большие передряги. Нет, так не начинают повествование. Еще вопрос:…

Молчание это длится долго. Вот старик не спеша, отведав чегень из пиалы, позевывая, набивает трубку, курит. Пьет чай. Ест из большой чаши молочную лапшу, по которой, видно, очень соскучился. Потом опять набивает табаком трубку, опять курит. И наконец произносит: — Ну, как поживаете, люди? Здоровы ли…

— А он не в секте какой-нибудь, этот питерский? — Какая там секта. Раздолбай — не хуже меня. А ты себя вспомни, как первое лето в одних трусах на охоту босиком ходил. Ветки, говорит, чтобы не шуршали! А Кастанегу кто читал, Миш? Я что ли? Вон она у меня на чердаке до сих пор лежит, хочешь…

Тревоги Флоренс были более серьезны, и по дороге из Оксфорда ей временами хотелось набраться мужества и высказать их. Но то, что ее тревожило, было непроизносимо, да и для себя это сформулировать она едва ли могла. Если он просто нервничал перед первой ночью, то она испытывала животный страх, беспомощное…

Ему осталось заложить всего один, последний заряд — прямо перед собой, там, где раньше стоял алтарь. Из церкви вынесли все — внутреннее убранство, иконы, утварь, соскребли даже позолоту со стен. Храм был пустым, как скорлупа, если не считать динамитных шашек, заложенных в фундамент и привязанных к колоннам.…

В памяти вдруг всплыла картинка: моя мама, стоящая в дверном проёме спальни, моей и Кэсс. В детстве мы спали на одинаковых кроватках в комнате с розовыми обоями. Мама всегда целовала нас на ночь, а после стояла в дверях, её тень вытягивалась на всю длину комнаты. Эта тень всегда была тем, что я старалась…

– И зимой? – И зимой. И зимой в городе полно туристов, иностранцев. И все они вертятся в центре... В кафе многолюдно и шумно. Музыка орет, что есть мочи. Таня оглянулась, пытаясь угадать, откуда несется этот шум. – Эй, Жор, заткни музыку! – крикнул Дим бармену. Стало тихо. – Ты здесь совсем…