Проза

И покрылся румянцемъ праведнаго гнва свтлый ликъ Богоматери, и воскликнула она голосомъ, полнымъ слезъ и изумленной скорби: — Да разв люди уже забыли, что міръ живъ только божественною справедливостью? разв царство Сына моего уже кончилось на земл? разв умерли завты, которые Онъ вамъ оставилъ? Старикъ…

— Однако, mon cher! — сказал Натаскин, завистливо поглядывая на руку Курилина. Ему самому, конечно, нельзя было похвастаться ничем подобным, так как он представлял из себя костяк, обтянутый кожей — разновидность рода человеческого, очень часто встречающихся между людьми, делающими себе карьеру в «канцеляриях»……

А шум на дворе всё усиливается. Женя не выдерживает и выглядывает в окно. Алёша с луком и колчаном за спиной бежит за своей сестрой Мунькой. Лицо у него раскрашено, на голове укреплены перья, ноги — босые. Он уже не Алёша, а Чингачгук, знаменитый друг Соколиного Глаза. Мунька, быстро перебирая крошечными…

Во имя чего велась эта борьба? Чем дальше, тем яснее Дмитрию Кантемиру становилось, что счастливое будущее Молдавии может быть обеспечено только ее союзом с Россией, Порукой тому была прямая и решительная политика Петра I в Причерноморье. В 1699 году Дмитрий Кантемир был обвенчан с Кассандрой Кантакузен,…

Медицинская карта. Свидетельство о рождении. Ага, так вот где оно лежало все это время, а сколько было возни, и сколько раз приходилось ездить в Сомерсет-хаус. [1] Заметим, что свидетельства о браке тут нет. После его пропажи тоже возникли кое-какие проблемы. Правда, теперь это уже неважно. Ее табель…

— Вы любите цветы? Три торжественных кивка стали наградой за его усилия. — Какие вам больше всего нравятся? — спросил он; на этот раз голос выдал его скрытые намерения. — Разноцветные, вот там. Три маленькие ручки указали на далекие заросли душистого горошка. Как и все дети, они замечали то,…

По убеждению других, Курбский — умный, честный и искренний человек, всегда стоявший на стороне добра и правды. Так как полемика Курбского и Грозного вместе с другими продуктами литературной деятельности Курбского исследованы еще крайне недостаточно, то и окончательное суждение о Курбском, более или менее…

Примерно с такой же проблемой мы и столкнулись в четыре часа ночи на восемнадцатом этаже нью-йоркского «Талламэди-билдинг», и это было только начало. На следующий день мы пустили в ход наших специалистов со Среднего Запада, разбирающихся в виски еще лучше нас, — дегустаторов, «нюхачей», специалистов…

— Скажите же, ради всего святого, — проговорил наконец Фабиан, — почему Крюгер должен был выйти в отставку? Что случилось? Марта пожала плечами и опустила глаза. — Говорят, потому, что он был социал-демократом. Фабиан сердито засмеялся. — Крюгер принадлежал к партии центра…

— Ты гляди, барышне уже дурно, а ведь даже не вышли из Бристольского залива! Вы погодите, сейчас доберемся до океана. Вот тогда будет по-настоящему дурно! Хонор тошнило всегда и везде. Выворачивало на плечо Грейс, на ее собственную постель, на пол их крошечной двухместной каюты, в эмалевый тазик для…

* * * Не верь тому, кто говорит, что пьянство – это враг; он или глупый инвалид, или больной дурак. * * * Весь путь наш – это времяпровождение, отмеченное пьянкой с двух сторон: от пьянки, обещающей рождение, до пьянки после кратких похорон. * * * Я многому научен стариками, которые…

«Портятся люди, — подумал Обаб. — Хорошо бы жениться. В семью бы хорошо…» Он сплюнул в платок и сказал: — Ерунда! Мысли! Незеласов теребил серую рыхлую бумагу телеграммы. Как везде, на телеграмме цифры. Как всегда, мутнеют зрачки Обаба: — Опять? — Что опять?.. В чем…

В любом случае я не собираюсь бросать якорь на этом отрезке жизни. И эта встреча с ним, окончательное осознание его чужеродности — первый шаг к новому, необходимому. * * * За то время, что ты жил для себя, а я жила тобою, все поменялось в том мире, где мы с тобой когда-то обитали. Я отдала…

Хозяин должен отличаться от горожан, и Реас, заметный в выходной шёлковой синей рубахе, с яркой алой лентой на голове, стягивающей по вискам волосы, вежливо отвечал на здравствия горожан и купцов. Пробежав глазами по янтарным рядам, в которых янтарь продавали в виде бус, ожерелий и просто на вес, посмотрел…

— Тотль, сказалъ мистеръ Габріэль Парсенсъ: — ты вдь знаешь меня: я человкъ откровенный, говорю что думаю, и что думаю, то и говорю, терпть не могу церемоній и ненавижу скрытность и всякое притворство. Нельзя назвать хорошимъ то домино, которое скрываетъ одну только наружность, а не производитъ…

Наконецъ мышь затихла, и я уже сталъ дремать, какъ вдругъ начали бить гд-то часы. Сосчитавъ удары, я примривался опять улечься ухомъ къ подушк, - но тогда начали бить какіе-то другіе часы; не усплъ я досчитать эти, какъ оба ангела на башенныхъ часахъ ратуши принялись наигрывать въ трубы удивительно красивую…

Не знаю, как получится у меня. Даже не могу определить жанр моей книги. Будет это повествование с моими рассуждениями о жизни замечательного, талантливого человека. Да не только полководца, но и человека — современника нашей сложной эпохи, в которой он вырос, она воспитала его, сотворила таким, каким…

Уж младший — Братислав — век бойником останется, до смертного одра. Очи — омуты недобрые, заглянёшь в них — затягивают. Питает его реку подземный ключ, из тех, что не дадут иссохнуть Хвалынскому [3] морю в горячих степях. Была и степнячья кровь в роду их, только спрятала русло, проступила лишь в третьем…

— Нет. Я тебе так скажу, — мужчина с метлой в руках, расположившийся на скамейке неподалеку от пропускного пункта, разговаривал с видимым только ему собеседником, — при осмысливании всякого смысла у мыслящего мыслями мыслителя рождаются мысли, осмысливающие смысл смысла, — он запнулся, провожая раздосадованным…

Она снова вздыхала, думала, что сегодня надо будет рассказать, как умирал Егор, о том, что говорил напоследок. А не только рассказывать — про себя вспоминать было тяжело. По-бабьи жалела всех Агариных, живых и умерших. Не спала, слушала, как ровно и спокойно дышит Андрей. Светало. Голубоватые потемки…