Проза

Сегодняшний день был особенно изнурительным. Выйдя из лаборатории и миновав двор, мы присели с Костей на ступеньках парадного крыльца — передохнуть, окончательно распорядиться вечером и заодно посмотреть, как движется масса народа. Это расслабляло, и мы иногда делали так. Мы сидели на прохладных ступеньках…

Как уже догадался вдумчивый читатель в комнате с высокими, арочными окнами начинался допрос. Часть первая. Побег. 1. Каждое утро я просыпаюсь под пение райских птиц. Их сладкие голоса наполняют собой дивные сады с причудливыми цветами. Солнце бьется сквозь ветви и листья,…

Виталий из вежливости кивнул, мол, ему интересно. На самом деле его совершенно не интересовали опоздавшие поезда и проблемы попутчицы. Она продолжала лопотать всякую ерунду типа испортившейся погоды. «Вы посмотрите, как льет! И конца не видно. А все лето такое… Зато грибы пойдут…» — Уже пошли. Побежали, —…

Ко всему прочему по площади разгуливали куры, штук пятнадцать, не меньше, а куры — это не очень приятно. Они все время норовят надуть. Сплошной обман зрения. То вроде бегают, бегают и вдруг замрут, постоят, а потом начинают пылиться, копаться, клевать, поклюют-поклюют и снова застынут настороженно-угрожающе,…

Связь поэзии Достоевского с представлением о пророке интересует меня вот с какой стороны. Как известно, древность дала нам два прототипа поэтов, если не две героизированных теории творчества. Первая- эллинская, с преобладанием активного момента. Это был похититель огня, платоновский посредник между…

*** Когда я приехал в управление, шериф собственной персоной поздоровался со мной. Он сказал, что Харли не разрешается видеться с кем бы то ни было, но я заявил, что я его адвокат, и он разрешил мне переговорить с ним, но недолго. Он провел меня в заднюю часть здания, отпер зарешеченную дверь, ведущую…

— Зачем? — За цветом. — За каким? — За незабудкой. Вышла Незабудка, заискрились синие глазки. Принял Ангел синюю крошку, прижал к теплому белому крылышку и полетел. — Стук-стук-стук… — Кто там? — Бес. — Зачем? — За цветом? — За каким?…

Подборку завершает антибуддийская новелла «Узы двух жизней» — одна из двух сатир, также образующих самостоятельный цикл внутри «Сказок весеннего дождя». При отборе новелл для данной публикации переводчик руководствовался помимо соображений объёма занимательностью сюжета, а также литературными достоинствами…

   Умывшись и приняв контрастный душ, Юлька пришла в себя окончательно. Ну что, собственно, произошло?! Отдыхали себе мирно, никого не трогали, а тут этот дед со своими разговорами. Пьянь подзаборная, табачищем воняет. Поговорить ему, видите ли, захотелось. Рассказать о своей прошлой расчудесной жизни…

Он подумал: «Без человеческого разума, без разумного расчета и подготовки разве могла бы на свете существовать радость?.. А искусство?» Хотя на дворе стоял май, на нем было темное пальто, слишком для него длинное и слишком теплое; шляпа из твердого серого фетра с широкими по моде полями как бы обрамляла…

— Это что еще за шутки?! Вам одного диплома мало? Недоразумение выясняется, в аудитории смех: — Господи помилуй, неужели вы не могли взять разные темы? Тото смущается, краснеет. — Видите ли, мы чуть не подрались. Как быть, если у нас одинаковые вкусы? Да, у них одинаковые вкусы, одинаковые…

Рядом с ней упала щепка. Собака ее понюхала. Ей было скучно. Она повернулась и скрылась за деревьями. Вскоре ее взволнованный лай взбудоражил всю свору. Собаки вскочили, вытянули шеи, настороженно поворачивая морды из стороны в сторону. Буфа мелькнула вдалеке, стремительно мчась по следу. Собаки…

В этом смысле автор остался верен выбранным прежде теме и приему. «Свинобург» по фактуре и фрагментарно-мозаичной организации текста стоит очень близко к «Синдрому Фрица». И герой там — приглядитесь-ка — один и тот же. Да и события то и дело перекликаются. Более того, порой ловишь себя на том, что это…

Книги Юлии – как глоток свежего воздуха. Я их читала с упоением! С карандашам и блокнотом. Записывала фразы, которые помогали мне в повседневной жизни. Я была поражена, насколько легко и доступно Юлия писала о жизни, мудрости, любви. Во многих моментах узнаешь саму себя. В остальных – как будто мысленно…

— О дорога! — прошептал старик. — О великая дорога! Почему пахарь, мотыжа землю, находит серебро и бронзу, а я, который прошел тебя от начала до конца, от зари до заката, не нашел даже черствой лепешки? Я вышел в путь сильным и крепконогим, громко смеющимся над стариками, а теперь я сам стар и похож…

- Ну всё, я пошел. - С богом, дорогой. Метро было рядом - буквально полсотни метров от дома. Конечно, очень удобно, хотя в последнее время Роман Валерьевич жалел, что нет возможности пройтись по какой-нибудь аллее, подумать, вдохнуть воздуха. А тут - выскочил из подъезда, нырнул под землю, впихнулся…

— Я спрашиваю, почему свет горел? — Одному солдату плохо было, товарищ лейтенант, живот заболел. Дали ему лекарство. — А это что? — Где? — На полу. На полу, там, где синяя тусклая лампочка, кровь. Немного, несколько бурых пятнышек. Там сержант, с масляными пружинками волос и ярко-черными надрезами…

Она встала, прошла по комнате, глазами мазнув по покойнику и не испугавшись его. Она вдруг поняла, что надо привыкнуть к новому повороту жизни как можно быстрее, будто этого и ждала. «В сущности, может и правда ждала все эти восемь лет… – подумала она. – Должно же это было чем-то кончиться…» Она подумала,…

* * * Жизнь висбаденской эмиграции тусклая, некультурная. Немецкому языку беженец не учится, потому что, во-первых, он парижанин, во-вторых, завтра Россия смиренно попросит его вернуться и принесет ему на бархатной подушке ключи от всех своих городов. Стоит ли тут учить «битте зер» и «данке шен» и…

Сейчас, представляясь внучкой Маманы, я не сомневалась, что звуком ее имени пускаю в ход изъявления самых добрых чувств. Но не тут-то было: старушки и глазом не моргнули, глядя на меня как на пустое место. Не зная, что и думать, я растерянно спустилась с крыльца, откуда заглядывала в дом сквозь пыльные…