Фэнтези

– Здравствуй, милый, – проворковала я, уныло глядя на заляпанные грязью ботинки и джинсы. Ох, даже страшно представить, какой разбор полетов по этому поводу устроит мне Влад, когда увидит! – Ты опаздываешь, – сказал он без приветствия. – Прости, дорогой, но, видишь ли… – обреченно залепетала я,…

Излучина, другая – и впереди, за обледенелым мыском, внезапно открылась стоянка с кострами, шалашами и даже невысокой стеной, сложенной из скатанного снега. Степняки тоже нередко ставили такие возле юрт, защищая зимние кочевья от пронизывающих ветров. Чужаков на берегу заметили сразу. Послышались тревожные…

– Что за бардак у вас с охраной? На девушке должны быть метки… Первый шок от известия уже прошел, и в глазах даймё снова загорелось колючее синее пламя. Госпожа Хасу выложила на низенький столик серебряную сережку в форме цветка лотоса. – Вот, – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. –…

Он всё-таки выпил, жадно, резко выдохнув и выплеснув отдающую сивухой жидкость едва ли не в пищевод. Посидел, зажмурившись и ощущая, как от жжения в горле и чувства безнадёжности на глаза наворачиваются слёзы. Провёл ладонями по векам, стирая солоноватые капли, и медленно вдохнул. В желудке разливалось…

- Я брала уроки, много рисовала, читала... - Хочу посмотреть на ваши картины. Элизабет рассмеялась: - Они ужасны. Тем более, я больше не рисую. Карандаши и краски меня не слушаются. -Но вы должны. Неужели никогда не хотелось снова рисовать? Тогда она просто пожала плечами. Но сколько же радости…

Поздними вечерами гуляет только молодежь. Но и их с улицы прогнал дождь. Видимо, оттягиваются в местном кабаке, или разбрелись друг к другу в гости. Улицы города пусты. И мне это не нравится. Тишина, вопреки убеждениям многих, не способствует спокойствию. Напротив, в ней я всегда улавливаю непонятную…

- Может, всё же скажешь, зачем это всё нужно и кто ты такой? И почему пришёл именно ко мне? - с толикой надежды в голосе спросил старый маг ТОГО, кто стоял в десяти шагах от него. Фигура едва лишь колыхнулась, и вновь раздался его жуткий голос, сравнимый разве что с ревом старого, повидавшего виды…

Несколько бесконечно долгих мгновений в оскорбленной душе многонога-распорядителя боролись два разнонаправленных чувства: чувство мести и чувство долга. Наконец, поняв, что убийство разошедшихся троглодитов отвлечет его от создания фаршированной папулыги, а, значит, Такангор останется не только без трогательного…

- Хорошо, то есть нет, конечно, ничего хорошего, но кто он? Может быть, все еще не так безнадежно, если это кто-то из наших, или может быть, все совсем даже неплохо, если это кто-то из семейства Брызгунчиков или Каплевыводящих. - О да, все совсем неплохо, я бы даже сказала, что ситуация крайне далека…

Почему он раньше об этом даже не думал? Сейчас, задним числом причиной казались слова директора о Волдеморте: «Он оставил Квиррелла умирать…». Как говорится, первая трещина камень колет, и, однажды усомнившись в своем бывшем кумире, Гарри со все большим ужасом заново переосмысливал свою жизнь. История…

В вечерний час площадь была пустынна. Во всей красе были видны толстобокая Круглая Башня, и готическая Меховая со стилизованным под нее зданием городского рынка напротив. Площадь, как и улицы старого города, были вымощены не аккуратненькой плиткой «под Европу», а крупными неровными булыжниками, обрекавшими…

Вокруг возвышались испещрённые иероглифами стены. Пахло сыростью и немного костром. Помещение в форме вытянутого прямоугольника казалось довольно просторным, но это не добавляло ему уюта. Скудное освещение не могло выхватить зыбкую мглу из углов. В противоположном конце зала виднелась огромная чёрная…

Нафталин вздохнул и рассеянно скинул несколько клочков дымящегося тролльского мяса с крышки лабораторной аптечки, прикрепленной к стене рядом с дырой. «Н-да, с троллями теперь придется распрощаться», — подумал директор. Все верно, они были дешевы, многочисленны и энергичны, однако в тролльское представление…

– Кто это жалует к нам в такую рань, Пилос? – спросил Крессен. – Это мы с Пестряком, мейстер. – Невинные голубые глаза смотрели на него с некрасивого, увы, лица. Дитя унаследовало квадратную отцовскую челюсть и злосчастные материнские уши, а тут еще последствия серой хвори, едва не уморившей ее в колыбели.…

Да, стоял типичный скверный зимний день в Монтане – но для меня самое то. Морозный воздух бодрил и прогонял остатки виртуальной любовной сцены, заодно позволяя мне оставаться внутри собственной головы. Лучше сосредоточиться на промозглости и холоде, чем вспоминать, как руки Кристиана ласкали меня. …

Зря, очень зря он надеялся, что все обойдется. Мы же, ведьмы, ни на что не способны, кроме как травы собирать, да зелья варить. Потянув за золотистые нити, протянувшиеся от меня к ожившему трупу, заставила зомби встретиться со мной взглядом. — Ы-ы-ы-ы, — двинулся ко мне трупак, и от него с громким…

Девочку, на которую задолго до рождения были возложены огромные надежды, решено было назвать Дайирией. *** Дайирия Закатное солнце гладит лучами волны кажущегося безбрежным океана Лазурной Зари, нежным мерцающим блеском отражаясь от мельчайших частиц голубоватого песка его берегов. Небольшая…

- Здравствуйте! Можно задать вам пару вопросов от листка "Вестник Гурании"? - раздался сбоку тонкий голосок. Девушка, ну, уже женщина под тридцать, с голубыми глазами и черными, как смоль волосами стоит и вопросительно смотрит. Платьице не слишком богато, перстней и колец нет, в ушах поблескивают сережки…

Самым противным в сложившейся ситуации было то, что комплектов одежды у меня был всего один - тот что на мне. Ну не озаботился я как-то сменкой. Вообще до этого дня даже не задумывался нисколько о ее необходимости. Поэтому мне либо предстояло сушить все на себе, либо щеголять в труселях пока все не высохнет.…

– Отойди от добычи, и мы позволим тебе умереть своей смертью! – рявкнул главарь. – Уж прости. Эта девочка – под моей охраной. И я скорее здесь сдохну, чем отдам её вам. Весь отряд Дикарей зашёлся хохотом. – Эй, ребята, да у нас здесь герой! Похоже, нам удастся сегодня повеселиться! – Да ну… –…