Я вернусь
Шрифт:
— Подожди меня, Гектор!
Она сделала шаг, ногу повело в сторону. Потеряв равновесие, Шифра упала, маша руками. Лицо тут же обдало брызгами, в рот попала какая-то горькая гадость, руки угодили во что-то липкое и теплое. Шифру стошнило, пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы подняться и не заорать.
Злясь и на собственную нерасторопность, и на бывшего вожака, она, сплевывая грязь и вытирая перепачканные чужой кровью руки об одежду, пошла в сторону Гектора.
Увидев лужу, поблескивающую чистой водой, она упала на колени и принялась смывать засохшую мерзость с лица. На некоторое время Шифра забыла обо всем на
Когда рябь в большой луже исчезла, она взглянула в гладкую поверхность воды.
И вскрикнула от ужаса.
«Это не я! Не я!»
Из отражения на неё пялилась старуха. Нет, даже еще хуже. Чудовище, мало напоминавшее человека: белые, как снег, глаза с маленькими точками зрачков, ввалившиеся щеки, бледная морщинистая кожа. Однако больше всего в ужас приводили черные разводы на губах и лбу.
Шифра зачерпнула из лужи и принялась тереть лицо, но паутина не исчезала.
«Что со мной?»
Она коснулась редких волос, не в силах понять, куда же пропала её роскошная шевелюра. «Это все Пилос и Хуфра! Они мне что-то подсыпали в еду. Треклятые завистники! Но ничего, ничего… Я до них доберусь. Вот вернемся…»
На плечо опустилась тяжелая ладонь. Шифра вздрогнула и обернулась. Хмурясь, Гектор махнул рукой в сторону трупов.
— Я никуда не пойду, — дрожащим голосом сказала она.
Нестерпимо хотелось сдохнуть. Навсегда.
Бывший вожак стиснул её плечо.
— Отстань от меня!
Она резко вскочила, вызывающе уставилась на Гектора и бросила:
— Посмотри на мое лицо! Вот что с нами со всеми происходит! Я выгляжу ничуть не лучше червивых! Этого хотел твой бог, а? Этого? Волосы… мои волосы… Что с ними случилось? Ты видишь? Я практически лысая…
Словно валун упал ей на плечи. Шифра сгорбилась и уставилась себе под ноги. Слез не было. Лишь ненависть к тому, кто сотворил подобное с группой. Они, бессмертные, не требовали ведь многого. Тепло, еда и вода. Шифра вспомнила, как в первые пятьдесят хакима втайне от всех мечтала о ребенке. Мечтала о крошечном, беззащитном комочке, который бы нуждался в её защите и заботе.
Гектор взял её за локоть и потащил к тому месту, где горой возвышались трупы. Она не сопротивлялась. После увиденного отражения её покинула решимость. Какой смысл отсрочивать неизбежное? Сумасшествие сожрет всех. Даже самых стойких.
Обойдя колонну, Шифра увидела большой каменный трон, на котором восседал червивый. Эта тварь была мертва: изо лба торчала длинная рукоять ножа, испачканная то ли серым песком, то ли пеплом.
— Я устала.
Отпустив её, Гектор решительно направился к трону. Приглядевшись получше, Шифра поняла, что это никакой не трон, а лишь нагромождение камней.
Поежившись, посмотрела на чудовище. Оно выделялось среди собратьев огромным гнойным пузырем на животе.
— Осторожнее! Я никогда таких уродцев не видела.
Проигнорировав её, Гектор встал напротив трона.
Казалось, червивый о чем-то задумался: голову подпирал кулак, стеклянные глаза устремлялись на тела соплеменников, ноги-спицы были широко расставлены. Ни дать ни взять правитель.
Тяжело вздохнув, Гектор вонзил пальцы в пузырь и резко дернул на себя. Чавкнуло. Скопившийся гной
брызнул на ноги чудовища. Все лишнее исчезло перед глазами Шифры, растворившись в неясном сумраке пещеры, — остался лишь раздутый кожистый шар, в котором была заключена чужая, непонятная жизнь.Дальнейшее казалось странным сном: Гектор по локоть засунул руку в пузырь и вытащил еще извивающегося паразита. Шифра вскрикнула от неожиданности, и звук собственного голоса показался ей неестественным.
— Что ты делаешь? Брось его!
Нахмурившись, Гектор обхватил руками треугольное тельце существа и позволил длинному и тонкому щупальцу впиться в грудь.
«Он же сошел с ума!»
Но Шифра не могла сдвинуться с места, наблюдая за тем, как паразит извивался, лихорадочно перебирая миниатюрными лапками-крючьями. В свете жар-камней он отливал густым серебром. Чудовище, выбравшееся из чрева хозяина, отличалось от виденных ранее большими размерами.
Повинуясь порыву, Шифра подбежала к Гектору, попыталась оторвать щупальце от груди, но бывший вожак влепил ей пощечину. Ноги подогнулись, и она упала. Правую сторону лица обожгло от боли.
— Что ты делаешь, идиот?
Она сквозь поволоку слез видела, с какой нежностью Гектор позволил паразиту впиться в плоть, как закатились от блаженства его глаза, как вырвался сдавленный стон. В одно мгновение лапки-крючья облепили грудь, из многочисленных ранок выступила кровь.
У Шифры из глотки вырвался всхлип, но бывший вожак не повел и пальцем и продолжал прижимать к себе чудовище. От него несло едкой вонью.
«Уходи, уходи Домой, идиотка, — шептал внутренний голос. — Теперь только ты сохранила разум».
А какой в этом смысл? Зачем бросать последнего человека, которого… она любила и уважала.
Её вырвало — больно, чистой желчью. Скорчившись на холодных камнях, она зашлась судорогами. Мир в одно мгновение стал серым и размытым. Над ней что-то хрустнуло, стоны продолжились. Она же не могла поверить в безумие Гектора. Кажется, что-то говорила, просила, умоляла, но её никто не слушал. И вскоре поняла, что лучше всего молчать и ждать.
Из открытых ран пещеры лился холодный свет жар-камней, преображая предметы, трупы и песок в нечто важное. Шифра не могла объяснить, полностью растворившись в собственных чувствах.
Только сейчас заметила пляшущие в воздухе пылинки.
…Затем чья-то рука почти с нежностью погладила по щеке. Она вздрогнула, подняла голову. Широко улыбаясь, Гектор опустился на колено перед ней. Ровные белые зубы ярко поблескивали, в странных слюдяных глазах отражалось серебряное пламя. Шифра на миг увидела своего прежнего друга. Человека, который всегда её понимал и защищал.
Но затем взгляд скользнул на его грудь, и страх кольнул сердце.
— Ты хочешь оставить его? — спросила она.
Осмысленный кивок.
— Но зачем?
Гектор пожал плечами.
— Ты специально привел меня сюда?
Он нахмурился, взгляд остекленел. Затем вновь пожал плечами.
— Ладно, — решила Шифра. — Пусть будет так. Лишь бы ты чувствовал себя хорошо. Теперь мы можем пойти домой?
Кивок.
Паразит на его груди вздрогнул, из многочисленных отверстий на треугольном тельце выступили белесые капли, похожие на пот.