Шрифт:
СООБЩЕНИЯ ГАЗЕТ
Сегодня в 5:55 утра по местному времени четверо неизвестных лиц, вооруженных автоматами и ручными гранатами, захватили самолет «Боинг-747» американской авиакомпании «Пан-Америка», выполнявший рейс Бомбей — Карачи — Франкфурт — Нью-Йорк с 359 пассажирами на борту. Террористы в форме сотрудников службы безопасности подъехали к самолету на похищенной ими автомашине с номерными знаками администрации аэропорта.
Париж. Несколькими выстрелами в упор здесь был убит президент — генеральный директор машиностроительной фирмы «Рено» Жорж Бесс. Группа неизвестных поджидала Ж.Бесса около его дома, когда он возвращался с работы. Убийцы скрылись.
С
Израильская артиллерия вновь подвергла обстрелу южноливанские селения, расположенные вдоль северной границы так называемой «зоны безопасности», незаконно созданной захватчиками на ливанской территории. Под огнем агрессора оказались населенные пункты Хумин, Султания, Джарджуа, а также ряд деревень в южной части долины Бекаа.
1. ЧЕТЫРЕ МИНУТЫ
На ступеньках при выходе я споткнулся и кубарем покатился вниз. Но не упал: Ивин, как на тренировке, точным движением направил меня — я мешком плюхнулся на сиденье, толкнув головой шофера. Тот крякнул, сухо щелкнула дверца, машина описала по двору визжащий полукруг, отъехали сплошные железные ворота, в рыхлом свете зарешеченной лампочки мелькнула напряженная фигура часового, который медленно, будто во сне, опускал полусогнутую руку, и мы вырвались на улицу — во мрак и зябкую осеннюю морось.
Я возился, пытаясь повернуться и при этом не задеть руль.
— Ты что — спал? — спросил Ивин, наблюдая.
— Немного.
— Оно и видно.
— Ступеньки тут у вас…
Я уселся.
— Канада, — доложил Ивин. — Северо-Западные территории. Двести километров к востоку от Шинакана. Климон-Бей. Химическое производство средней мощности. Спецификация неизвестна. Завод не зарегистрирован в «Индексе».
Я присвистнул.
— Военный объект?
— Наверное.
— Боевые ОВ?
— Судя по всему.
— Дальше!
— Неуправляемый синтез в реакторе, резкое повышение температуры, неисправность систем охлаждения. Опасность взрыва и выброса отравляющих веществ. Рядом — городок на тысячу двести жителей. Представляю, какая там сейчас паника. Охранная автоматика не сработала.
— Конечно. Иначе бы Нострадамус не возник. Прибавь, Володя, — попросил я, хотя полуночные тихие дома и так размазывались от скорости.
— Не надо, — сказал Ивин. — Успеем.
— Тогда дай закурить.
— Ты же бросил.
— Ладно. Бросил так бросил. Откуда он звонил?
— Телефон-автомат на углу Зеленной и Маканина. Это напротив «Яхонта».
— Однако, — сказал я.
— Самый центр.
— Да.
Машина неслась по пустынной набережной. Сиреневые фонари лягушками распластались в лужах. Блестела в реке чернильная вода. На другой стороне, высоко, под самыми тучами, ныряли красные огни телебашни.
— Там, на Маканина, проходной двор, — глядя в проваливающийся под колеса черный асфальт, сказал шофер. — Длинный такой сквозняк с выходом и на Зеленную, и на Разовскую, и в Бойцов переулок. Я помню, когда гнали пацанов, которые залезли в «Радиоаппаратуру», ну, в прошлом году…
Я откинулся на сиденье и прикрыл нетерпеливые глаза. Наконец-то. Я уже боялся, что Нострадамус не объявится никогда больше. В последний раз он звонил дней десять назад — Регистр СССР — советский сухогруз «Нараян» во время шторма получил сильную течь и тонул в Атлантике. Между прочим, в том же квадрате находилось английское торговое судно. Миль тринадцать к югу. Капитан
утверждал, что сигналов «SOS» они не принимали, рация была неисправной. Обычная история. Погибло пять человек. Западные агентства молчали. Пять человек — это не цифра. Вот если бы пятьсот человек. Или пять тысяч… Был процесс в Гааге. Капитана, кажется, оправдали. В таких случаях ничего доказать нельзя. Эсминец «Адмирал Крючков» спас команду, сетками выхватывая полуобморочных людей из кипящей воды.Сто шестьдесят семь членов экипажа.
Четырнадцать женщин…
Ивин слушал сводку.
— Опоздание две минуты, — сказал он.
— Ого!
Я открыл глаза.
Две минуты — это было много.
— Канада, — глубокомысленно объяснил Ивин. — Пока прозвонили компьютерами Американский континент, пока вышли на Европу через спутники связи, пока ответила Евразийская телефонная сеть…
Я взял трубку и нажал несколько клавиш.
— Это Чернецов. Закройте район, примыкающий к сектору. По плану «Равелин». Да — тоже… Стяните туда ближайшие ПМГ. Пусть ищут Нострадамуса. Пусть качественно ищут. Сколько их?.. Отзовите из соседних районов — под мою ответственность.
— Уже, — недовольно сказал дежурный.
Я порядком осточертел им своим Нострадамусом.
Зеленые стрелки часов показывали половину четвертого.
— Да ты не волнуйся, — сказал Ивин, демонстративно закуривая. — Мы его найдем. Не призрак же он в самом деле.
Я не волновался. Призраки не пользуются телефоном. У них другие методы. Я мысленно видел карту города и на ней — сектор, обведенный жирным красным карандашом. Сектор Нострадамуса. Район, откуда он звонит. Совсем небольшой район. Нострадамус почему-то никогда не выходил за его пределы. Будто привязанный. Я видел, как сейчас, поспешно изменив направление, синие вспышки ночных патрулей стекаются к этой красной черте и идут внутрь, неожиданно пронизывая фарами туманные дождевые недра. Я не волновался. Операцию репетировали много раз, в ней не было ничего сложного. Чтобы плотно замкнуть кольцо, требовалось четыре минуты. Всего четыре. Нострадамусу будет некуда деться — ночь, пустые улицы. Разве что он живет в этом районе. Хотя маловероятно. Глупо звонить оттуда, где живешь. Он ведь не может не понимать, что мы его усиленно разыскиваем. Я не волновался изо всех сил, но попробуйте не волноваться, если уже две недели подряд, как проклятый, ночуешь у себя в кабинете, рассчитывая неизвестно на что. Хорошо еще Ивин подменял меня время от времени. Не слишком часто. И Валахов тоже подменял. Правда, Валахов не верил в Нострадамуса.
Приглушенно заверещал телефон.
— Слушаю, — сказал я.
Докладывал дежурный по городу. В секторе прочесывания были обнаружены двое: работник хлебозавода Васильев, возвращающийся со смены, и гражданин города Орла некто Шатько, который торопился на вокзал с огромным чемоданом. Это было явно не то. Васильев только что вышел из ведомственного автобуса, водитель подтвердил, что везет его непосредственно от ворот предприятия, а что касается Шатько, то — пожалуйста, у нас никому не запрещается, экономя на такси, тащить чемодан самому, пешком, через весь город, даже в такую погоду.
У меня упало сердце. Я, конечно, не думал, что первым же задержанным окажется именно Нострадамус, но всегда есть слабая надежда — а вдруг?
Четыре минуты уже истекли.
— Кто курирует «Храм Сатаны»? — покашляв, неожиданно для самого себя, спросил я.
У Ивина поползли изумленные брови.
— Но ты же не собираешься…
— Кто в настоящий момент курирует «Храм Сатаны»? — скрипучим неприятно официальным, голосом повторил я.
— Я курирую, — таким же официальным голосом сообщил Ивин.