Шрифт:
Был ли в СССР построен социализм? Над этим вопросом сломано столько перьев и пролито столько чернил, что многих он уже просто раздражает. Но, может, нужно ставить вопрос иначе: какой социализм строили в СССР?
Только в знаменитом марксистском «Манифесте коммунистической партии» мы находим несколько различных социализмов. Феодальный социализм, мелкобуржуазный, немецкий или «истинный» – все это, по мнению авторов «Манифеста», разновидности «реакционного социализма». А ещё есть «консервативный или буржуазный» и «критически-утопический» социализмы. Сегодня всё это не просто абстрактная теория. Практически каждая из указанных концепций так или иначе представлена в России. Самый распространённый случай - реакционный социализм, со всеми его разновидностями
«Аристократия размахивала нищенской сумой пролетариата как знаменем, чтобы повести за собой народ. Но всякий раз, когда он следовал за нею, он замечал на её заду старые феодальные гербы и разбегался с громким и непочтительным хохотом».
КПРФ набрала солидный политический багаж, критикуя мерзости «свободного рынка». Лидеры партии обвинили молодую постсоветскую буржуазию в том, что трепет партийных ритуалов она заменила прагматичным делячеством, а романтические проповеди марксистско-ленинских профессоров- биржевыми сводками. В общем, новая буржуазия повинна в следующем, читаем «Манифест»:
«В ледяной воде эгоистического расчета потопила она священный трепет религиозного экстаза, рыцарского энтузиазма, мещанской сентиментальности... Словом эксплуатацию, прикрытую религиозными и политическими иллюзиями, она заменила эксплуатацией открытой, бесстыдной прямой, чёрствой».
Постсоветская буржуазия действительно сделала это. И ещё вот что:
«Буржуазия путём эксплуатации всемирного рынка сделала производство и потребление всех стран космополитическим. К великому огорчению реакционеров она вырвала из-под ног промышленности национальную почву. Исконные национальные отрасли промышленности уничтожены и продолжают уничтожаться с каждым днём».
Не это ли так возмущает защитников «отечественного товаропроизводителя» из КПРФ? Как видим, таких людей Маркс называл реакционерами.
Еще существует, так называемый, синдикальный социализм («коллективизм»). Речь идет о схеме по которой предприятия передаются в собственность трудовых коллективов. Последние вступают между собой в товарно-денежные отношения. Словом, капиталиста заменяет группа рабочих-собственников. В остальном, все по-старому. Правда, один из теоретиков «коллективизма», французский социалист 19 века, Луи Блан считал, что над всем этим будет возвышаться государство. Оно должно контролировать важнейшие отрасли хозяйства и помогать развитию рабочих ассоциаций-синдикатов. Тут нужно пояснение. Подобную социальную схему часто называют синдикализмом. Но синдикализм это не столько схема нового общества, сколько метод действия рабочих- через профсоюзы (синдикаты). Общество же, в котором собственность на предприятия у трудовых коллективов, правильнее называть не синдикальным социализмом или «коллективизмом», а кооперативным социализмом.
Критики «коллективизма» утверждают, что эта схема подразумевает всплеск группового эгоизма, конкуренцию товаропроизводителей и стихию рынка. «Коллективизм» приводит к неравенству между трудовыми коллективами. А со временем неравенство разлагает и сами коллективы. Правильность этих прогнозов история смогла проверить в двух случаях. По крайней мере, они наиболее известны. Это Испания 30х годов и послевоенная Югославия. В Испании периода гражданской войны синдикалистские структуры охватывали целые области: Арагон, Кастилию, Каталонию. Количество кооперативных предприятий исчислялось сотнями. Синдикаты контролировали целые отрасли промышленности. А главный рабочий синдикат Независимая конфедерация труда объединял 2 миллиона человек и имел свои вооруженные силы. Но длилось это лишь, до победы генерала Франко в 1939 году. Эксперимент был прерван насильственно, да и продолжался он недолго. Поэтому «коллективистская» схема здесь не успела проявить все свои задатки. Правда, сам факт поражения синдикалистов уже говорит не в их пользу.
Гораздо дольше «коллективизм» просуществовал в Югославии. Причём, здесь кооперативная собственность дополнялась мощным госвлиянием на экономику, - все как у Луи Блана. Однако и югославская схема, как известно, рухнула под напором развившихся в обществе товарно-денежных отношений.
Одной из вариаций на тему
«коллективизма» является гильдейский социализм. Его родина- Англия, время рождения- канун первой мировой войны. Основная идея проекта в том, чтобы сочетать хозяйственную автономию рабочих коллективов (гильдий) с государственной собственностью на заводы и фабрики. Всё это должно дополняться экономической и политической демократией. Таким путем гильдейцы хотели уйти как от пороков рыночной стихии, так и от господства государственной бюрократии. Базой гильдейского социализма считались традиционно сильные в Англии тред-юнионы.Демократический социализм - концепция появившаяся в конце 80х годов 19-го века. Это, фактически, официальное знамя социал-демократии. Здесь, как и в предыдущем случае, приоритет отдаётся экономической и политической свободе. Методом её достижения избрано постепенное реформирование буржуазного общества. Теория демократического социализма не имеет чётких рамок, в разных случаях она наполняется разным содержанием. Но все разновидности роднят словесные интернационализм, пацифизм и демократия во всем. Особенно в том, что касается прав женщин. Демократические социалисты много говорят и об экологии. На этой базе даже выросла самостоятельная теория - экологический социализм. Он появился на рубеже 70-80 годов 20 века. Основатели- левые социалисты и «зеленые». Иногда это «новые левые» - выходцы из эпохи студенческих бунтов конца 60х. Теоретики экологического социализма уверены, что благополучие природы важнее интересов экономики и государства. А раз так, власти не должны жалеть средств на развитие экологически безопасных производств. К примеру, мелкого ремесла и кустарных промыслов. Принцип прибыльности отодвинут на второй план.
Еще одна социал-демократическая идея - самоуправленческий социализм. Речь идет о привлечении к управлению обществом широких народных масс. Здесь метод действия- реформы, а не революция. Их результатом должно стать развитие местного самоуправления, демократическое планирование и даже рабочий контроль. В далёкой перспективе признается преодоление капитализма. Но пока самоуправление и широкую демократию рекомендуется сочетать с частной собственностью, рынком и государством.
На то, как этого достичь, указывает функциональный социализм. Его идея в том, чтобы, не меняя форм собственности, изменить её функции. То есть завод остается у капиталиста, но работает предприятие, якобы, уже в интересах общества. Каковы эти интересы - будет решать государство. Оно же и проконтролирует капиталиста через законы, налоги и систему социального партнерства. Схема подразумевает, что интересы пролетариев не будут слишком большими. Иначе государству придется разбираться уже не с капиталистами, а с пролетариями.
Этический социализм. Здесь мы вновь видим социал-демократию, вновь реформы. Но двигатель реформ - не голый классовый эгоизм, а христианские нравственность и гуманизм. Эта концепция, как и все разновидности демократического социализма, не имеет четких форм. Ведь у каждого свое понятие о нравственности и гуманизме.
Семейство социализмов дополняют муниципальный, рыночный, военный социализмы, национал-социализм, а так же африканский социализм. Последний рассматривался как «третий путь» для народов Африки. Этот континент с его пережитками первобытной общины объявляется исконно социалистическим, а все негры - братьями. Горожане поголовно признаются буржуазией, а селяне- пролетариями. Село и считается главной базой нового строя. Африканские социалисты - за сотрудничество классов, за демократию. Но если демократия мешает, можно и без неё.
Это, конечно, экзотика. А вот государственный социализм - концепция, о которой нужно говорить всерьёз. Первые подобные проекты появились вначале 19 века в среде имущих классов. Одним из разработчиков теории «госсоца» был французский дворянин Анри Сен-Симон, другим - немецкий помещик Карл Родбертус. Вообще Германия, её респектабельная профессура, была особенно неравнодушна к государственному социализму. Она даже создала собственную его версию - катедер-социализм – социализм профессорской кафедры.