Шторм судеб
Шрифт:
– Это старейшина, – шепнул Юджин на ухо Инкритию, – говорить будете с ним. – Акцент коренного Кнайца несколько резал слух ученого, тем не менее он быстро к нему привык. – Он тоже знаком с языком материка, но говорит лучше, чем я.
– Рамос, если старейшина знает язык, то зачем нам Юджин?
Капитан корабля несколько раз тихо ударил черенком от топора по палубе.
– Они люди мирные, но все-таки весьма осторожные, поэтому будет лучше, если среди нас будет один из них – разбавит обстановку.
Экипаж корабля бросил веревки к небольшой пристани, пришвартовав походный корабль. Первым на берег вышел Рамос, предварительно убравший топор за спину,
– Старейшина, я приветствую вас от лица адмирала морской армады, – Рамос поднял руки, приветствуя главу острова.
Толпа расступилась перед пришедшими гостями, формируя туннель к своему главарю.
– Я ждал вас. Весточка от адмирала Мелеха предупредила нас о вашем появлении, но в ней он не сказал, для чего вы тут.
– Позвольте вас познакомить, – Рамос направил руку на Инкрития, демонстрируя его публике. – Знаменитый ученый, родившийся на материке, Инкритий Огедай, хотел бы поговорить с вами.
Юджин перевел приветственную часть капитана для общих масс. Постепенно сотни собравшихся в толпе устремили свои взгляды на чужеземца. Шорох переговоров гулом взорвал тишину. Тревога и недоумение без перевода были понятны ученому. Атмосфера накалилась до предела после нескольких брошенных в Инкрития камней, чудом не попавших в голову.
Рамос резко вытащил из-за спины свою могучую секиру и с ревом сказал:
– Юджин! Быстро переведи этим сукиным детям, что я не всегда буду столь добр, и, если хоть одна мразь поднимет свою руку с камнем, я обещаю, что отрублю ее и засуну ему в глотку, утрамбовав ногой.
Впрочем, перевод не потребовался: люди прекрасно знали, кто такой Рамос, и, если тот достает топор, лучше как можно быстрее закрыть любое отверстие в теле, что может издавать звук. Тишина вновь воцарилась на берегу. Инкритий недоуменно осматривался по сторонам, не понимая, чем вызвал шквал ярости.
– Он чужеземец, – сказал старейшина, – от крови тех, кто убивал наших предков, от крови тех, кто сослал нас в эти края. Ученый вы или нет, нам неинтересно. Эти земли священны, и мало кому разрешено ступать сюда.
Инкритий, набравшись смелости, сделал несколько шагов вперед, аккуратно оглядываясь по сторонам и опасаясь очередного прилета камня.
– Прошу прощения, старейшина. Если быть честным, я не знал о том, что на этих островах есть жизнь. Да, не скрою, я знал о злодеяниях своих предков, но прошу не судить нас по делам тех, кого мы даже не знаем. Сегодня на материке уверены, что здесь, в Буйном море, жизни нет, что властвующая здесь стихия не позволит поселиться кому-то из людей. – Не встретив сопротивления, ученый сделал еще пару шагов вперед: – Ненависть, что вы питаете к представителям материка, теперь стала для меня ясной, но, поверьте, если бы мы знали о вас, знали обо всех людях, живущих здесь, мы бы нашли общий язык и смогли найти пути к прощению.
– Если люди с материка узнают о нас, – старейшина подошел вплотную к Инкритию и взял его за руку, – то окропят остров нашей кровью. – Дальше он перешел на шепот: – Как и те люди, с которыми ты пришел. – Старейшина очень сильно сжал руку ученого, после чего схватил того за затылок, всматриваясь в глаза. Резкая боль, словно острый осколок стекла, пронзила голову картографа. Инкритий сомкнул глаза, но тут же услышал: – Открой, иначе не пройдешь! – С трудом он открыл их, препятствуя боли, но в
ушах раздался звон, похожий на колокол. Внезапно все прекратилось, и тело, обмякнув, упало на песок.Тишина сдерживала вновь накалившуюся ситуацию. Толпа наблюдала за стоящим на коленях и пытающимся отдышаться Инкритием. Рамос и пираты внимательно наблюдали за ситуацией, готовые в любую секунду растерзать островитян.
– Все в порядке, со мной все хорошо, – ученый вновь поднялся на ноги и встал перед старейшиной. – Что это было? Почему я…слышал звон, и эта боль. Она будто… кто-то копался у меня в голове.
Старейшина улыбнулся и похлопал его по плечу:
– Охта, за хноя! – крикнул старейшина, вызвав довольный гул Кнаийцев, очевидно, с большой радостью принявших новость. Словно само Буйное море, обстановка вновь сменилась благоприятной, избежав кровавых событий. – Что ж, тебе можно верить Инкритий Огедай, ученый с материка, твои помыслы чисты, теперь я это знаю. Я разрешу тебе отправиться на главный остров для разговора с нашим вожаком, но только тебе. Никто с вашего корабля никогда не ступит на остров, таковы условия.
– Инкритий, – Рамос подошел незаметно, слегка напугав ученого, – у тебя три часа. Моя задача, чтобы ты не сбежал и не сдох. Пробудешь там больше, я посчитаю, что ты либо сбежал, либо в опасности. В любом случае я прорвусь на тот остров и, поверь, уничтожу любого, кто встанет на моем пути, ну, а если ты убежишь…– Рамос улыбнулся и взглянул на команду учёного: – Головы твоих ребят сбегут от их тела. Топор будет тупой, так что,
скорее всего, они отлетят не с первого раза. – Капитан корабля рассмеялся: – Не совершай глупых поступков, о которых бы пожалел.
Инкритий принял предложение, кивнув головой. Оглянувшись назад и увидев настороженность своей команды, он сказал:
– Не бойтесь, это не займет много времени, но подарит колоссальный опыт.
Команда Инкрития была уверена в своем капитане: не один раз он бросался на помощь, защищая своих друзей. Сейчас же далеко от родного дома и в плену глаза его коллег и друзей будто впервые выражали сомнение в действиях капитана. Люпус подошел ближе и, оглядываясь на остальных, сказал:
– Капитан, вы уверены? Если что-то случится, нам несдобровать.
– Мой друг, обещаю, я вернусь в заявленный час, а после мы отправимся дальше и закончим это путешествие. Больше никто не умрет, – Инкритий приобнял своего товарища и последовал за старейшиной.
Деревянная лодка доставила ученого на главный остров. Берег столицы Вииту ничем не отличался от остальных: так же заставленный рядом тотемов с соединяющими их веревками. Но остров казался пустым и безжизненным, в отличие от его соседей.
– Здесь совсем нет людей? – Инкритий шагнул на песок и последовал в глубь джунглей за спешно идущим старейшиной.
– Здесь живут гарды или те, кто от них остался. Несколько лет назад пираты Мелеха выкосили большое количество народа Кна. Безжалостно убивали всех, кто шел против их воли. Осквернили наши святыни, после чего на этом острове остались лишь гарды, так мы называем тех, кто говорит с первыми.
– Первыми?
– Да, существа, создавшие наш мир. Много веков назад они создали здесь все. Ваш мир и наш создан благодаря их усилиям.
Ученый и его проводник быстро двигались по круто поднимающемуся склону внутрь острова. Джунгли, плотно разросшиеся здесь, постепенно становились все гуще и гуще, полностью перекрывая дорогу. Внимательно рассматривая местность, картограф стал замечать на некоторых деревьях следы запекшейся крови. Вскоре деревья,