Шасса
Шрифт:
Впрочем, потребовалось всего лишь один раз хорошенько рявкнуть, чтобы ночные феи отстали. И теперь я прогуливался по ночному городу, остро сожалея, что Саишша сейчас наверняка спит крепким сном и не может насладиться со мной свежим морозным воздухом. Постепенно зажигались разноцветные огни, город был красив, даже ночью. Создавалось впечатление, что Новый год здесь празднуют каждую ночь. Я один раз видел, как в Вифте праздновали этот праздник.
Мне тогда было двадцать четыре. Я был приятно поражен тем, что обычно достаточно мрачный город преобразился, что на улицах постоянно серебряными колокольчиками звенел смех, толпился народ, весело рассказывая, кто как изгалялся над своими елками. И старался не обращать внимание на то, что этот самый смех поспешно затихал при моем приближении,
Довольно быстро я усвоил, что надо держать голову опущенной, чтобы не показывать свои белые глаза. Хотя и без этого моя слишком высокая и крепкая для человека фигура выделяла меня из толпы, как выделяется матерый волк среди дворняжек. Из разговоров людей я понял, что это за праздник, нахватался традиций, а потом взахлеб рассказывал Люцу и Найту об этом самом счастливом тогда для меня дне. И искреннее сожаление ребят, что их не было рядом со мной, что-то поменяло в наших отношениях. Наверное, именно тогда начала развиваться наша дружба. Это сейчас я могу сказать, что это было за странное чувство, которое почему-то заставляло сдерживать свои удары и выпады на тренировках, которое заставляло делиться своим обедом с Люцем, которого за эксперименты постоянно наказывали, которое заставило нас держаться вместе все эти годы. Тогда я просто не замечал этого. А сейчас я удивлялся, как, как могло такое чувство появиться в казематах Инквизиции, где я был постоянно окружен врагами, соперниками, такими же изгоями и выродками как я.
И как я мог влюбиться?.. Как, если всю мою жизнь из меня выдавливали чувства, выдавливали самостоятельность, вдалбливая взамен покорность и навыки боя. Как? Если меня превратили в машину смерти, безжалостную и совершенную.
Я усмехнулся и задрал голову кверху, глядя в чернильно-черное ночное небо. Пошел мелкий снег, я ловил его губами, пока меня не отпихнули с пути, грубо обматерив. Я смерил наглеца взглядом, и щуплый мужичонка с пакетом под мышкой в ужасе отшатнулся. Ухмылка растянула мои губы. Иногда мне нравится быть паладином!
Момент был испорчен, поэтому я пошел дальше, зло запахнув полы куртки. Сво... Н-да. Ну ка, ну ка, что это за личности такие, что следуют за мной уже с десять минут? Неужели слежка? Проверим...
Пройдя с десяток шагов, я нырнул в первый попавшийся переулок, затем накинул заклинание невидимости и вышел наружу, чуть не столкнувшись с одним из моих преследователей. Он огляделся, прошел вглубь тупичка, которым оказался переулок, потом достал из-за пазухи какой-то амулет в виде монетки, одетой на веревочку, сжал его и произнес:
– Докладываю. Объект свернул в переулок, где не был обнаружен. Судя по всему, объект заметил слежку. Как прикажете поступить?
– Подожди, счас поинтересуюсь, - с некоторым интересом ответили ему из амулета, - Представляешь, тут к нашему заявилась какая-то змеюка, и сидит сейчас с ним в его кабинете, запершись вот уже который час. Что они там делают, интересно?
– судя по всему, этот... нисколько не сомневался, что делает Сай с Молом.
– Гы-гы... Про доклад не забывай!
– напомнил соглядатай. Шуршание, шаги, скрип двери, какие-то голоса - не разобрать, слишком далеко, - после чего все повторяется, только в обратном порядке.
– Сказано было оставить слежку за объектом. Дословно та зеленка сказала вот что: "Пусть развлекается, я потом с него всю шкуру сдеру!" Ты там поосторожнее, ладно, Лар?
– Хорошо, Сейл, - шпион деактивировал амулет и снова спрятал его за пазуху. После чего, насвистывая, вышел из проулка и направился в неизвестном направлении. Я не стал за ним следить, так как был стопроцентно уверен, что он сначала оповестит своих "сотрудников", а потом отправится в тот самый замок.
Я снял невидимость и снова стал бесцельно слоняться по городу. Спустя полчаса я забрел в какой-то парк, уселся на скамейку и стал бесцельно смотреть на красивый фонтан, как назло, изображающий обнаженную змеелюдку, танцующую какой-то танец. Красивая была статуя, только вот моя Сай мне милее всех. И не надо мне тут говорить, что такого быть не может, что все мужики созданы для того, чтобы ходить налево и т. д. и т. п. Неправда все это.
Если мужчина искренне любит, то зачем ему остальные, если у него уже есть своя идеальная женщина?Кто-то опустился рядом со мной на скамейку. Я лениво повернул голову, собираясь прогнать нежданного нарушителя моего одиночества своим дружелюбным оскалом. И замер. Потому что рядом сидела и насмешливо скалилась Саишша.
Я моргнул. Нет, все верно, это не глюки. Но каким образом она оказалась здесь? Я не спорю, она могла меня найти, но ведь слежку за мной отменили. Или... или нет?
На лице Сай ехидство уступало место некоторому удивлению и разочарованию. Я вздохнул и послал все мысли к демонам, приобнимая любимую за плечи. Она же совсем раздетая, на таком холоде простынет в момент! Я распахнул куртку и притянул ее к себе, укрывая и прижимая к своей груди. Сай удивленно фыркнула, но послушно прильнула ко мне, обхватив туловище руками и устроив голову у меня на груди. Я счастливо вздохнул, улыбаясь. Нам не нужны были слова. Все и так понятно.
Через некоторое время Саишша согрелась - это я понял по тому, что она упорно старалась проползти куда-то вверх. А ведь уже не маленькая!
– Ну чего ты?
– недовольно спросил я. Вместо ответа, она фактически уселась мне на колени, тем не менее оставаясь в моей куртке. Сай заглянула мне в глаза и прикоснулась к моим губам. Я осторожно сделал первый шаг, удивленно смотря в ее широко раскрытые глаза, в которых было море нежности. Как и в моих.
Не знаю, сколько мы так самозабвенно целовались. Проходящие мимо люди - и нелюди!
– бросали на нас косые взгляды, иногда со смешинкой, - мол, шалят!
– иногда с некоторым сожалением, - а годы-то мои прошли...
– иногда с презрением, - как это безнравственно и вульгарно!
– а иногда со злостью и завистью. Это уж я не знаю, чем вызвано. Мне вообще было плевать на всех проходящих мимо, меня занимала только Саишша. Точнее, ее губы и глаза. В них отражался целый вихрь эмоций, преобладающим из которых была нежность. И любовь. И страсть, и еще много других эмоций...
***
Домой мы перенеслись только под утро. Ребята очень смутились, когда Сай ехидненько так поинтересовалась у них, где они провели все это время. А ведь сама все знает, но нет - пристыдить хочет!
Прошел день. Саишша носилась по всему Даан-Азару, попросив остальных не отсвечивать и не мешать. Все приводила что-то в порядок, накладывала какую-то защиту, в которую я едва не влетел. Нет, вот представьте - иду я в собственную комнату, и тут! Фиолетовая завеса, которая чуть не превратила меня в пепел! Едва успел отскочить. Оказалось, Сай защиту-то сделала, но вот пропуск к ней сделать забыла. Чуть не убил, чес-слово...
И вот наступил знаменательный день, день, когда... меня подняли в пять утра!!! Да я даже в замке Инквизиции так рано не поднимался!!! И, главное, по какому поводу - встреча послов! Да кому они нужны, эти гады, которые не дают мне спокойно спать!
Саишша смилостивилась и позволила мне доспать еще пару часиков, но потом снова принялась будить, правда ласково, не так, как в первый раз. Видимо, она и сама-то не очень горела желанием вставать еще до зари.
На поглаживания, почесывания и прочее я не отреагировал, блаженно улыбаясь и подставляя под нежданную ласку поочередно спину, бока и живот. Наконец, Сай это надоело и бесплатные почесушки закончились. Она просто вылила на меня стакан холодной воды. Почему всего лишь стакан? Просто она его вылила мне прямо на лицо, чтобы постель не сильно мочить! Зар-раза...
Ну встал я, встал! Топаю в ванну, мрачно размышляя, когда я полюбил спать до восьми. Сай пришла и потерла спинку... нет, правда, только потерла! Мне тоже пришлось ей помогать промывать волосы. Дальше Сай проинформировала меня о том, что первыми будут послы нашего собственного клана, Сишши. И наверняка приведут с собой сразу все остатки клана. Я выругался, Саишша утешила меня поцелуем, но я продолжил ругаться. Она вздохнула, и стала заплетать мне волосы, стараясь делать это так, чтобы у меня не разболелась голова впоследствии. После чего мне было велено одеться в "подобающую Лорду одежду" и "прекрати распускать руки, негодник!".