Разбитые небеса
Шрифт:
– Глеб, сколько у нас времени?
– обратился он ко мне.
– Минут тридцать-сорок, вряд ли больше. – я нервно пожал плечами.
Столпившиеся вокруг нас солдаты разом возбужденно загалдели.
– А ну тишину поймали! – прикрикнул на них лейтенант. – Слушай мою команду: командиры отделений собрали личный состав, оружие, все что есть, собрали, и по моей команде готовимся передислоцироваться на мебельную фабрику! Леший ты пулей дуй к комроты и предупреди его, если он еще соображать способен… хотя это вряд ли, так что беги-ка ты сразу к командирам взводов непосредственно и предупреди парней, они знают, что делать, с ними план уже обсуждали…
-
– Раньше не было, а сейчас вы осиное гнездо расшевелили, – скривился в ответ Лютый.
– Вот что, Пашка, поздно разговоры разговаривать, в темпе вальса чини свою шушлайку и вали отсюда, пока выброс не накрыл!
– Не успею я починить за это время. – белугой взвыл водитель. – Тут работы часа на два – минимум!
Капитан отвел душу длинной матерной тирадой и обратился к комвзвода:
– Игорь, выручай! У меня шестеро лежачих и трое ходячих – есть место, где их укрыть можно?
– Есть такое место, братишка – бывшая мебельная фабрика, там подвалы как бункер, мы их дополнительно укрепили! Сейчас людей дам, они помогут добраться!
В следующие пять минут расположение роты превратилось в разворошенный муравейник. Пока парни тащили из блок-поста оружие, воду и продукты в укрытие, мы, бойцы отделения Дэна, за две ходки перетащили раненых спецназовцев в просторные подвалы бывшей мебельной фабрики. Неожиданный бонус за это задание - в кузове автомобиля мы разжились еще двумя автоматами и гранатометом.
– Бесполезные трещотки. – скривил лицо капитан, когда их увидел. – Легкая стрелковка чужих не берет – только тяжелые пулеметы и то не сразу. Пришлось в рукопашную идти и саперными лопатками гадов крошить!
– Знаем, наслышаны – у нас один хлопец химеру мачете завалил. – хвастаясь хлопнул меня по плечу Дэн. – Один на один вышел.
– Баки мне тут не заливай, сержант. – посуровел лицом спецназовец. – Мои бойцы целым отделением одну тварь рубали, и половина из них там, на месте осталась, а тут какой-то мутант якобы один тварь ножом завалил?! Дай ему в торец, сержант – он просто наглый балабол!
Явно задетый за живое его словами Дэн открыл, было, рот, но я подергал его за рукав и когда тот повернулся, лицом показал ему, что не хочу излишнего внимания к своей персоне. Дэн раздраженно махнул рукой и вернулся к носилкам с ранеными, которыми сейчас занимался наш фельдшер – его, как бывшего МЧС-овца прикомандировали к медицине. Я же поправил лямки огнемета и двинулся на выход с подвала.
– Вот и правильно, боец, чем байки травить, двигай-ка лучше наверх в дозор, – насмешливо хмыкнул мне в спину капитан. – Там есть шанс, что ты увидишь настоящую, а не придуманную химеру. Смотри только в штаны не навали, убивец, ха-ха.
Дернув плечом, я поднялся по разваливающейся лестнице на первый этаж здания. Второй этаж фабрики был развален и растащен давным-давно, от фабрики остался только первый этаж, который сейчас спешно укрепляли и герметизировали подручными средствами: дощатыми щитами, кирпичами, щели заделывали тряпками, одеялами и строительной пеной.
Потом я поднялся еще выше, на руины второго этажа фабрики и огляделся. Полуразрушенный цех стоял на восточной окраине села и пустые дома смотрели на меня слепыми темными провалами выбитых окон. Восточнее вздымались древние, низкие седые горы Алтая, густо поросшие кустарником и деревьями. На юге небо продолжало отсвечивать
вспышки работающей артиллерии, и временами докатывался глухой гул – наступление продолжалось. Но мне показалось, что сверкать стало чаще и как-то нервнее что ли, как будто нарушился ровный размеренный ритм залпов, и на смену пришла беспорядочная стрельба. Горизонт окончательно затянуло облаками так, что солнце закрыло совсем, и установился непривычный для полудня сумрак.Ощущение приближающейся беды заполнило каждую клеточку моего тела. Теперь я с уверенностью мог сказать, что выброс придет минут через пятнадцать, и будет такой силы, какой я не видел никогда. Я зябко поежился, поправил свалившуюся в очередной раз лямку огнемета, и собирался было спуститься обратно, когда все вокруг залило неестественно белым светом, источник которого был на юге. Я не успел еще ничего сообразить, но тело отреагировало само – упало на грязный пол, и перекатилось под защиту остатков стены. Через несколько секунд докатился и звук – грохнуло так, что я с полминуты не слышал ничего, кроме звона в ушах.
Когда через минуту я поднялся на ноги, отряхивая с формы пыль, мусор и мелкие камни, увидел на юге огромную, белую с багровыми прожилками сферу раскаленной плазмы, встающую над горизонтом. Как раз в том месте, где минуту назад были видны отсветы нашей артиллерии.
Когда я, дробно топоча сапогами, сбежал по разбитым бетонным пролетам лестницы на первый этаж, то застал всех своих сослуживцев столпившимися возле выбитых взрывной волной южных окон.
– Писец котенку, кончилось наступление. – глухо сказал кто-то из бойцов.
Остальные уныло смотрели на встающее над горизонтом зарево, даже не пытаясь восстанавливать выбитые взрывом баррикады и заслоны в окнах.
– Мужики, поторопитесь, выброс будет с минуты на минуту! – крикнул я. – Надо окна срочно заделывать!
– Ну и че встали, я не понял? – рявкнул Лютый. – Вы что, решили одеялами прикрыться?
Парни как будто нехотя зашевелились, взялись восстанавливать заслоны. Видно было, что бесславный конец наших лучших армейских частей произвел на всех крайне удручающее впечатление. Я присоединился к ним, и мы за десять минут кое-как восстановили заграждения. И почти сразу на улице потемнело еще больше и за окнами послышалось знакомое шуршание – чужие пустили в ход свой проверенный козырь.
– Недоделали, недоделали же, дыры кругом! – простонал Лунтик, глядя на то, как из кое-как заделанных окон в помещение просачиваются как будто живые щупальца проклятого желтого тумана.
Народ заволновался, шарахнулся подальше от окон.
– Отставить панику! – уверенно скомандовал Лютый. – Оставляем здесь заслон, все остальные спускаемся в подвал, тот гораздо лучше герметизирован.
Дюжина бойцов из тех, кто был более-менее обстрелян, осталась на первом этаже, остальные спустились в подвал, захлопнув за собой железные двери. Оставшихся Лютый разбил на пары, наметил каждой паре сектор обстрела. Меня оставил при себе:
– Ты со своим огнеметом у нас основная ударная сила. – сухо сказал командир. – Проблема в том, что в закрытом помещении есть большой риск поджариться самим, так что будь возле меня и огонь открывай только по моей команде и в том направлении, куда я покажу, понял?!
Я кивнул, и пристроился рядом с командиром. Потянулись долгие минуты. Щупальца желтого тумана просачивались сквозь щели и дыры одно за другим, и принимались разгуливать по помещению. Пока что их было немного, мы ухитрялись их избегать, но долго ли это продлится?