Чтение онлайн

– Мне нужен был опытный оперативник. На всякий случай.

– Ты знала, что я приду, – улыбнулся он. Морщины вокруг рта у него за эти годы стали глубже, «гусиные лапки» у глаз – более заметными, хотя глаза были такими же бирюзовыми, выделяясь на фоне загорелой кожи; рябые щеки покрывала густая щетина, с проседью, как и волосы на висках, но коротко стриженные волосы на голове были все еще черными. – Я был готов с того момента, как ты позвала, но здесь только со вчерашнего дня.

– Тода роба [17] , – произнесла Ван Страатен. – Спасибо

тебе, Диспетчер.

– Ты хочешь кофе? Охотник…

– Нет, спасибо. Но я буду то, что пьешь ты, – ответила она, почувствовав запах спиртного в его дыхании.

Он снова рассмеялся и налил ей стакан «Макаллана», односолодового шотландского виски, которое он всегда пил и которое нравилось им обоим. Она рассказала Диспетчеру о задании и о Торговце.

– Один из крупнейших торговцев награбленным. Его дед сотрудничал с нацистами, дело продолжил папаша, а теперь вот и он сам… Можно сказать, фамильная практика, от которой он не намерен отказываться… Но мы его остановим.

– Не сомневаюсь.

– Надеюсь, основная часть пройдет гладко и без насилия, так что тебе ничего из этого не понадобится. – Допив свой скотч, Ван Страатен присела на корточки возле его открытой сумки, половина содержимого которой была разложена на полу вокруг. Она взяла его нож «Ka-Bar Commando» и провела пальцем по звезде Давида, выгравированной у основания рукояти.

– Если порежешься, там есть пластырь и швы, – поддразнил ее Диспетчер.

– И это. – Она взяла в руки пузырьки с оксиконтином и викодином, затем леденец, как она знала, с морфием. – Все увлекаешься конфетками?

– Не увлекаюсь и не перед ужином. Они портят аппетит. – Он громко рассмеялся, раскрепостившись от скотча.

Ван Страатен разглядывала светошумовую гранату М84 и противогаз военного образца. Потом осторожно подняла полуавтоматический «Иерихон-941» и посмотрела в прицел.

– Я думала, этого старичка сняли с производства.

– Так и есть. Но мне нравится, он удобный. – Он взял у нее пистолет, показал, как удобно рукоять ложится в ладонь, и спросил о сроках выполнения задания.

– Ты хочешь, чтобы я был рядом в момент передачи картины?

– Да. – Она вручила ему одноразовый телефон и сказала, что свяжется с ним для уточнения деталей.

– Пилот понадобится?

– Пока не знаю. Но ты бы не мог связаться с ним, чтобы он был наготове, просто на всякий случай?

– Просто на всякий случай, – повторил он. – История всей нашей жизни.

– Да. – Они помолчали, делая глотки виски. Через минуту она спросила: – Как Шира и мальчики?

– Ариэлю шесть. Леви почти восемь, барух Хашем [18] . Такие два зверька… – ответил он, просияв. – А жена… С ней все в порядке.

– Хорошо.

– А тебе никогда не хотелось завести семью, Охотник?

– Было время… Но для женщины все по-другому. У тебя есть жена, которая остается дома, растит твоих

детей и готовит тебе еду, так что ты волен разыгрывать из себя героя – и изменять ей… Прости, я не это имела в виду…

– Именно это, – сказал он, не сводя с нее своих бирюзовых глаз, и ей стало трудно продолжать эту игру. Она поцеловала его, и вот уже его мозолистые руки гладили ее по щекам и волосам, а ее рука скользнула ему между ног…

Когда они закончили, Диспетчер налил еще скотча и выкурил сигарету, потом посмотрел на платье Ван Страатен и сказал ей, что она красивая, на что она смущенно отмахнулась.

– Я дам знать, когда вы мне понадобитесь. – Она поднесла бокал к губам, потом отставила в сторону. – Пожалуй, хватит с меня, я за рулем. – Ван Страатен поцеловала Диспетчера в щеку и шепотом произнесла его имя: – Даниэль…

– Анни… – произнес он. – Береги себя.

– И ты тоже…

После встречи с Каролин и ее странным другом я отправил Смиту сообщение с отчетом. Ответ я получил не сразу, а получив, не все понял:

встретимся в вонделпарке под статуей вондела

Я понятия не имел, что это за Вонделпарк, и обратился к консьержу отеля. «Это как у вас Сентрал-парк» – объяснил он и показал дорогу. Через пятнадцать минут я прошел через кованые железные ворота с латунной надписью «Вонделпарк», прошел по дорожке и вскоре увидел большой памятник на округлом холме, покрытом тюльпанами.

Рядом с ним стоял Смит и загрязнял воздух сигаретным дымом.

Я начал рассказывать ему о встрече с Каролин, но он остановил меня и повел к большому пруду, где какая-то женщина кормила хлебными крошками маму-утку и ее маленьких утят. Когда она обернулась, я с удивлением узнал в ней Анику Ван Страатен.

Она похлопала ладонями, отряхивая остатки хлебных крошек, утята заметались и нырнули в воду.

– Милые, правда? – заметила она. – И такие невинные. Все, что их волнует, – это еда, выживание.

К нам спустилась группа туристов и принялась фотографировать утят, и мы отошли на другую сторону луга.

– Я собиралась потребовать, чтобы вы и мисс Верде прекратили поиски картины, но, видимо, это уже поздно делать, – сказала Ван Страатен.

В качестве ответа я сообщил ей о своей встрече с Каролин и человеком, который знал о нашей картине.

– Со шрамом? – спросила она, проведя пальцем по щеке. – В поисках фамильного имущества госпожа Кахилл общается с весьма сомнительными личностями. Не то чтобы я винила ее, но она безрассудна. Это опасное занятие для любителей.

– Итак, вы знаете ее и этого человека.

– Я знаю, что многие люди ищут Ван Гога, но он у нас в руках… или мы его найдем. Аналитик Смит ввел вас в курс дела?

– Нет.

– Нам нужно связаться с отцом мисс Верде.

– Зачем?

– Он идеальный покупатель для данной картины, поскольку у него очень подходящая репутация.

– А вы здесь при чем? Я что-то плохо понимаю.

– Я оберегаю украденные произведения искусства от повторной кражи, – помолчав, ответила Ван Страатен. – Этой информации вам должно быть достаточно. Давайте подумаем, как нам выйти на Бейна.