Шрифт:
УИЛЬЯМ БЕРРОУЗ
ПОРТ СВЯТЫХ
Когда мистер Уилсон, американский консул, приехав на службу, обнаружил, что в приемной сидит молодой человек, он понадеялся, что им займется вице-консул мистер Картер.
Секретарь в приемной поздоровался и передал ему сложенную регистрационную анкету. Мистер Уилсон слегка нахмурился – молодой посетитель упорно смотрел в другую сторону – и поднялся к себе в кабинет, не глядя на бумагу. Был понедельник, на столе скопились письма. Он развернул анкету. Зазвонил телефон. Запрос из английского консульства… «Да… гм… Не вполне понимаю, что… да… гм… да… нет, не по
– Я приму мистера Келли.
Среда, Харбор-Бич, 2, 4 марта 1970 года.
Было утро, конец мая, 26-е число, кажется – холодный ясный день, ветер с озера. Я спустился под железнодорожный мост – хотел половить рыбу в глубоком пруду. Сидеть на одном месте слишком холодно; я решил, что рыбачить нет смысла, смотал леску, завернул катушку в промасленную тряпку и сунул в карман. Вдруг почувствовал, что сзади кто-то стоит и обернулся. Мальчик моих лет. Я узнал его: один из дачников, хотя обычно раньше конца июня они не приезжают. Сонный отсутствующий взгляд, точно он сошел с картины… Суббота Железнодорожный Мост.
Из яйца в мошонке вылупился черный младенец – его зовут Джон… огромное озеро легкий ветер мы спустились в долину темный овраг бледно-голубое лето далеко… Знаешь кто я такой? (Неразборчиво) собирал цветы пыльное окно кругом цветы и фрукты чернильная рубашка бьется… там таилось зло печальное как засохшие цветы… мертвая рыба купающийся мальчик гнездо аиста окно домика то что произойдет белый писсуар колокольный звон в гавани…
На верфи было смертельно холодно, ясные яркие лучи закатного солнца. Свежий морской ветерок стих, когда Джон подошел к «Марии Челесте». Он поступил третьим помощником капитана.
– Да, мистер… – Консул взглянул на бумагу, хотя, конечно, запомнил имя. – …мистер эээ Келли… чем могу вам помочь?
У сидевшего перед ним человека было загорелое лицо и светло-голубые глаза. «Моряк торгового флота, – решил консул, – потерял деньги и паспорт в борделе».
– Кажется, это вы хотели меня видеть.
– Я… – Консул растерялся. Что-то было такое о паспорте, оставленном в залог – Келли, кажется так. Он поискал бу– магу в коробке для писем и сразу нашел: Паспорт No 32, США, оставлен в залог… Отель «Мадрид»… Теперь консул заговорил холодно.
– Могу я взглянуть на ваш паспорт?
К его удивлению, молодой человек немедленно протянул паспорт – по-видимому, все это время он держал его под столом. Консул изучил документ. Удостоверение моряка, No 18… «Гм… такой маленький номер… год рождения
– 1944. Сан-Франциско…» Консул поднял взгляд.
– Привет… Я смотрел, как ты рыбачишь. Так и знал, что ты ничего не поймаешь. Слишком холодно.
– Зимой можно и подо льдом ловить.
– Это другое дело… но не весной, когда так холодно и ветер дует.
– Может, ты и прав. Просто делать было нечего.
– А тебе ничего и не нужно делать. Когда ты это поймешь, у тебя появится масса дел. Иногда даже больше, чем сможешь осилить…
Мы разделись догола у меня во рту металлический привкус и покалывает пальцы ног. Там стоит мальчик, он трижды дергает пальцем, и его хуй послушно встает, волосы на лобке блестят в грязном желтом свете, тени бормочут похотливые слова…
– Конечно наверху если вы там выдержите очень разреженный воздух вы понимаете бледный конь бледный всадник..
– Синие индейцы из Северной Каролины приветствуют вас с умирающего запада…
Три молодых человека, толстая синяя плоть разбухла и почти разлагается… пороховой дымок летит
назад в лицо гороховой дымок и каштановые волосы детство Берроуза бормоча в умирающем брате погас с взорвавшейся звездой выстрелил от бедра радужная голова обрамленная мокрыми листьями багровые сумерки под кружащими стервятниками его кашель за моей спиной тощее тело чувствуешь кости… Он был влюблен в брусчатку дорог и кроткого призрачного ребенка и парк где можно бродить… Ох Одри там понравится со случайным мексиканским двойником его книги днем чтобы попрощаться. Показал мне свой зашифрованный дневник в его запоздавшее утро. Он искал что-то давным-давно.Он взглянул на Джона, губы в капельках крови… улыбался, облизывая кровь с последними красными лучами заходящего солнца его лицо вспыхнуло как комета и померкло, когда солнце скрылось за тучей над Галифаксом… note 1
– Это ошибка. Я приглашал другого Келли. Молодой человек кивнул.
– Я знаю. Моего брата.
– Ах, так вы знали? Зачем же пришли вместо брата?
– Мой брат Джо Келли умер.
– Умер? Но когда? Почему не известили консульство?
Note1
Вставка: Взрыв Галифаксе 1910 (При взрыве военного корабля в гавани Галифакса б декабря 1917 г. погибло около 2000 человек)
– Он умер пять лет назад.
Консул гордился своей невозмутимостью. Он изучил бумагу, вспоминая, что она попала к нему в пятницу вечером, когда он уже уходил…
– Ну, мистер Келли, похоже, туг сплошные ошибки. В конце концов, это довольно распространенная фамилия. А почему вы решили, что повестка предназначена вашему брату?
– А там дата стоит?
– Пойдем ко мне в коттедж, выпьем чаю с тортом. – Мы поднимались к железной дороге, ветер в лицо.
– Пусть ветер продует тебя насквозь.
Я почувствовал слабость в ногах, точно мое тело улетало. И в то же время напряжение в паху – у меня вставал. Он остановил меня, схватив за руку, повернул к себе, глядя на оттопыренную ширинку.
– Ох, Кики… – запах юных ночей запах сухих парков раздвинул ягодицы восход утро в Сент-Луисе одна нога в потном носке плотские воспоминания улетают в даль вошел в туалет… булыжники цветы тянутся по небесам на рыбе шел в синем много лет назад давай расскажу тебе о папоротниках и деревьях серый мертвенный свет два лица вода и лягушки смутная расплывчатая тварь в воде эта истрепанная рука шрам звездная пыль в воздухе я убежал из порванного фильма потом настали холода точно мертвые листья через сон уплывающие вот так одно подходит к другому брюки откинулся назад грызя орехи встал надо мной голый электрическая тишина и запах хуя теперь я кончаю в серебристых вспышках этот адрес очень давно…
Ночная тень упала на лицо мальчика, на мачты и кружащих чаек. Джон почувствовал холод пустоты. Лицо мальчика покрывала белая корка изморози, крошки льда поблескивали во взъерошенных волосах, голос жуткий и призрачный в полумраке…
– Дата? Но ведь она только в пятницу вечером пришла,
– Да, но дата там стоит?
Консул посмотрел на бумагу. Дата смазанная, неразборчивая. На самом деле, консул вынужден был признать, что в повестке было что-то странное. Казалось, это фотокопия, точно старый документ с заброшенного чердака; говорилось только, что паспорт No32, выданный некоему Джо Келли, родившемуся 6 февраля 1944 года, Сан-Франциско, Калифорния, хранится в отеле «Мадрид» в связи с неоплаченным счетом за проживание (сумма не указана), подписано менеджером Дж. П. Бужурлаем. Консул поджал губы и поднял телефонную трубку Я шел за ним по шпалам, сгибаясь от ветра.