Пленник
Шрифт:
— Представляешь, эта сволочь пыталась меня по тихому придушить и почти преуспела в этом. Я очнулся в последний момент, а он поняв это, попытался перерезать мне глотку. Пришлось изо всех сил вцепиться в нож, не смотря на дикую боль. Очень уж помирать не хочется. Если бы не ты, ему бы всё удалось. Я даже предположить не мог, что кто-то способен опуститься до такой низости. А ты меня спас получается уже во второй раз. Надеюсь я смогу с этими долгами когда-нибудь расплатиться. — хрипло проговорил он.
— А сколько тебе лет, Варт? — перебил я его, задав неожиданный вопрос. Стоило немного отвлечь принца от всего произошедшего.
— Лет? Эмм… если считать те двадцать шесть, что я провалялся в подвале, то получается… получается пятьдесят пять. —
— А мне всего семнадцать. — сказал я ему. — Получается, ты гораздо старше, почти уже старик. Хотя и выглядишь всего на двадцать.
— Не знаю к чему ты ведёшь, но все твои выводы ошибочны. Мы дварфы живём гораздо дольше людей. Лет двести, порой триста, а бывает и ещё дольше. Так что я в любом случае всё ещё считаюсь мальчишкой.
— Даже так… — задумчиво сказал я. — Про эльфов и их долгожительство я рассказы слышал, но вот про дварфов как-то не доводилось.
— Эльфыыы… — презрительно протянул Варт. — Мне, как будущему королю, многое приходилось учить. В том числе и информацию про эльфов и их поганый нрав. Благо то, что мы практически не контактируем с этими снобами. Нет хуже собеседника для дварфа, чем эльф. Постоянно хочется достать секиру и хорошенько приложиться по нему, разделив на две половины. Среди них редко встречаются более или менее вменяемые индивиды, но они чаще всего являются отшельниками или изгнанниками. А так у них очень закрытое общество и они поддерживают минимум контактов, спрятавшись от всего мира в своих поселениях. Коих кстати известно совсем мало. Похоже, что несмотря на огромную продолжительность жизни, их род стоит на грани вырождения и вымирания, что лично меня скорее радует, чем расстраивает. Хотя не удивлюсь, что для них всё происходящее является нормой и они переживут все известные нам расы и народы. — договорил Варт одновременно с тем, как я закончил со своими попытками заживления его раны. Возможности мои были смехотворны, но я надеялся на то, что она хотя бы заживёт немного быстрее. Разматывать повязку и проверять результат своего лечения я не решился.
— Рукой пока не двигай. — сказал я ему. — Надеюсь, что она скоро заживёт.
— Ты вылечил её? — спросил он у меня с серьёзным видом.
— Сомневаюсь. — честно ответил я. — Но надеюсь, что хоть немного ускорил восстановление.
— Хм… Тоже неплохо. — согласился Варт.
— Меня сейчас волнует совсем другой вопрос. Если понять алчность этого уже мёртвого человека я ещё могу. — указал я дварфу на труп. — То вот, что делать с потерей проводника и единственного из нас человека знакомого с пустыней, ума не приложу. Без него мы бы, сбежав сегодня, элементарно замёрзли. Как пробираться через сотни километров песков, ничего о них не зная? — задал я вопрос собрату по несчастью.
— Не знаю. Я тоже не разбираюсь в пустынях. В крайнем случае просто отправимся в путь, а там будь что будет. Этого душегубца мне совсем не жаль. Да и мы вроде собирались спрятаться в подземельях. Зачем тебе пустыня? — озадачил меня уже своим вопросом Варт.
— Ну так то, ты прав. Вот только мы не сможем прятаться в этих катакомбах вечно. Рано или поздно придётся выбраться наверх. Это, если конечно, нас маг не найдёт в ближайшие часы. — согласился я с ним, присаживаясь рядом.
— Знаешь… А я ведь здесь бродил в поисках пути не один день. Далеко не один… — покачал Варт головой. — И скажу тебе, что никакие это не катакомбы. Пройдя дальше, мы угодим в самый настоящий лабиринт из коридоров и переходов, идущих во все возможные стороны. Не знаю, всегда ли наверху была пустыня, но вот внизу когда-то располагалось нечто грандиозное. Пока я бродил там один, то несколько раз, судя по ощущениям, выбирался за пределы пустыни, вот только не смог найти выхода на поверхность. Этот выход оказался первым из тех, что остался неразрушенным. — с многозначительным видом посмотрел он на меня.
— Хочешь сказать, что мы можем попытаться уйти на запад и даже пересечь всю пустыню, не выбираясь на поверхность? —
не поверив, спросил я.— Это и хочу сказать. Есть у меня полное ощущение того, что и путь здесь найдётся и приключения и даже, чем бес не шутит, несметные богатства. — согласно кивнул он. — Так уж вышло, что я больше бродил с восточной стороны. Но я точно уверен, что эти туннели тянутся далеко на юг и на запад. А восток и север нам в любом случае неинтересны, слишком близко от владений архимага.
— Ну что же… Идея интересная и вполне звучит, как план. — согласился я с новым другом. — Значит, так и поступим. Отправимся на запад под землёй.
Глава 32
От взгляда в эти серые глаза,
Меня колотит каждый раз, как в первый,
Свет жизни в них шикарен, без прикрас,
Вот только жаль, хозяйка их — законченная стерва.
Влюбился я без памяти, забыв про всё,
Ведь сердцу, оказалось, не прикажешь,
Под платьем промелькнуло шелковистое бельё,
Аж задыхаться начал, что же тут ещё вдобавок скажешь.
Изящный стан, фигура высший класс,
И как пристало, идеальные манеры,
В движеньи каждом ощущается вся власть,
И головы свернули все, давно уж, кавалеры.
Я не один такой, под властью её чар,
Действительно красивая графиня,
Но впрочем ненадолго это так,
С таким успехом уже завтра герцогиня.
Иль сразу королевой может стать,
Король похоже, тоже в удивленьях,
Такая грация, энергия и стать,
Откуда вдруг взялась в его владеньях.
(Виконт Дорул Волероссо именно такой запомнил будущую
королеву Верварта — Полисию Ротарди. 17016 год.)
После всего произошедшего, оставаться здесь мы больше не хотели. Так что начали сразу же собираться в дальнейший путь. По молчаливому согласию, предателя было решено так и оставить, лежащим в подземном туннеле. Это был неприятный, но вполне осознанный выбор. Ведь у него вполне могло получиться убить нас спящими и уставшими, после столь тяжёлого ночного перехода по промёрзшей пустыне. Спасибо стоило сказать Алае за предупреждение о грозящей мне опасности, но как бы я не пытался с ней пообщаться, ответом мне была лишь тишина.
Сборами в основном занимался я, так как Варт был ранен и ему нежелательно было в ближайшие дни напрягать порезанную руку. Хорошо, что рука осталась работоспособной после такого повреждения, видимо всё же дварфы были покрепче людей. У кого другого бы острый охотничий нож запросто смог отхватить все пальцы и найти в итоге путь к своей изначальной цели.
Вещи покойного торговца я перебрал и к своему удивлению обнаружил в них несколько очень ценных и дорогих предметов. Похоже, что Дил всё же что-то знал о том хранилище. Иначе было бы сложно объяснить наличие в его рюкзаке неплохой коллекции драгоценных камней приличного размера. И это помимо другого содержимого, о стоимости которого мы могли лишь догадываться.
— Варт, как думаешь, сколько могут стоить эти камни? — спросил я у дварфа, показывая содержимое одного из мешочков.
— Дай-ка мне получше разглядеть. Уж в камнях то я прекрасно разбираюсь. — попросил он мешочек и после минуты разглядываний, вынес вердикт. — Это необработанные изумруды, Реналио. И некоторые из них вполне приличного размера. Качество самих камней конечно не идеальное, но вполне достойное, так что я бы оценил весь этот мешочек тысяч в двадцать золотых. Но скажу сразу, что в разных местах цена может сильно различаться. Думаю от десяти тысяч и до пятидесяти. В последнем случае столько заплатят лишь те, кому очень сильно и срочно нужны эти камни. Ну и если их обработать и желательно руками хорошего ювелира, то сумма может вырасти во много раз.