Чтение онлайн

– Я его помню, но не вижу. Это же твой Крылатый. Я очень рада, что он вернулся к тебе. Он всегда спасал тебя в детстве. Что он сказал?

– Сказал, что скоро будет страшно, но мы не должны бояться и ни к чему прикасаться. Мы все уйдем в новый мир. Нас там ждут.

Бабушка давно уже бросила крупы и внимательно слушала этот разговор. Ей сначала показалось, что дочь знает, что нужно делать дальше и как им спастись. Но теперь она поняла, что у Кати стресс повредил разум, да и Антоша, бедный мальчик, всегда был немного странным, а теперь и вовсе говорит о чем-то непонятном. И не на кого надеяться больше, кроме как на Бога. Она заплакала и запричитала так страстно и горько, что дети испуганно замолчали и прижались к Кате.

– Господи спаси и помоги! За что детям – то такое? Они безгрешные младенцы, спаси их Господи, не дай погибнуть, возьми меня, Господи, оставь детей моих, Господи! Почему

они должны умирать?

Катя резко поднялась и, обняв мать за плечи, тихо и твердо попросила: «Мама, не пугай детей, прошу тебя! Пойми же, страх разрушает нас и весь этот мир. Посмотри вокруг, разве ты не видишь, что этот мир уже уходит? И ничего изменить уже нельзя. Не надо плакать и причитать, прошу тебя ради детей. Пожалуйста. Молись за нас и за себя. Брось, мама, эту крупу, она уже не пригодится нам».

Лидия не сразу успокоилась, всхлипывая со стонами, и горестно покачивая головой. Дети обняли ее со всех сторон, пытаясь утешить. Антон гладил бабулю по голове, как будто он был старшим. Крылатый не мог его обмануть. В детстве он всегда был рядом, помогал, учил и подсказывал. Теперь он снова с ним и говорит, что они уйдут в другой мир, и будут там жить все вместе.

– Мама, как думаешь, а мы точно найдем друг друга в новом мире? Мы же можем потеряться там!

– Если я не ошибаюсь, а скорее я не ошибаюсь, мы останемся почти такими же и обязательно узнаем друг друга.

– Мама, а Мартин? Он тоже будет с нами там?

– Вот этого я не знаю, сын.

– А эта девочка пойдет с нами? А мы даже не спросили, как ее зовут.

– Меня зовут Мариша, – тихо откликнулась девочка, – Я тоже хочу пойти с вами в новую страну. Можно мне тоже с вами?

– Ну, конечно, Мариша, – успокоил ее Антон, – Мама, бабуля, ты и я – мы все пойдем туда. А потом там разыщем твою маму. Мой Крылатый нас туда отведет.

И дети начали придумывать и сочинять свой новый мир. Катя тоже подключилась к разговору. Все вместе они перебрались в комнату, устроились на полу, укрывшись пушистым клетчатым пледом, и вперемешку рассказывали каким же, по их мнению, будет этот новый мир. Наконец, они сошлись на том, что лучше всего жить в лесу в уютном теплом доме. Антону все же хотелось, чтобы вокруг были другие люди. Ну, где-нибудь поблизости. А Марише нравились полянки с цветами и пчелами. А Катя хотела дом с камином и большим садом. А бабуле хотелось, чтобы все были живы и здоровы в этом, сегодняшнем мире.

Земля глубоко вздохнула – ей не хватало чистого воздуха. Роскошные магазины, сверкающие казино источали невидимые энергии праздности, зависти, алчности, агрессии и отчаянья. Но тело Земли сплошь было покрыто такими нарывами. Лишь Солнце могло помочь избавиться от них. Солнечное прижигание могло остановить процесс нагноения и разложения. Этот метод был испытан не раз – каждый раз, как только человеческая цивилизация становилась обузой для Земли, а значит и для всей Галактики, Солнце прижигало земные раны. И начиналась новая цивилизация. И можно было на время забыть про недомогания и болячки, цвести, переливаться чистыми ручьями, шуршать листвой и кормить стада. Одна надежда, что люди с каждым разом становятся все взрослее и мудрее. Относительно, конечно. Человечество доросло примерно лет до двенадцати по их меркам, они кое-что уже знают, но им не хватает знаний и опыта, чтобы отвечать не только за свою жизнь, но и за жизнь окружающего мира. Они, как подросток, готовый бросить в костер неразорвавшийся снаряд, чтобы проверить взорвется ли он. Заряд обязательно взорвется. Вместе с подростками. Поэтому их надо остановить принудительно, пока они не взорвали не только себя, но и всех остальных. Глядишь, их души вернутся сюда повзрослевшими и начнут строить свою жизнь более бережно. Но где же доктор- Солнце? Где исцеляющее лечение?

И Солнце, вскипев, пришло на Землю. Огромный протуберанец мгновенно «облизал» Землю и сразу же распался в пространстве, оставив больную Землю почерневшей, опаленной, но выздоравливающей. Только что были у людей города и селения, планы и надежды, все то, чем так гордилось человечество – искусство и культура, мировые шедевры и гениальные открытия, прогресс и демократия – и не осталось ни-че-го. Потому, что люди так и не приняли главного закона Жизни – единства всех со всеми. Не поняли, что Земля – живое существо Солнечной системы.

Все произошло настолько мгновенно, что человечество единым шагом перешло границу света. С Этого на Тот.

В полупустой комнате Кати стоял огромный Крылатый. Его сверкающий металлом вытянутый головной убор оттенял красивые черты серебристо-голубого лица. Тело его не такое уплотненное,

как у обычных людей, даже при огромном росте казалось легким и стремительным. Сзади него, раздуваясь, как крылья, переливался серебристо-голубой плащ. Он смотрел на людей, сидящих на полу на клетчатых шерстяных пледах. Во взгляде его была нежность и любовь, как к своим, наконец, угомонившимся и заснувшим детям. Бабушка, обняв левой рукой дочь, сидела, вытянув ноги. Правая рука лежала на груди, будто бессильно упав, перекрестившись. Глаза были закрыты, губы плотно сомкнуты. Катя, обняв маму и Антона, склонила голову к сидящему рядом сыну. Антон прижался к Кате. Они были спокойны. На коленях у Кати лежала девочка. Положив морду на Катины ноги, лежал верный Мартин. Их уже не было в этом мире. Все они путешествовали в других мирах.

В пустоте и темноте неслись они неведомо куда. И не было для каждого из них никаких звуков вокруг, и ничего, и никого. Только пустота. А как узнать в пустоте кто ты? И где ты? И они мчались и мчались куда-то до тех пор, пока не появился вопрос. А вопрос сразу же заставил их вспомнить, кто они и что с ними. Антон остановился на вопросе «Мы еще живы?», а, поняв, что ничего страшного не произошло, и он жив наверняка, если может думать и спрашивать, тут же вспомнил совет Крылатого поспать в дороге, и так и сделал. Катин вопрос прозвучал как: «Я могу летать. Это я?». Ответив на него утвердительно, она задумалась, что же дальше делать, но сил у нее было так мало, что она решила отдохнуть и поспать. Мариша очнулась от бесконечного полета в вопросе «Почему так темно? Они выключили лампу? Они, наверное, спят». И тоже приняла решение поспать. А Лидию остановила молитва «Господи, благодарю тебя за все и все принимаю от тебя». Она пыталась понять, где же она, но устав от собственных вопросов, решила отдохнуть и быстро и крепко заснула.

Это было самое правильное их решение. Дорога была дальней. Вернее, она была очень короткой, но они забыли ее и потому плутали и неслись бездумно так долго. И теперь они спокойно спали, твердо зная, что живы и не умерли навсегда. И во сне им снился их новый дом на опушке леса. Совсем такой, о котором они мечтали еще там, в прежней своей жизни.

Над зеленью леса вставало нежное розовое солнце, освещая в траве птичьи гнезда с кладками яиц, ночевавших в цветах пчел, открывающийся муравейник, выглядывающую из-под камня ящерку. Помолодевшая и здоровая Земля просыпалась ранним утром.

На мягкой и ароматной траве спала Катя. Ее тело было почти таким же, как и раньше, но легкость и совершенство линий выдавали в ней женщину не старше двадцати пяти лет. Чуть дальше, на боку, с рукой под головой спала бабушка. И ее тело стало молодым, красивым и здоровым. Оказывается, на самом деле бабуле было не более сорока. У ее ног, свернувшись комочком, спала Мариша. На ее лице пряталась улыбка и розовый отсвет солнца. Ей, наверное, снился хороший сон или звучала музыка. С другой стороны Кати, раскинув руки, спал Антон. Его тело, так же, как и у остальных, казалось более легким и более стройным. Но в отличие от мамы и бабушки, он наоборот, повзрослел, и ему можно было дать шестнадцать. Вероятно, это был его истинный возраст. От прежней жизни у них осталась лишь одежда, да и то только та, что уцелела после исчезновения искусственных тканей.

Первой проснулась Катя. Посмотрев на розовеющее небо, она снова закрыла глаза – рано еще вставать. И тут же окончательно очнулась и села, осматривая свои руки, тело и спящих вокруг. О, Господи, это я, это мы снова. Живы и здоровы. И как здорово вокруг! Антошка, мамочка, и эта девочка – все здесь, и никто не умер! Катя наклонилась над сыном и провела рукой по его волосам.

– Антоша, сына, ты спишь?

Антон открыл глаза и молча смотрел на Катю. Потом потянулся к ней, обнял и прошептал: «Ты такая красивая, мамочка!» И, как и раньше, глаза их встретились, они разулыбались и одновременно произнесли: «А где наш дом?» Эти слова произвели совершенно неожиданный эффект: с легким свистящим звуком Катя с Антоном исчезли. Ведь это действительно был другой мир, и совершенно другие правила и законы управляли им. Вопрос создал образ дома и намерение его увидеть. И, нате вам, пожалуйста, в ту же секунду Катя с Антоном оказались в их старом доме в Катиной комнате. Прямо перед ними сидели на клетчатых пледах застывшие, неподвижные и маленькие их собственные тела, и тела бабушки и Мариши. А рядом стоял Крылатый и смотрел на них прежних с любовью и нежностью. Серебристый красавец повернулся к обновленным Кате и Антону, стоящими в полном замешательстве и непонимании, и взял их за руки. Теперь он показался им не таким огромным. Ведь и они сами были гораздо выше себя прежних.