Осознание
Шрифт:
– Спасибо.
– Сказал Артем, которому, кажется, было до лампочки, что там отметит Альберт. Он выжидательно посмотрел на Катерину и та сказала:
– Да нет у меня таких уж особых претензий. Просто грязно. Простите, но ведь пыль, грязь… свинарник по большому счету. Хотя если сравнивать с гостиницей, в которую вы нас поселили, то конечно ад и рай. Земля и небо, вам так понятнее будет. Есть ли возможность нас поселить в более приемлемые условия? Артем задумался и сказал:
– Город довольно прилично пострадал от виброударов в прошлом. Найти в нем нетронутое здание проблемно. Но я думаю смогу, что-нибудь придумать для вас. Вам здесь почти месяц провести придется, так что я постараюсь и сделаю все возможное. Когда они ушли, я с негодованием спросила:
– Это она гостиницу свинарником называет? Да она вообще офигела… Артем откинулся
– Ну, у них просто другие критерии чистоты. Их надо понять.
– Что у них на севере ихнем и фекалии лучше пахнут?
– Сказала я немного по-другому, но цитировать не берусь.
– Прекрати так говорить. Ты меня пугаешь.
– Сказал, смеясь Артем, и ответил: - У этих северян все может быть.
– А чем они такие особенные? Совсем с крайнего севера? На всю голову отмороженные?
– не унималась я.
Артем улыбался, разглядывая мое негодующее лицо. Ну, а чего они? Они действительно свинарников не видели, раз такое о гостинице говорят.
– Нет. Альберт вообще нормальный парень. А вот жена у него да, стерва еще та. Но она тоже не просто так привередничает. Она никогда за рамки договора не заходит. Но что в договоре описано будьте добры вынуть и положить.
– В каком договоре?
– Спросила я.
– В договоре взаимопомощи.
– Коротко ответил Артем, не распространяясь дальше. Когда же я спросила, о чем этот договор он поглядел мне в глаза и спросил серьезно: - Ты тоже хочешь ходить с охраной, которая будет обязана тебе голову проломить при попытке захвата тебя противником?
– Нет.
– Замотала я драгоценной головой.
– Ну, тогда и не спрашивай лишнее.
– Сказал он с улыбкой, и я даже обидеться на него не решилась.
В тот вечер во всей комендатуре так поздно работали только кабинеты третьего этажа. Все социальщики со второго и правопорядок с первого давно свалили, и на тех этажах даже охрана не стояла. Только на первом у входа дежурили солдаты. Я чтобы немного размяться спустилась в темноту второго этажа и закурила там. Походила взад вперед и заметила, как сверху вместе с двумя телохранителями спускается Петр. Он, к моей досаде, увидел меня и подошел. Охрана отстала. В который раз он спросил, нужна ли мне его помощь. В который раз я сухо ответила, что нет, не нужна. Тогда он сказал серьезно:
– Саша, пожалуйста…
– Что?
– Спросила я, не дождавшись продолжения.
– Дай мне хоть чем-нибудь тебе помочь. Ты же не понимаешь, как это тошно каждый день видеть свой собственный позор. И не иметь возможности хоть как-то сгладить его.
Я только губы пождала и старалась не смотреть на него. Он обреченно вздохнул и собирался выйти на лестницу к охране, когда я его пожалела и сказала:
– Прекрати, Петь. Правда. Ну, что было, то было. Я не могу сказать, что простила тебя. Но и ненависти нет такой уж сильной.
– Он повернулся ко мне и подошел. Глядя ему в грудь, я сказала: - Я бы конечно тебя убила тогда, но сейчас не знаю. Думаю, не смогла бы. Так что не надо… помощи вот так предлагать не надо. Если мне что-то будет нужно мне или Артем сделает или Серебряный. А когда ты предлагаешь, я чувствую себя просто ущербной. И я тебе еще боюсь. Не надо. Хорошо? Я понимаю, что нам деваться друг от друга некуда, но давай, как бы не замечать друг друга? Хорошо? Не жалей меня. Просто думай, что это вы делали не со мной, а с другой. Хорошо? А то у меня никогда ничего так не заживет. Я тоже постараюсь думать, что это не ты там в лесу был с дружками… Зря ты вообще тогда мне сказал. Я бы может и не вспомнила… Так что не надо.
Он неуверенно кивнул и так же ничего, не говоря, вышел. А я еще минут десять стояла, думала ему правда так стыдно или это просто такой выпендреж. Ведь не боялся же он, в самом деле, что я его выдам. Не тот человек. Я уже слишком много знала о нем. И как он, с маленьким отрядом потерявшись от основных сил Василия, продолжал подрывать поезда, я тоже знала. Он не просто так офицером стал. И как он уже с большими силами перехватывал колонны шрамов, я была в курсе из рассказов Артема. И капитанские ромбики на погонах он по праву носил. А если удовлетворят все представления к наградам его… он разогнуться под медалями и орденами не сможет. И как-то это все не вязалось у меня с тем, что они там со мной творили. Вот расскажи мне кто-нибудь, я бы не поверила. Герои не бывают подонками. И не поверите, мне хотелось верить в лучшее. Что он раскаялся. Что он, правда,
чувствует себя виноватым передо мной! Что он искренен в своем желании помочь! Но вспоминались взорванные машины колонны, разорванные тела детей, мой побег от этого ужаса и попадание в другой… еще более кошмарный и унизительный. И просыпалась лютая злоба. Просыпалось желание мстить и потом жило какое-то время во мне. Но снова подходил ко мне Петр, и я краснела, терялась, и не знала куда забиться, толи от ужаса, толи от позора. Так что мое предложение ему было ЧЕСТНЫМ для нас обоих. Я не хотела выдавать его, но и помощи его бы не приняла больше. Но все оказалось не так просто.Где-то через месяц, когда зазвучала уже настоящая весенняя капель я узнала что Петр, оказывается, живет в соседнем гостиничном корпусе. И даже окна его напротив моих. Как мы за все это время в ресторане не встретились, ума не приложу. Наверное, я просто много работала, а он со своими вечными охранникам не любитель был в ресторан ходить. Но однажды мы именно там и пересеклись.
Я вошла горя желанием просто напиться в тот вечер. Такая я была усталая и злая на позднюю работу. Артему-то хорошо. Он закончил и на диван в соседнюю комнатушку. А я? Мне еще полчаса на своих двоих добираться до гостиницы. Но на следующий день планировался полноценный выходной, и я отработала до упора, чтобы не выходить. Я никого не видя прошла к стойке и, достав единицы, расплатилась сразу за большой крепкий коктейль. Бармен сказал, чтобы присаживалась и девочки из ресторана мне все принесут, но я упрямо дождалась коктейль и буквально присосалась к трубочке. Вот такая вся озабоченная желанием быстрее напиться я и повернулась в зал. Сразу увидела Альберта и его жену Екатерину, и конечно пошла к ним, когда они меня заметили и позвали. И конечно за столом с ними оказался Петр, которого я не заметила раньше за спиной грузного глядящего из-за другого столика. Но я не стала вставать в позу разворачиваться и уходить. Не самая плохая компания, чтобы напиться в зюзю и сбежав в номер просто уснуть. Этих хоть я знаю. Остальные в баре и в ресторане были мне абсолютно незнакомы.
– Привет.
– Сказала я всем, присаживаясь на место которое мне уступил Петр, пересаживаясь ближе к стене. Я заметила, как мне помахали из-за соседнего столика охрана Петра. Я им тоже приветливо махнула рукой.
– А ты что одна?
– Удивилась Катя.
– Нет. Я не одна. Теперь я с вами.
– Гордо сказала я и снова присосалась к коктейлю.
– Ну, это понятно. А Артемка где?
– Спросила Катя.
– В смысле?
– Не поняла я.
– На работе. Спит уже небось.
– А вы разве не вместе?
– Спросила Екатерина.
– Ну, ты поняла. Я ее поняла и только покачала головой.
– Странно.
– Сказала она и посмотрела на мужа: - Ты был прав.
В чем он был прав, я не поняла, да мне и не интересно было. Зато вот Петр просто не мог не начать объяснять. Кто его за язык дергал.
– Катя, вы несправедливы к Артему. Он приличный человек. У него жена осталась там… - он неопределенно мотнул головой.
– Просто когда Сашу подобрали ребята Василия, она была в жутком состоянии, и именно Артем ее тащил на себе несколько километров, чтобы ей смогли оказать помощь. Я правильно говорю, Саш?
Меньше всего мне хотелось в тот вечер говорить. Я просто кивнула, допила коктейль и, поднявшись, ушла за следующим. Вернулась я к концу рассказа обо мне.
– … Ну, а теперь что бы она снова не потерялась, и ее снова не пришлось спасать и вытаскивать, Артем держит ее при себе.
– Вообще-то, не держит.
– Поправила я зло Петра.
– Я вообще-то работаю, если ты не заметил. С утра до ночи. И не так как вы обо мне Екатерина, кажется, подумали.
Я задела ее за живое. И все это грозило перерасти в ерундовую ссору без почвы, но Альберт вмешался и сказал:
– Саша, это вы неверно подумали. Мы знали, что у Артема есть жена. Просто, честно говоря, думали, что это вы. Точнее Катя думала. Мы о таких вещах не спрашиваем. Я как-то сомневался в вашем возрасте.
– Я выгляжу старше, чем есть… - сказала я примирительно.
– Нет, вы выглядите на свои шестнадцать лет.
– Сказал Альберт и добавил: - Ни Катя, ни тем более Петр не хотели вас обидеть.
Мне было неудобно, что он со мной на «вы» говорит, и я сказала, обращаясь к Кате:
– Извините меня. Я, правда, сегодня устала. И прекратите мне «выкать»… тоже мне… Вы даже младенцам «выкаете»? Катя, покачав головой, улыбнулась. А Альберт странно сказал: